Глава 53

Все бояре стихли, и я продолжила:

— Дьяк, пиши. Первое: в три дня собрать со всех ближайших градов и селений четыре сотни лекарей. Самых толковых. Пусть приедут сюда, я их сама испытаю и решу, подходят они для службы или нет. Второе: пятьдесят лучших лекарей, что я отберу, поедут в поход на границы княжества.

— Так не поедут, княгиня, они по собственному желанию, мы о том тебе говорили, — пробубнил один из бояр.

— Поедут. Потому что полевую лекарню мы устроим в ближайшей деревне, той, что в пяти верстах от поля сражений, в безопасном месте. Лекари, что в рати, будут только перевязывать, чтобы остановить кровь. Лечить и врачевать будут лекари, что поедут со мной.

— С тобой, княгиня? — спросил Стожар.

— Да. Я лично поеду во главе лекарского обоза. Пока едем, буду обучать лекарей и знахарей мастерству, что надо делать и как, чтобы приехали они уже готовые.

— Но это опасно, княгиня, ехать тебе на ратное поле.

— Не поеду я на поле боя, я же сказала. Далеко мы будет от сражений. Тем лекарям, что поедут с мной, положить жалованье три рубля в день. Как раз выплаты «отцам» в этом месяце не будет, — сразу же объяснила я боярину по финансам, предвещая его вопрос. — Оттуда деньги и возьмёшь.

— Исполню, княгиня.

— Третье, дьяк, пиши. За пять дней собрать нужные телеги и всё по списку, что я составлю для нашего похода. Поедем мы со следующим ратным войском, что Руслан требует отправить. Ратники сопроводят нас. И пятеро останутся для защиты полевой лекарни, остальные поедут к князю. И последнее, это тебе, боярин, — обратилась я к советнику по градам и селениям. — Подготовь список больших селений с подробным описанием, расположенных не более десяти вёрст от тех крепостей, где идут бои. Обсужу позже с тобой, где лучше устроить лекарню. В то селение гонца пошлёшь, чтобы двадцать изб больших нам освободили. Или же пусть новые за неделю выстроят. Знаю, что есть в деревнях такие умельцы.

После совета я ещё немного побеседовала с боярами и воеводами, уточняя детали предстоящего похода на юго-восток. Заявила, что оставлю Стожара за главного советника княжества. Ему я доверяла и знала, что во вред мне или жителям он ничего не сделает. А наоборот, проследит за боярами, чтобы они не «расслаблялись» и не чинили произвола, пока нас с князем не будет.

Я собиралась провести в полевом лагере не более месяца. За это время обучить толковых лекарей всем премудростям операций и лечения даже тяжелораненых. Ведь одна я с десятками раненых за день явно не справлюсь. А потом вернуться обратно в столицу. И моя миссия как княгини будет выполнена.

На утро я отправила дядю Рогдана в город. Он вернулся спустя два часа и доложил:

— Нашёл нужного кузнеца, Елана. Отдал ему твои инструменты. Он обещал сделать через пять дней десять таких наборов. Если успеет, то больше.

— Прекрасно, — кивнула я. — Когда будешь забирать, дядя, вели, чтобы ещё такие наборы мастерил. Они точно теперь в ходу будут.

Свои медицинские инструменты я привезла из Налагии. Там, по моим рисункам и просьбе, их сделал Некрас — изобретатель и умелый мастер, что состоял на службе у моей матушки. Этот набор инструментов повторял те, которыми я пользовалась при операциях и лечении больных в XXI веке, будучи врачом-травматологом. И теперь предстояло обучить всем премудростям новых лекарей, которые должны были прибыть уже через два дня.

— Одно не пойму, Елана, — вздохнул Рогдан, усаживаясь на мягкий диванчик у фонтана. — Зачем тебе на ратное поле ехать? Это не дело для царевны.

— Моё это дело, дядя. Если я могу помочь и спасти своим умением не один десяток раненых — значит, надо это сделать. Я княгиня, и у священного камня дала обет — заботиться и почитать свой народ так же, как князь. И это мне по душе, пойми.

— Не пойму, Елана. Последний год ты стала очень странной. Словно другой.

— Тебе кажется, дядя, — ответила я тихо, боясь, что Рогдан возможно о чем-то догадаться, и это было опасно.

— Не кажется, милая, — ответил он, проходясь по мне цепким взглядом. — Но оттого ты не стала для меня хуже, Елана. Наоборот, я восхищён. И очень жаль, что раньше я не замечал в тебе этих качеств.

В тот вечер мы праздновали в одной из трапезных светлиц дворца оглашение помолвки Стожара и Марики. Моя служанка изъявила желание поехать со мной в юго-восточные неспокойные земли. А Стожар оставался в Верийске. Потому накануне отъезда нашего обоза было решено устроить пир по случаю того, что Стожар и Марика становились женихом и невестой, а в будущем, по нашему возвращению из похода, должны были заключить любовный союз.

Оказалось, что Стожар и Марика давно любят друг друга, и только то, что она не имеет хорошего приданого и сирота, мешало быть им вместе. Потому я дала хорошее приданое своей служанке и выступила как её покровительница, а отец Стожара даже противиться не стал и благословил их скорый союз.

Во время пира я сидела рядом со Стожаром и кратко то и дело напоминала ему то об одном деле, то о у другом. Всё касательно княжества. Ведь завтра я уезжала с лекарями и потому переживала, как тут без меня всё будет. Не хотелось, чтобы все мои начинания в княжестве были спущены на самотёк или вовсе «загнулись», потому я и требовала от Стожара всё контролировать и во всё вникать. Он обещал мне это.

— А из наложниц никто пока не уехал? — спросила я молодого человека.

— Пока только одна. Та, которую ее отец на следующий день забрал из дворца, как ему грамота пришла, что выплат больше не будет.

— А, ну хорошо. Куда только он свою дочку теперь пристроит? — желчно заметила я. — Как там говорят? Она же «порченый товар».

— Отдаст замуж за какого-нибудь боярина незнатного рода или за купца-вдовца. Не пропадет девка.

— И прекрасно, — ответила я искренне.

Все же зла я не желала этим девицам. Да, во дворце и рядом с моим мужем они меня раздражали, но все же я не хотела, чтобы они оказались без семьи и на улице только потому, что побывали в постели князя.

— Ты, княгиня, на князя не серчай сильно, — сказал мне тихо на ухо Стожар.

С другой стороны от него сидела Марика в красивом новом летнике, белоснежном и вышитом жемчугом, моем подарке, и в нарядном кокошнике. Потому он и говорил так тихо, чтобы слышала только я.

— Я и не серчаю, — пожала плечами я, делая вид, что мне всё равно.

Однако на самом деле наложницы Руслана и эти порядки, что мой муж мог иметь девок для интима, бередили моё сердце.

— Он ведь тебя одну любит, княгиня.

— Да уж прям. Не верится что-то.

— Клянусь, — заявил Стожар. — Князь ведь как приехал с тобой во дворец, ни одна девка в спальню к нему не хаживала.

От откровений молодого человека я даже опешила.

В смысле? Руслан что, не посещал наложниц, как мы приезжали в Верийск? Да не может того быть!

— Как это?

— Да так, — ответил Стожар. — Спал один в своей светлице. Я по вечерам у его спальни караул нёс. Знаю. Только медовухи выпьет на ночь, да и спит беспробудно. Ядвига даже вой по этому поводу у его дверей устроила как-то. Он её и прогнал.