Глава 29

В этот раз никях ощущается совсем иначе. Да, я и в первый раз была влюблена в Орхана. И в первый раз хотела за него замуж и была на седьмом небе от счастья. Но сейчас, когда я вижу такие же чувства в глазах мужа, внутри меня взрываются пузырьки счастья.

После мечети мы едем в наш дом. Тот самый, который для нас купил Орхан, и который обустроил его с расчетом на то, что здесь будет жить наша семья.

Детская пока еще не готова, но мы с мужем договорились, что через пару дней после свадьбы начнем ее обустраивать. Только вот Орхан вдруг решает изменить планы прямо во время застолья.

Кстати, к столу никто ничего не готовил. И моя мама, и мама Орхана порывались сделать это и даже чуть не поругались с моим мужем, потому что считают, что на столе должны быть домашние блюда. Но Орхан был непреклонен. Он заказал все из ресторана.

На празднование была приглашена вся семья, но утром в дом моих родителей приехал Рамиз. Он вручил мне подарок – красивый золотой браслет.

– Гульзара, я очень рад тому, что вы с Орханом снова нашли путь друг к другу. Мы рады. Я и Сафия. Но мы считаем себя не вправе являться на ваш праздник, потому что из-за нас чуть не случилось беды. И вы чуть не потеряли друг друга. Поздравляем вас и еще раз приносим извинения. Надеюсь, когда-нибудь отношения между нами наладятся.

С этими словами он ушел, а я наконец почувствовала удовлетворение и даже какое-то чувство благодарности за слова Рамиза. Сейчас мне будет проще простить их и отпустить ситуацию, а не держать ее в себе и из раза в раз прокручивать в своей голове.

Во время праздничного обеда мой муж встает, и все разговоры смолкают. Взгляды обращаются на Орхана, а он смотрит на меня.

– Моя любимая жена, – ласково говорит он, а я краснею. У нас не принято так открыто выражать чувства, и сейчас я смущаюсь от того, как обратился ко мне Орхан. – После нашей первой свадьбы я не делал то, что стоило делать. Не отвез тебя в медовый месяц. Не дал нам шанса по-настоящему узнать друг друга. Мы многое пережили, и во всем этом было хорошее. Чувства, которые между нами зародились и та жизнь, которую ты вскоре подаришь нашему ребенку – это самое лучшее. Я благодарен тебе, что ты дала мне второй шанс. Обещаю, что буду изо всех сил стараться, чтобы оправдать твои ожидания и любить тебя так, как ты того достойна. Этот дом твой. Он записан на твое имя. Это мой подарок тебе. А вот еще один. – Орхан достает из кармана длинный конверт. – Это наш медовый месяц. Мы летим на Мальдивы на десять дней. Пока еще нас не охватили заботы о малыше, я хочу провести с тобой время и заново познакомиться. Побыть только со своей женой. Вылет завтра утром.

– Завтра? – ахаю. – Но я же не готова.

– Готова, – вдруг говорит моя мама. – Вчера Орхан позвонил мне и попросил докупить необходимое. Так что твой чемодан практически собран, и он ждет вашего вылета.

На моем лице появляется широкая улыбка. Я не то что на Мальдивах, я вообще ни разу не ездила за границу.

– Орхан, – выдыхаю.

И борюсь с тобой. Мне так сильно хочется броситься к мужу на шею! Так сильно хочется крепко обнять его и поцеловать. Но, конечно, я сдерживаюсь.

Зато когда гости покидают наш дом, я долго нежусь в объятиях мужа. Мы неспешно занимаемся любовью, я сгораю от поцелуев Орхана. А после лежу в его горячих руках. Мокрая от пота и совершенно бесстыдно счастливая.

– Рамиз приезжал, – говорю я.

– Знаю, он звонил мне, спрашивал разрешения.

– Правда?

– Да. Что сказал?

Я коротко пересказываю нашу беседу с братом мужа. Тот целует меня в макушку.

– Знаешь, я думаю, смогу простить их с Сафией. Только пока не готова общаться, как раньше. Знаю, они тоже семья, и я должна…

– Зара, ты никому ничего не должна, – прерывает меня муж. – Я тоже всегда считал, что обязан семье. И сейчас так считаю. Но не в этой ситуации. В нашем случае мы, думаю, уже имеем право выбора, с кем общаться плотно, а с кем – только по необходимости. И решение об общении с моим братом и его женой я полностью оставляю за тобой. Потому что никто, кроме тебя, не имеет права диктовать, как нам поступить в таком случае.

