Глава 30. Любимая жена/нелюбимая жена

Глава 30. Любимая жена/нелюбимая жена

Во дворец мы приезжаем дружной весёлой компанией. У детей прекрасное настроение, и у меня с ними грустить не получается. Но всё меняется, когда мы заходим в сад.

Владыка с главным казначеем и Лейлой пьют чай в беседке и ведут оживлённый разговор.

— Жена моя! — увидев меня с детьми, Ханар покидает беседку и направляется к нам.

Дети мне попались смышленые — все пятеро как один кланяются повелителю.

— Муж мой… — отзываюсь, когда Хан подходит, и поглядываю на Лейлу.

Она под руку с главным казначеем топает сюда. Мерзкая гадюка. Едва я успела покинуть дворец, как она уже прилипла к господину. И он, видимо, не против общества драконицы. Ах да, им ведь есть что обсудить! Секретик насчёт каравана.

— Кто эти дети и что они здесь делают? — с удивлением спрашивает Хан.

— Сироты, чей приют сгорел два месяца назад, — отвечаю, глядя на Лейлу. — Теперь они беспризорники, — перевожу взгляд на мужа. — Дети жили в бочках на базарной площади. Я подумала, раз уж в казне нет денег, чтобы построить новый приют, пусть они поживут во дворце.

Ханар прекрасно слышит язвительность в моём тоне, но отвечать не спешит. Он трёт бороду, внимательно изучая грязных босоногих беспризорников.

— Мы с Лейлой и казначеем как раз обсуждали строительство нового большого приюта вместо тех, что сгорели или обветшали, — выдаёт дракон.

— Это я предложила, — вздёрнув нос, заявляет Лейла. — Как видишь, я занялась благотворительностью, — эта реплика адресована мне.

Ещё бы язык показала…

— Прекрасно, — кривлюсь. — Но я настаиваю, чтобы дети остались во дворце.

— Да будет так! — великодушно соглашается владыка и хлопает в ладоши.

Мех высовывается из кадки с цветами:

— Слушаю вас, господин, — сложив ладони вместе, он склоняет голову.

— Этих детей надо помыть, одеть и накормить. Выдели им нянек и отдельные покои в женской части дворца.

— Э-эм… — услышав о няньках, я начинаю нервничать. — Пусть Мех проследит, как служанки присматривают за детьми.

Знаю я местных прислужниц — любительницы ничего неделанья. Эти дети, конечно, не беспомощные младенцы, как Муса, но всё же.

— Кто такой Мех? — владыка удивлённо приподнимает брови.

Джинн явно оскорбился, но пытается не подать вида. Не зря он говорил, что именами джиннов никто здесь не интересуется.

— Мех… — шепчу мужу, показывая пальцем на духа.

— К-хм… да будет так. Джинн проследит за работой служанок, — Ханар складывает руки за спину и сканирует меня взглядом. — Что-то ещё, Аиша? — проверяет, как далеко я зайду с просьбами.

— Да, — сбавлять темп не собираюсь. — Дети жили на улице и могут быть больны…

— Как хорошо, что ты это понимаешь, — перебив меня, ёрничает Лейла.

— Помолчи, — затыкает её владыка. — Ты хочешь, чтобы их осмотрел лекарь? — спрашивает у меня.

— Это нужно сделать, — киваю. — Пусть их осмотрит Рахат.

Тут у меня две цели. Во-первых, детей действительно нужно проверить на наличие вшей и простудных заболеваний, а во-вторых, я хочу увидеться с Рахатом. Отличный повод, чтобы не вызвать лишние вопросы.

— Немыслимо! — драконица снова не выдерживает. — Главный лекарь дворца владыки должен осмотреть беспризорников?! О чём ты говоришь?!

— Я приказал тебе молчать, Лейла! — рявкает господин. — Если тебе не нравится, что предлагает Аиша — можешь уйти. Но не смей повышать на неё голос!

Лицо драконицы надо видеть! Она буквально зеленеет от злости. Добить её?

