Глава 30

В это сложно поверить, но добрались мы с Зеленой без приключений. Конечно, несколько тварей хотели отведать нашего мясца, но после Мойры они были невинными зайчиками. От само́й тёмной ведьмы не было ни слуху, ни духу, ни карканья. И уж за неё я точно не волновалась. Как говорят у нас в России, некая противная субстанция не тонет, а жаль.

— Кажется, пришли, – своим миловидным наивным тоном радостно произнесла Зелена, указывая на впадину между двух высоких длинных гор.

— Слава кошачьим богам, – выдохнула я.

— У тебя нет ни хвоста, ни шерсти, чтобы кошачьих богов славить, – позанудничал Николас, и мы тут же ускорились.

Люди короля, что ждали нас у огромных каменных ворот, обнесенных барьером, заметно удивились, когда мы появились с ящиком в руках. Видимо, они не предполагали, что кто-то придет так живенько уже на третий день, а не приползет на пятый, да и то если повезет выжить. Но вообще, нашей целостности посодействовало исключительно моё кольцо. Всё же бой с Мойрой меня знатно потрепал, хоть теперь не осталось и царапинки.

Без лишних объяснений, даже не предложив нам чаю после столь долгого смертельного, чтоб их, приключения, нас просто отвели к порталу прямиком в королевский замок. Но да это было и к лучшему. Пальцы напряженно сжимали ящик от нетерпения. Столько всего было впереди…

Мы оказались в том же помещении, откуда стартовали, вот только вышли из другого портала. Никто торжественно нас не встречал, лишь разодетый слуга, тоже удивившийся нашему приходу, поприветствовал, спросил имена, сверился со списком и попросил проследовать за ним.

Совсем скоро, минуя длинные коридоры, мы оказались перед дверьми в зал, где, видимо, обычно принимают гостей. Вычурно распахнув перед нами двери, мужчина в костюме поспешил доложить:

— Зелена Флёр и Алиса Зыбина прибыли с испытания через положенный портал, ваше величество.

Ой, что тут началось. Помните, я говорила, что стража удивлялась, смотря на нас? Так вот во взгляде Ориана, сидевшего, конечно же, здесь, отразилось даже не удивление и не шок. Это было нечто настолько смешанное и тёмное, что стало страшно. Но в следующую же секунду, ловя этот его безумный взгляд на себе, я собралась и лишь гневно нахмурилась в ответ. Нужно было сдержаться и не броситься на него с обвинениями сразу же. Одна из сестер, которая выдавала нам амулеты, тоже едва вздрогнула, завидев нас. Неудивительно. Ей, наверное, пообещали, что я точно умру и никаких догадок в её сторону не будет. Вот ведь змеиное гнездо, не в упрек джалардам сказано. Нужно было его поскорее разворошить. Но перед этим надо было посоветоваться с Грэгори, а не действовать сгоряча.

Вообще, в помещении на диванах и за столиками располагались ректоры многих академий, но уже далеко не все. Видимо, больше половины отсеялось, когда их ведьмы воззвали на помощь. В остальном же атмосфера напоминала комнатку для родителей, которые ждут детей из детсада. Вот только все резко напряглись, а кто-то даже поднялся, когда увидел в моих руках ящик характерного размера. Мне же было плевать на такое внимание. Взгляд рыскал по помещению в поисках Грэгори, пока я не увидела, как тот появляется в дверях, ведущих на небольшой балкончик. Я не выдержала и тут же ощутила, как улыбка становится такой широкой, что кончики губ начинают побаливать. Дракон улыбался мне в ответ, но на его лице не было и капли переживания. Словно этот чешуйчатый гад знал, что я скоро приду. Кинуться к нему мне сейчас хотелось даже больше, чем прибить Ориана на месте.

— С возвращением! – наконец вострубил король Редманд, который вместе с младшим сыном вышел к нам с балкона. – Вижу, вы не с пустыми руками, а значит, у нас есть первая финалистка. Вот только… – он задумчиво осмотрел нас. – Вас двое, а ящик, полагаю, с яйцом, лишь один.

— О, нет, нет, – Зелена смутилась. – Я не претендую на победу. Я лишь добралась с Алисой до финиша, в её успехе нет ни капли моих заслуг, даже наоборот, это она меня спасла.