– Когда ты стал настолько мудрым? – спрашиваю с улыбкой.

Хотела, чтобы это прозвучало, как шутка, но Орхан воспринимает мои слова серьезно.

– Когда чуть не потерял тебя, – отвечает он чуть хриплым голосом. – Когда понял, насколько сильно люблю тебя, и что дороже тебя для меня никого нет.

Я плотнее жмусь к мужу, а он нежно скользит губами по моему виску. Прикрываю глаза и с улыбкой уплываю в сон.

А утром мы улетаем на Мальдивы. Но поскольку собираемся быстро, я даже не успеваю толком перебрать чемодан, который для меня собрала мама. И когда только успела?

Орхан снял для нас отдельное бунгало в отдалении от других отдыхающих, чтобы я могла спокойно носить открытый купальник, не закрываясь и не прячась.

Когда я выхожу на террасу бунгало и смотрю на бирюзовую воду, осознаю, что этот отдых окончательно скрепит наши отношения. И, возможно, из моей памяти сотрутся все обиды, и я наконец позволю себе быть полностью счастливой, без оговорок и условий. Глава 30

– Знаешь, а ты заставила меня сомневаться в том, что я что-то чувствую к Сафие задолго до того, как узнала о моем позоре, – говорит муж поглаживая мой бок кончиками пальцев.

Имя невестки Орхана уже не заставляет меня ни содрогаться, ни возвращаться в неприятные моменты нашей совместной жизни. Я уже столько раз прокручивала все это в голове, что просто устала. Да и прощение, на которое у меня все же нашлись силы, помогло.

Мы лежим в большом гамаке над водой в нашем бунгало. Разомлевшие после секса и плавания. Разнеженные нашей близостью, которую обрели в этом волшебном раю.

Завтра нам улетать домой, а я хочу остаться. Здесь нет ни родственников, ни прошлого, ни оценивающих взглядов окружающих, так и ждущих, что ты оступишься и нарушишь законы или традиции.

В медовом месяце мы по-настоящему сблизились с мужем. Очень много разговариваем, обсуждая все подряд и узнавая друг друга. Теперь я действительно чувствую связь между нами. И родственность душ.

Мне казалось все это невозможным. Казалось, что я никогда не смогу доверять мужу на все сто процентов. Но Орхан постепенно, маленькими шажочками завоевывал меня, и ему это наконец удалось.

– Когда это случилось? – спрашиваю, наконец вынырнув из мыслей.

– Думаю, после нашего первого секса. Ты так смотрела на меня… Так стонала…

– Ты представлял себе Сафию на моем месте?

– Откровенно говоря, может, первые пару минут нашего секса. А потом ты целиком перетянула внимание на себя. И с того момента жена брата навсегда исчезла из нашей спальни.

– Мне было очень больно услышать, что ты представлял ее на моем месте, – произношу и сглатываю горький ком. Видимо, все же не до конца я отпустила ситуацию.

– Прости меня, – отзывается Орхан и сжимает в своих крепких объятиях. – Я тогда нес несусветную чушь. У меня вообще ощущение, что я уже тогда любил тебя, но по привычке засматривался на Сафию. И тот разговор… все то, что я сказал ей… это все уже не отражало моих настоящих чувств. Это как будто была агония былых желаний, которых во мне не осталось. Ты околдовала меня, моя красавица, – ласково говорит Орхан и нежно касается моих губ своими. Скользит ими, не пытаясь углубить поцелуй. Касания похожи на трепет крылышек бабочки, от которых я таю в больших руках мужа. – И это прекрасно, – добавляет он. – Потому что только с тобой я счастлив.

– Я не хочу уезжать отсюда, – вздыхаю. – Здесь мы как будто впервые обрели друг друга.

– Больше мы друг друга не потеряем, – обещает мой муж. – Теперь так будет всегда. Так что не бойся возвращаться домой. Там нас ждет наше гнездышко, в котором, кстати, надо закончить ремонт. В частности в комнате нашего малыша. Ты уже решила, какой цвет будет у стен?

