Глава LVI. Без победителя

— Неужели не понравилось? — ехидно смеется Торвальд.

Мои кулаки сжимаются от негодования. И я еще переживала за этого человека? Хотя он давно не человек, не тот Тор, которого я знала. Не знаю уж сила и власть вскружили ему голову, или эмриды промыли мозги, а, может, он и был таким, просто я была слепа.

— Ты просто ужасен, — шиплю я. — Чем же я тебя успела так обидеть? Мне казалось, мы… — Я резко замолкаю.

Лишь для меня то время было особенным, нельзя давать ему новый повод для насмешек.

— Что мы? — Хитро смотрит он на меня.

— Неважно.

— Говори уж, раз начала.

— Я больше не намерена тебе подчиняться, Торвальд, — делаю акцент на его имени. — Ты…

Я не успеваю закончить, как он оказывается передо мной, прижимая меня всем телом к старенькому креслу, которое трещит под нашим весом.

— Уверена? — Тор медленно приближается к моему лицу.

От неожиданности я теряюсь, но быстро прихожу в себя.

— Уверена, — повторяю я и сама резко приближаюсь к его лицу, оставляя между нашими губами всего несколько миллиметров.

— Признай, тебе понравилось играть по моим правилам, — не уступает он.

Злость сильнее разгорается во мне. Я вкладываю всю свою силу в удар и бью его по щеке. Торвальд явно не ожидал от меня подобного. Он отходит в сторону, хватаясь за больное место, демонстративно поправляя челюсть.

— Тяжелый у тебя удар.

Встаю с кресла и приближаюсь к нему, заглядывая в его глаза. Разница в росте не дает мне преимущества, но я не могу проиграть и сегодня.

— Хватит мне зубы заговаривать, — зло цежу я. — Ты так и не ответил на мой вопрос, зачем отправил меня на аукцион, а после сам и выкупил? Не думаю, что ради забавы.

Насмешка в его взгляде исчезает, сменяется на холодность.

— Успокойся, а то пар из ушей сейчас пойдет.

— Отвечай!

Он протяжно вздыхает, потирая щеку, облокачивается на стену и скрещивает руки на груди. Я тоже нахожу опору в виде ящика и выжидательно смотрю на него.

— Слухи о тебе начали стремительно распространяться среди знати. — В его голосе слышится раздражение.

— Какие еще слухи?

— Что в одной из лабораторий появился занятный экземпляр.

— Все еще не вижу связи, — фыркаю я.

— А мне казалось, ты умнее, — язвит он. — Твое похищение и последующее появление на аукционе помогло выявить лица, которые могут быть связаны с альянсом.

— Ты использовал меня! — взрываюсь я.

— Лишь отчасти, но я же не дал тебе попасть в чужие руки, — ухмыляется Тор.

— Это еще ужаснее! Сначала выкрал меня, потом сам же и купил, сделав из меня свою игрушку для утех.

— На самом деле это ты уже сама решила стать моей игрушкой для утех. Я-то был уверен, что ты узнаешь меня.

Моя уверенность пошатнулась. Может, он и прав, я сама напридумывали себе невесть что.

— А что мне еще осталось думать о том, кто потратил на меня целое состояние? Ты ведь еще и подыграл мне! — Ярость затуманивает мой разум.

Он вновь оказывается подле меня, заключая в свои объятия, чтобы я не могла вырваться.

— Не трогай! Отпусти! — не сдаюсь я.

— Хватит, Эвриала, — неожиданно нежным голосом шепчет он, заставляя меня замереть. — Я виноват перед тобой, признаю, но тебе ведь было хорошо.

Как же гадко от себя. Он видит меня насквозь.

— Даже если так, я не прощу тебя. — В последний раз ударяю его по груди, кладя на нее свою голову.

Торвальд заботливо гладит меня по волосам, тепло его тела и легкий запах табака странным образом успокаивают меня.

— Прости, — тихо говорит он. — Я правда не желал причинять тебе вреда. Когда я отправился на ту базу, где держали тебя, никак не ожидал, что объект слухов – это именно ты. Я был зол, но уже не мог отступить от своего плана. От этого зависело будущее Эмридона.

— Они бросили нас.

— Это не так.

Я отстраняюсь от него. Наши взгляды пересекаются.

— Не понимаю, почему ты им веришь. Земля была обнаружена больше трехсот лет назад, но они не сделали ничего, чтобы вернуть нас на родину, оставив умирать. Более того, сами же и проводили эксперименты, желая пробудить спящие гены.

— Они не могут действовать открыто.

— Даже если так, у них было время придумать хоть что-то, — не унимаюсь я.

Торвальд на мгновение сомневается в своей непоколебимости.

— Прошло слишком много времени с тех пор, как народ был разделен, для возвращения все на свои места, тоже нужно время, ресурсы и мощь, которой пока нет у эмридов. — Он замолкает, словно обдумывая еще что-то. — Можешь, не верить им, я понимаю тебя, но прошу, поверь мне.

— Тебе? — усмехаюсь я.

— Я был глуп, используя свою власть над тобой, просто… Просто я боялся, что иначе не смогу быть кем-то значимым для тебя.

Мои брови выгибаются в удивлении.

— Ты очень важна для меня, Эвриала, всегда была важна.

Торвальд осторожно, слишком осторожно касается моей щеки. Он смотрит на меня так проникновенно, а в его ледяных глазах больше нет ни капли надменности. Он медленно наклоняется, оставляя на моих губах почти невесомый поцелуй.

Обида и гнев улетучиваются.

Я обвиваю его шею руками и втягиваю нас в страстный поцелуй, коря себя за то, что в итоге проиграла ему, точнее, себе.