— Умелая, смелая, да ещё и добрая! – король заулыбался своей широкой улыбкой бравого мужика. – Ну точно копия Александры. На первом курсе, а так отличиться. Да ты станешь легендой, Алиса.

— Если пройдет и третий тур.

Ох, а я-то думала, где скрывается Тристан, что обязательно должен был вставить нечто противное? А вот же он, сидел в дальнем углу за партией в шахматы со своей благоверной истеричкой.

— Главное, что второй официально закончен.

С этими словами я поставила ящик на свободный стол рядом и раскрыла его, демонстрируя всем присутствующим содержимое. Ректоры, подобно коршунам, сразу же налетели на принесенный экспонат, желая рассмотреть со всех сторон. Лишь наставница Зелены в этот момент с теплотой, как-то даже по-матерински подбадривала свою ученицу вдали от всех. Король и Грэгори также не спешили рассматривать яйцо, впрочем, как и Тристан с Патрицией, которые будто были выше этого и оставались на своих местах. Я же ощутила настоящий холодок, когда мимо меня прошел Ориан. Он ничего не говорил, но одного взгляда хватало, чтобы пронзать мне душу вновь и вновь образом его мерзких паучьих лап.

— Поздравляю с победой, – Грэгори наконец подступил ближе ко мне и положил широкую ладонь на моё плечо. – Я не сомневался в тебе.

Я ощутила, как пальцы его сжимаются чуть сильнее. Я прямо чувствовала, что будь мы тут одни, оба бы кричали от радости и он кружил меня на руках, но нужно было сохранять лицо прилежной студентки и ректора.

— Что ж, Алиса, ты можешь быть свободна до подведения результатов. А это будет лишь через два дня, – всё с той же улыбкой произнес Редманд.

— Отец, если ты не против, я отведу Алису в свои покои. Пусть она отдохнет там, придет в себя, а после мы уже отправимся в академию.

— Конечно, если нашей юной звезде магического мира так будет удобнее, – он перевел радушный взгляд на меня. – Оставайся гостьей в нашем замке столько, сколько потребуется.

Я кивнула. На этом мы с Грэгори почти синхронно развернулись и проследовали к дверям. Мне нужно было столько ему рассказать, о многом посоветоваться и, в конце концов, просто крепко-крепко обнять так, что под моими тоненькими ручками даже драконьи кости будут похрустывать!

Идти по коридорам и сдерживать нарастающее желание упасть в объятия дракона – было сложно. Николас тактично остался в зале ожидания, но нас всё ещё окружали слуги и просто какие-то важные, богато одетые люди короля, поглядывающие на меня с удивлением. Впрочем, сложно было не только мне. Это стало ясно, когда мы наконец вошли в эту проклятую спальню. Лишь дверь захлопнулась, Грэгори подхватил меня и тут же прижал к стене рядом со входом, накрывая мои губы нетерпеливым нежным поцелуем. Мои руки крепко сомкнули его широкоплечую фигуру в объятиях. Ради этого момента стоило хоть трижды пройти это испытание! Мы не виделись всего несколько дней, но столько произошло, так много кипело внутри, что хотелось не отпускать его до самой смерти. Нет. Даже этого будет мало!

Сильные руки дракона властно прижали меня к себе, будто главное сокровище, которое чудом удалось спасти. Я снова ощутила это. Я вновь смогла почувствовать себя слабой маленькой девочкой, для которой нет места надежнее, чем объятия её принца. Наконец можно было скинуть с себя доспех сильной ведьмы, который покрылся пылью и кровью за это изнуряющее путешествие. Чёрт! Я так вляпалась в эту любовную историю, что уже не могла себе жизни представить без его нежных губ и сильных рук…

— Я так рад, что ты вернулась, – шепнул Грэгори, едва отстраняясь.

Его горячее дыхание ещё чувствовалось на моей коже. Вместе с этой фразой он поправил локон моих волос, осматривая меня сейчас словно маленькую девочку, о которой хочется заботиться столь сильно, что внутри всё кипит от этого желания.

— Знал бы ты, как я рада.

От улыбки уже болели уголки губ.

Я ощутила, что руки Грэгори как-то нетерпеливо скользят по моему телу. Он прикоснулся губами к моей шее, чуть рычаще выдыхая от досады, что мы в столь людном месте и к нам в любой момент могут войти. Сдерживая порыв, при намеке на который у меня начинало сильнее биться сердце, дракон лишь нежно коснулся моего носа кончиком своего, успокаиваясь.

