Глава 54

Дальней Дудинки наш обоз достиг спустя десять дней пути. Измотанные дорогой и бесконечными дождями, мы наконец добрались до места своего назначения. Благо, наступило лето, и погода даже по ночам была тёплой.

Нас уже ждали. Староста поселения и местный воевода подготовили для нас всё, как и требовалось. Гонец сюда, в Дудинку, ускакал из столицы ещё неделю назад. Местные жители тоже вышли нас встречать, даже на время оставили свои работы в полях. Повсеместно шла посевная в этой части княжества.

Под походную лекарню нам выделили четыре просторные избы, и за неделю были сколочены ещё два больших сарая с деревянными одноярусными нарами. Местные бабы как раз дошивали простыни и одеяла на них. В этих сараях было решено временно размещать раненых, тех, которые будут после операций готовиться к отправке в лекарни в крупных градах.

Ещё три большие двухэтажные избы были предназначены для размещения лекарей, пяти ратников и нескольких слуг. Всего наш обоз состоял из пятидесяти человек. Только лекарей было три десятка. Мне выделили самую добротную избу, стоявшую немного в стороне от основного поселения. Там жила одна бабка-знахарка. Я велела оставить бабку со мной, она мне не мешала. Остальные прибывшие и раненые должны были расположиться в десяти походных шатрах, которые мы привезли с собой.

Главным плюсом нашего расположения в селении стало то, что не нужно беспокоиться о продовольствии и воде. Местные жители сразу же высказали желание помогать с пропитанием.

Все подводы, на которых мы приехали, немедленно отправились на поле боя, к осаждённым крепостям. К вечеру мы должны были уже разместиться и дожидаться первых раненых.

Всю следующую неделю с утра до ночи я занималась ранеными: шила, оперировала, вправляла кости, учила лекарей. Дни пролетали быстро, и я даже сбилась со счёта.

Ежедневно привозили десятки новых покалеченных и раненых мужчин. Какие-то лёгкие операции, например, зашить распоротую конечность или вправить кости на место, могли уже делать некоторые лекари, что приехали со мной. Я же в основном занималась самыми тяжёлыми больными, и мне удавалось спасти не всех. Всё же я была травматологом, а не хирургом, и часто мне не хватало нужных знаний. Но я очень хотела помочь. Но всё равно нам удавалось спасти большую часть раненых. Спустя четыре дня первые прооперированные и которые были не в очень тяжелом состоянии отправилась на подводах в ближайший большой град Линеж, для дальнейшего выздоровления.

В тот день я вернулась в свою избу, как обычно, к ночи. Марика ждала меня с горячим ужином и тёплой водой для мытья. Я присела в небольшую лохань с тёплой водой, сполоснулась. Ведь день на ногах, в пыли и крови раненых. Спросила Марику, где Рогдан. Оказалось, дядя ушёл проверять караулы у лагеря и должен был скоро вернуться.

Служанка помогла мне вытереться и облачиться в длинную рубаху и тёплый халат из парчи. Я уже пила чай, сидя за столом в светлице, отпустив Марику спать в дальнюю горницу, когда кто-то тихо постучался в дверь.

Вошёл один из лекарей. Мужчина лет сорока, довольно усердный, но не очень талантливый во врачевании. Всё это время я видела, что он старается, и у него даже что-то получалось. Но всё равно не так искусно, как у других лекарей.

— Не помешал, княгиня? — спросил он с порога.

— Нет. Я уже собиралась спать. Что ты хотел?

— Хотел рассказать тебе кое о чём, княгиня, — сказал он, оглядываясь. — Только не хотел, чтобы кто другой ещё услышал.

— Говори, не бойся, — успокоила я. — Дядя Рогдан где-то бродит ещё, а Марика со знахаркой спят уже.

— Это хорошо, что спят, — кивнул лекарь и начал приближаться ко мне. — Я вот что хотел сказать, точнее, показать. — Он положил передо мной некий свёрток и велел: — Разверни, княгиня, посмотри.