По возвращении домой нас захватывает быт.

Сначала, правда, мы встречаемся с родителями, вручаем им привезенные подарки.

А потом мы с Орханом остаемся одни в нашем большом доме. И я наконец чувствую, что стала хозяйкой. Здесь только мои порядки, только наши правила. Все будет так, как хотим того мы, а не диктуют семьи.

Я возобновляю работу репетитором. Пока занимаюсь с детьми в малой гостиной, но Орхан уже пригнал бригаду, которая закончит отделку комнаты для занятий. Там будет и доска, и удобный стол, и проектор, и компьютер. Отдельный угол мы отвели для нашего ребенка. Сначала там будет стоять люлька, а позже, когда малыш подрастет, – развивающий коврик, чтобы ребенок сам себя занимал, пока мама проводит урок.

Детскую мы решили покрасить в зеленый. Купили мебель, которую муж собирает сам. По вечерам, когда он после работы скручивает элементы обстановки, я сижу в этой же комнате в кресле-качалке. Мы болтаем обо всем на свете, и я в полной мере ощущаю нас настоящей семьей.

Спустя пару недель мы с мамой едем в торговый центр. Орхан занят на работе, так что везет нас папа. Прогуливаясь по магазинам, мы обсуждаем подготовку к родам, и что Орхан, вопреки наставлениям отцов, решает пойти рожать вместе со мной. Ни в семье мужа, ни в моей так не принято. Но моему мужу плевать на все это. Он хочет стать первым, кто примет на руки нашего первенца.

Мы с мамой выходим из детского магазина с полным пакетом одежды и всяких мелочей для малыша, и я застываю, столкнувшись взглядом с Сафией. Она тоже замечает меня. Сначала приостанавливается, а потом ускоряет шаг, направляясь ко мне.

– Зара, могу я поговорить с тобой? – спрашивает она, а я киваю.

– Дочка, я зайду в кофейню. Буду ждать тебя там. Заказать тебе латте? – спрашивает мама.

– Да, спасибо, – киваю.

Мы с Сафией провожаем ее взглядом. Как только она скрывается в кофейне, смотрю на невестку.

– Знаю, что уже извинялась, но повторю. Мне очень жаль, что я так заигралась, и по моей вине чуть не случилась трагедия.

– Она случилась, Сафия, – произношу спокойно. – Твой муж выстрелил в меня. Кто знает, чем закончилось, если бы я не поймала эту пулю. Он мог убить родного брата.

– Да, ты права, – она опускает взгляд. – И я очень сожалею, что так произошло. И что я потеряла подругу в твоем лице. Я бы хотела вновь общаться. Снова попробовать подружиться.

Она продолжает говорить, но я ее почти не слышу.

Конечно, я простила ее и стараюсь забыть ту ситуацию. Но снова подружиться? Нет, увольте. Сколько волка не корми, он все равно в лес смотрит. Я больше не хочу рисковать своим браком и приводить в дом искушение для моего мужа.

Я верю Орхану. На все сто процентов. Но кто знает, как повернется в случае, если Сафия снова начнет щедро дарить свои улыбки направо и налево?

Как бы сильно я ни доверяла мужу, риски все же лучше исключить.

– Я рада, что ты раскаялась и осознала свою ошибку, – отвечаю, когда Сафия заканчивает рисовать радужные перспективы нашей дружбы. – И мне жаль, но, боюсь, былой дружбы уже не будет. Достаточно того, что мы будем видеться на семейных торжествах. В остальном… мне сейчас не до дружбы. Прости, меня мама ждет. Хорошего дня.

Развернувшись, сразу ухожу, даже не дождавшись ответа Сафии. Сама удивляюсь собственной смелости. Еще недавно я бы не смогла вот так прямо отказать кому-то в дружбе. Тем более, члену семьи моего мужа.

Но все, что произошло со мной, научило меня быть немного эгоисткой. Выбирать себя и свою семью. И не стараться быть хорошей для всех. Все равно это просто невозможно.

– Дочка, что она хотела? – спрашивает мама, когда я устраиваюсь напротив нее за столиком в кофейне.

– Чего бы ни хотела, я не собираюсь давать ей это. Десертик возьмем?