— Расскажешь мне всё?

— Да, но сначала…

Я снова поцеловала его. Мне всё было мало и хотелось больше. Крепче прижаться к нему, дольше ощущать вкус его губ, сильнее раствориться в этих объятиях. Но прежде чем отдаваться окончательно в буйство чувств, нужно было так о многом поговорить…

— Вечером, – шепнул он снова, когда я наконец позволила разомкнуть поцелуй. – Вечером я заберу тебя домой, хорошо?

Его ладонь нежно пригладила мои волосы.

— Не хочу в академию…

Он едва улыбнулся, осознавая свои слова, которые были сказаны невольно, просто искренне вырвались из уст.

— Я про мой замок.

Понимание легкими приятными мурашками прошлось по телу. Я посмотрела на дракона с удивлением, но после как-то неловко кивнула, улыбаясь точно растроганный ребенок.

— Точно, я должна тебе кое-что показать!

Восторженно пролепетав это, я отошла на шаг назад, нехотя освобождаясь от объятий Грэгори. Вдохнула, выдохнула и сразу же заставила огонь демонстративно вспыхнуть в ладонях. Дракон вновь широко улыбнулся, но совсем не выглядел удивленным.

— Я знаю, что ритуал сработал, – неожиданно произнес он. – Я ощутил нечто странное, видимо, когда ты смогла впервые воспользоваться этими силами. Это сложно описать. Словно появляется чувство, что ты делишься своим внутренним теплом с кем-то ещё, хоть он и не рядом. Как будто ты в одно мгновение невидимым призраком оказалась рядом и упала в мои объятия, а у меня появилась возможность тебя согреть.

— Твоя сила буквально спасла меня.

Сказав это, я чуть нахмурилась, понимая, что хорошие новости кончились и пора рассказать Грэгори все подробности произошедшего.

— Ты даже не представляешь, что я выяснила в процессе испытания и как много нам с Николасом пришлось пережить…

Прежде чем начать, я прошла к стулу, стоящему у письменного стола, и опустилась на него. История была длинной, поэтому присесть – не помешало. Грэгори также стал заметно серьезнее и даже мрачнее, будто понимал, что рассказ будет не из приятных.

Однако не успела я начать говорить, как в дверь постучали. Когда дракон открыл, стоящий за порогом слуга сообщил:

— Господин, его величество просит пройти вас в его кабинет.

— Это срочно?

— Боюсь, что да.

Грэгори кивнул, обернулся ко мне и произнес:

— Прости, я скоро вернусь. Я распоряжусь по дороге, чтобы тебе набрали ванну. Отдохни немного, а после поговорим.

Я расстроилась, но, не подавая виду, улыбнулась и кивнула.

— Да, я понимаю.

Грэгори ушел, закрыв за собой дверь, а я осталась в огромных покоях принца, роскошь и размер которых просто поражали воображение. Взгляд бродил по стенам, живописно украшенному потолку, дорогой мебели, пока не наткнулся на письменный стол, у которого я сидела. Здесь же лежала стопка бумаг с записями, сделанными рукой Грэгори. Поджав губы, я тихо шепнула:

— Письмо, явись.

В моих руках появилось то самое послание, которое мне передал вождь джалард. С содроганием в сердце я положила его на стол, придвинула к себе одну из записок Грэгори и начала сверять почерк…

Мой взгляд судорожно переходил сначала на письмо, а после на записи Грэгори. Я изучала каждую строчку, каждую букву. Находила сходство за сходством и молилась, чтобы найти противоречия, но их просто не было. Мне не хотелось в это верить. Сходство было максимальным. Это явно писал один и тот же человек.

Пальцы нервно вцепились в письмо к джалардам. Оно задрожало так, что я уже не могла прочитать выученные наизусть строки вновь. Но это было и не нужно. Всё было ясно – его написал Грэгори.

Но зачем?

Зачем ему это было нужно?

Я выдохнула, стараясь успокоиться и не заваливать себя негативными мыслями раньше времени. Грэгори ведь мог помогать джалардам после инцидента с моей бабушкой, просто потому что он добр, потому что понимал, что столь разумные существа вновь будут отвергнуты обществом. Обо мне же он решил сообщить, чтобы меня случайно не убили, не дав сказать и слова.