Кивнув, я склонилась над свёртком и открыла ткань. Там лежал обычный камень. Я уже хотела спросить, что это значит. Но вдруг ощутила, как мою шею резко сдавила удавка.

Я вмиг схватилась руками за верёвку, ощущая, что этот жуткий лекарь стоит за моей спиной и безумно давит моё горло всё сильнее. Я захрипела, пытаясь вырваться из его рук, ощущая, что словно попала в тот день, когда тот убийца-мангриец в моей спальне во дворце душил меня.

Но вдруг убийца за моей спиной громко вскрикнул, и тут же удавка ослабла. Затравленно обернувшись, увидела, как лекаря схватил какой-то мужчина и прижал его к стене.

Это был Руслан!

Я же сдёрнула верёвку со своей шеи и пыталась отдышаться. Снова возникло какое-то дежавю. Тогда убийца проник в мою спальню, и дядя Рогдан обезвредил мангрийца, сейчас это сделал мой муж, оттащив от меня лекаря.

Отчего Руслан появился здесь? Так неожиданно и вовремя.

Руслан упер острие ножа в шею убийцы, и поняла, что еще миг — и он отправит его к предкам, как говорили в этом мире. Князь угрожающе склонился над мужчиной и прогремел:

— Говори, кто нанял тебя, тать?! Немедля!

Лекарь-убийца молчал.

— Клянусь, если назовешь кто — оставлю в живых. Отправлю на рудники, но жив будешь. Слово князя.

Я же нервно оправляла свою одежду и испуганно смотрела на мужчин. Я тоже неистово хотела узнать, кто «заказывал» мою смерть с такой регулярностью, что это уже даже пугало.

— Руслан, посмотри его запястья. В прошлый раз это был мангриец, — велела я мужу.

— В прошлый раз? — удивился князь.

— Три недели назад меня едва не задушили прямо во дворе, в моей спальне. Дядя Рогдан спас меня тогда.

— Едрёна головешка! — выругался Руслан и вдавил лезвие ножа в горло мужика. Струйка крови побежала по его шее. — Говори немедля, кто заплатил тебе, или клянусь, порешу тебя немедля.

Я, обхватив себя руками, дрожала, стояла ни жива, ни мертва. И понимала гнев мужа: пока мы не найдём этого «заказчика», покушения будут продолжаться, ведь всегда найдутся людишки, готовые ради денег на убийство.

— Ну, будешь говорить? — рычал муж.

Я видела, что он жаждет разделаться с убийцей, едва сдерживал себя, чтобы узнать хоть что-то.

Но мужик упорно молчал. Или боялся своих нанимателей, или получил слишком много денег и смерти не боялся. Наверняка отдал их своей семье.

— Молчишь? Ладно. Тогда велю пытать тебя, — процедил князь, убирая нож и хватая мужика за грудки. — И, поверь, будут мучить тебя так, что взмолишься о смерти.

— Руслан, не надо, — промямлила я, слушать это было невыносимо.

— Не лезь, жена, сам знаю, что делать, — огрызнулся Руслан. — Ты уже сотворила глупость: притащилась сюда за тридевять земель без охраны.

Ясно, опять я была во всём виновата. Но я только хотела помочь раненым.

— Если скажу, кто велел убить царевну, ты всё равно не поверишь мне, князь, — вдруг прохрипел мужик.

— Говори. Я уж сам решу, верить или нет.

В этот момент за нашими спинами раздался какой-то грохот, потом истошный женский крик, и в горницу стремительно вошёл дядя Рогдан, таща за собой Пересвету. Жёстко сжимал сильной рукой её плечо, а она пыталась вырваться.

— А не эта ли девка заплатила? — заявил обвинительно Рогдан. — Сейчас стояла и подслушивала у дверей. Прости, князь, я только подошёл и услышал последние ваши слова.

— Ты с ума сошёл, Рогдан? — завопила Пересвета. — Я ничего не умышляла против царевны. Она же мне сестра!