Да, наверное, всё было именно так.

И всё же сердце было теперь не на месте.

Противное «что, если?» продолжало лезть в голову, не желая дать мне спокойно выдохнуть.

И всё же я решила воспользоваться моментом и осмотреться. Вдруг получится найти ещё что-то, что поможет открыть правду. Я встала и начала выдвигать ящики стола. Руки подрагивали, хотелось перевернуть всё кверху дном, но я сдерживалась. Спокойно, Алиса, спокойно. Не поддавайся панике раньше времени. Всё может оказаться не так плохо, как кажется.

Вдруг неожиданно послышалось, как отворяется дверь. Как бы я ни старалась себя успокаивать в этот момент, я всё равно интуитивно отскочила от ящиков будто последняя стыдливая воровка.

— Алиса, я забыл спросить…

Грэгори вошел обратно в спальню, но когда поднял на меня взгляд, резко остановился и осмотрелся. Выдвинутые ящики, перевернутая бумага на столе. Он нахмурился, а в глазах появился оттенок непонимания.

— Алиса?..

Я не могла больше ждать и терпеть.

— Грэгори, зачем ты помогал джалардам после смерти моей бабушки? – голос подрагивал, но я держалась стойко.

Взгляд дракона стал мягче, а затем и стыдливее. Я ловила каждую его эмоцию, и последняя заставила по телу пробежать волну страха. Он закрыл за собой дверь, а затем медленно начал шагать ко мне, в то время как я интуитивно сделала несколько шагов назад.

— Алиса, я хотел поговорить об этом вечером. Не здесь.

— Нет. Расскажи мне всё. Сейчас. Я ношу в себе эти вопросы уже несколько дней, – моя ладонь сжала ткань на груди. – Мне дышать становится тяжело, когда я думаю…

Я поджала губы, не в силах произнести свои самые страшные догадки вслух. Грэгори, видя это, отвел взгляд и тяжело вздохнул. Я никогда не видела его ещё настолько опечаленным.

— Что связывает тебя с Орианом? Почему именно он выбирал студентку для участия на турнир от нашей академии? Что за секрет, который может погубить всю королевскую семью? Пожалуйста, Грэгори, расскажи мне. Иначе я просто взорвусь.

Я и правда была на грани. Я так ждала и надеялась, что дракон мгновенно развеет все мои сомнения, а он медлил. Тянул. Так хорошие новости не сообщают. С таким лицом говорят лишь то, что может разрушить всю твою жизнь.

— Алиса, присядь.

Он потянулся ко мне, а я уже на грани истерики резко вырвала руку. Не кричи. Только не кричи, Алиса. Старайся быть спокойной. Старайся верить!

— Объяснись, – нервно, со страхом шепнула я, ощущая, что эмоции сдерживать всё сложнее, а к горлу подходит ком.

— Я… – Грэгори, кажется, понял, что этот разговор нельзя просто отложить, однако не находил слов, – …пойми, я пытался это остановить. Правда, пытался.

— Что… что ты имеешь в виду?

Пауза. Сложная. Кажущаяся вечностью пауза.

Я видела, как на его лицо опускается настоящая тень траура. Будто одним своим ответом он собрался похоронить нечто невероятно важное. И я боялась думать о том, что, возможно, это могут быть наши чувства.

Его ответ прозвучал как гром среди ясного прекрасного неба, которое мы когда-то бороздили вдвоем, наслаждаясь утренним солнцем.

— Александра была убита Орианом по заказу королевской семьи…

Время остановилось. Для меня – морально, для остального мира – физически. Сила сработала сама, я даже не поняла до конца, что это произошло. На глазах появились слезы, но я тут же поспешила утереть их ладонями. Было такое чувство, что сердце вырывают из груди. Внутри всё перевернулось, и горло раздирало от того кома, что мешал говорить.

Я невольно отшагнула назад. И ещё. Пока не уперлась в подоконник, в котором смогла найти опору. Дрожа, я отходила от Грэгори будто от настоящего убийцы, в которого он превратился всего за одну секунду, сказав эту одну фразу. Дрожащая ладонь легла на губы, прикрывая их, потому что сейчас было лишь одно желание – закричать что есть мочи. Я стиснула зубы до боли. В моем взгляде смешалась волна боли, непонимания и ненависти. И под этим взглядом Грэгори выглядел настоящим мучеником…

— Алиса, пожалуйста, выслушай.

Он произнес это молящим тоном и сделал шаг навстречу. Однако я, сама того не понимая, дернулась и вызвала настоящий огненный поток, который разгорелся между нами, не позволяя дракону подойти ближе. Пламя вспыхнуло и угасло, однако Грэгори, поднимая руки, остановился и кивнул.

— Я знаю, это ужасно, но всё не совсем так, как кажется…

— Ты… как ты… – я не могла найти слов, чтобы выразить всё то, что разрывало меня изнутри.

— Послушай, когда Тристан предложил мне это, я категорически отказался. Я бы никогда не смог приложить руку к убийству невинного человека. Я безмерно уважал Александру, хоть мы и были соперниками. Я отказался, вопреки словам о том, что, если я не смогу получить это место, королевскую семью перестанут уважать.

— Тогда почему?! – я не выдержала и громко вскрикнула, находясь на грани истерики. – Почему моя бабушка мертва, если ты отказался от этого плана?!

На лице Грэгори отразилась искренняя скорбь от того, в каком состоянии я сейчас находилась. Однако мне было плевать. Я уже не знала, чему вообще можно верить, после подобных слов.

— Дело в том, что Тристан не послушал меня, – произнес Грэгори, сжимая кулаки. – Он пообещал, что оставит эту задумку, но через неделю Александра умерла. Сначала он долго утверждал, что это лишь совпадение, и я даже поверил, ведь в крови Александры был найден яд джалард, но дело было не только в этом. Сейчас я понимаю: я просто хотел надеяться, что мой брат не убийца и что мои собственные руки не были забрызганы кровью от того, что я так наивно поверил ему.

Он поднял ладонь вверх, смотря на неё, словно и правда видел, как с чистых рук на пол капает алая кровь.

— Я стал ректором, прошли похороны, дело было закрыто. Но внутри меня не утихало подозрение. Тогда я ближе познакомился с Криффордом, имя которого называл мне Тристан, утверждая, что тот согласен выполнить всю грязную работу. Через пару месяцев я узнал, что Ориан обладает способностью подделывать свой паучий яд, имитируя им яд любых других существ. В этот момент сомнений не осталось. Я пошел к Тристану, чтобы выяснить всю правду, и он признался. Утверждал, что сделал это ради меня и что когда-нибудь я ещё буду ему благодарен. Это было ужасно. А самое главное, что тогда я совершил ещё более страшное – вместо того чтобы рассказать обо всём, я умолчал. Тристан сыграл на моих братских чувствах, моля меня не делать глупостей. Говорил, что этим я погублю не только его и себя, но ещё и всю семью. Я согласился молчать, но всё это время это съедало меня изнутри. Я начал помогать джалардам, которые по нашей вине стали вновь преследуемыми хищниками. Моя совесть хотя бы немного утихала в эти моменты, и всё равно я никогда не снимал с себя вины. Я должен был заметить, что Тристан замышляет что-то даже после моего отказа. Я должен был восстановить справедливость. Но вместо того чтобы принести спокойствие людям, которые любили Александру, и целому народу джалард, я выбрал спокойствие своей семьи. И сейчас, когда я встретил тебя, я понимаю, что это было неправильно. Я готов признать свою вину и надеюсь лишь на одно – на то, что ты сможешь хоть когда-нибудь простить меня, Алиса.

Я слушала, и казалось, что я падаю. Падаю в самую бездну. В тёмную и пугающую. Она обхватывала меня своими тянущимися кривыми руками, сотканными из теней, и утаскивала всё глубже, на самое дно. Стало ли мне легче, когда я поняла, что Грэгори напрямую не отдавал приказа о смерти бабушки, а вовсе отказался? Не знаю. Больно было настолько, что осознать и обдумать хоть что-то было тяжело. Да, он виновен лишь в том, что молчал, что обманывал меня и ничего не говорил. И всё же этого было достаточно, чтобы сейчас я даже смотреть на него спокойно не могла.

— Как ты мог скрывать всё это от меня? – еле дыша, хрипло прошептала я.

— Сначала ты была лишь студенткой, услышав фамилию которой, я… испугался? Возможно. Я подумал, что ты растормошишь подробности и попытаешься докопаться до истины. Если честно, поэтому я и хотел скинуть тебя на бытовой факультет. А главное…

Губы Грэгори разомкнулись, спешно произнося что-то, но его голос так и не прозвучал. На секунду в глазах дракона отразилась ярость, он сжал кулаки сильнее, но затем, выдохнув, всё-таки продолжил:

— Я переживал за Тристана, за отца. Даже после случившегося он ведь оставался для меня братом.

— Неужели… даже король Редманд?..

Я могла поверить, что Тристан был лживой тварью, он и вел себя вполне соответственно. С ним всё было ясно. Но король… я вспомнила его широкую простую улыбку, и внутри от мысли, что всё это – сплошное лицемерие, что-то вновь сломалось, хотя живого места там уже не было.

— Нет, отец ничего не знает. Но, тем не менее, за его спиной Тристан творил всё руками и богатствами королевской семьи. Если мой отец поймет, что оба его сына замешаны в чем-то столь отвратительном… – он умолк, отводя взгляд, – …вернее, теперь, когда он узнает об этом… я не знаю, как он сможет пережить нечто подобное, не потеряв всё.

Мне было сложно устоять на ногах, но я держалась.

— Я всё равно не понимаю. Почему? Почему ты не рассказал мне обо всем раньше?

Грэгори помедлил, отводя взгляд. Я видела, как напрягаются его скулы, как он снова злится, но не понимала почему.

— Я просто увяз в этой паутине лжи. Мне казалось, что если кто-то узнает правду, вся моя жизнь рухнет, ведь у меня даже и не было ничего, кроме семьи и академии. Но потом, когда появилась ты, я понял, что я потеряю самое важное, если не решусь и не начну искать доказательства. Поэтому на совете ректоров я сам предложил для испытания Змеиные пустоши. Это был шанс докопаться до истины так, чтобы никто не посмел этому помешать. Я предупредил вождя джалард, дабы быть уверенным, что ты не пострадаешь. И сколько бы Тристан ни говорил мне, что я должен снять тебя с испытания, иначе всё рухнет, – он сделал тяжелую паузу, – я хотел, чтобы эта ложь наконец закончилась. Потому что в моей сотканной из сплошной тьмы и мучений совести жизни появилась ты, привнеся в неё невероятно яркое пламя.

Он сделал несколько быстрых шагов вперед, пытаясь подойти и обнять меня, однако я выставила вперед руки, твердо не подпуская Грэгори к себе. Мои ладони уперлись ему в грудь, он остановился, не смея напирать, но всё равно продолжал говорить:

— Алиса, поверь, я так сильно люблю тебя. Я сам не понял, как влюбился в твой звонкий смех, в твою простоту, в ту энергию жизни, которую ты излучаешь. Ты невероятная. И я знаю, что не заслуживаю сейчас твоего прощения, но поверь, теперь я сделаю всё правильно. Мне не нужны ни королевские привилегии, ни место ректора, да даже если меня отдадут под суд – плевать. Единственное, на что я наивно, но горячо надеюсь, – его ладони с теплотой легли поверх моих, – это на то, что когда-нибудь ты простишь меня.

Его взгляд снова был таким согревающим, таким родным. Он смотрел на меня, и тело хотело кинуться в объятия и разрыдаться, однако разум настойчиво брал верх, ведь вот так просто простить эту ложь я уже не смогу.

Я не знала, что ответить.

Лишь смотрела на Грэгори взглядом, в котором смешалось всё – гнев, сожаление, боль.

Хотелось рыдать.

Хотелось сжечь его.

Хотелось никогда не влюбляться.

А он всё продолжал смотреть так, будто лишь мой ответ решит – жить ему или умереть.

Вдруг в дверь в спальню раздался настойчивый стук.

— Не сейчас, – грубо отрезал Грэгори, не отводя от меня взгляда.

Однако в ответ на это дверь резко распахнулась, и на пороге показался недовольный король Редманд в сопровождении Тристана. Цепкий взгляд второго моментально скользнул по нам, и на лице его отразилось недовольство.

— Грэгори, сколько я должен тебя ждать, и почему отправленный мною слуга стоит парализованный у твоей двери?

Король осмотрел нас. Заметив, в каком нервном состоянии я нахожусь, при этом почти отбиваясь от его сына, он моментально стал ещё мрачнее и серьезнее:

— И что тут у вас вообще происходит?!