— Спасибо, Хан, — я делаю шаг к мужу, прижимаю ладошку к его груди и, приподнявшись на пальцах, легко касаюсь его губ своими. — Ты лучший муж на свете, — ставлю сладкую точку в благодарности.

Честно говоря, мне не хотелось это делать — я злюсь на Ханара. Но подраконить драконицу — святое дело. Теперь супруг готов простить мне всё на свете, а Лейла отправляется в «нокаут». Нелюбимая жена зовёт владыку на «ты» по имени и не стесняется поцеловать его прилюдно.

Злобно скрипнув зубами, Лейла разворачивается и идёт прочь. Крыть ей нечем. Вот так! Секретики с мужем ещё не значат, что ты любимая жена.

Мех уводит детей. И я собираюсь уходить — меня ждёт малыш Муса. Соскучился уже, наверное, по маме. Хочу его обнять и потискать.

— Подожди, Аиша, — Ханар останавливает меня. — Что происходит?

— Ничего, — пожимаю плечами, притворяясь дурочкой. — Я купила тыхму на базаре, — киваю на джиннов-охранников, которые стоят с моими покупками, — и встретила этих голодных детей…

— Об этом я уже слышал, — дракон прижимает указательный палец к моим губам. — Сейчас я говорю о тебе. Сначала ты холодна со мной, потом целуешь, а сейчас собираешься уйти, не сказав ни слова. Ты сердишься на меня?

— Вовсе нет, — я держу эмоции при себе. — Просто у меня много дел. Надо заняться Мусой, а позже проверить, как устроились сироты.

— Если у тебя нет причин на меня злиться, то я рассчитываю на ужин в твоей компании, — заявляет Хан и притягивает меня к себе за руку.

В объятиях этого мужчины я почти готова забыть обо всём. И это опасно. Невзирая на нежность, с которой Ханар ко мне относится, он ведёт тайную игру. И у него в союзницах не кто-нибудь, а Лейла. Не стоит забывать об этом.

— Я-а… — упираюсь ладонями в грудь мужа, — постараюсь прийти к ужину, — обещаю, но расплывчато.

Дракон выпускает меня из объятий, а я делаю шаг назад и чувствую холодный ветерок недоверия между нами. Он тоже это почувствовал. Уверена.

***

Вечером на Бушару обрушивается ливень — долгий, шумный, приносящий свежесть и прохладу. Я стою на балконе под навесом и смотрю на молнии, которые режут тёмное небо на части.

— Господин… — в унисон с раскатом грома звучит голос моего джинна.

Оказывается, его зовут Мех. Я не знал. И вряд ли бы узнал без Аиши. Моя красавица-жена — удивительная женщина! Нет равных ей в доброте и милосердии.

— Аиша уже пришла? — вполоборота смотрю на духа.

— Она не придёт, владыка, — вздыхает.

— Что это значит?! — я, мягко говоря, удивлён.

— У госпожи появилась сыпь, — Мех разводит руками. — Из-за тыхмы. Рахат назначил ей мази и полный покой. К утру должно стать легче.

— Драгхалла… — выдыхаю. — Я сам схожу к ней.

Порываюсь немедленно отправиться в покои Аиши, но дух встаёт у меня на пути:

— Полный покой, господин, — напоминает негромко. — Аиша неплохо себя чувствует, не беспокойтесь. Но она должна отдохнуть — это слова главного лекаря.

Рыкнув, я возвращаюсь под навес. Рахат единственный во дворце, кому я полностью доверяю вопросы здоровья своего и близких. Если главный лекарь говорит, что девочка должна отдохнуть — пусть отдыхает.

Сегодня в саду Аиша вела себя странно. Мне показалось, что она серьёзно обижена на меня. Но не призналась. Только я не дурак — всё вижу и чувствую. Хотел поговорить с ней об этом за ужином, но теперь придётся отложить до утра.

— Прикажи слугам убрать еду со стола, — приказываю Меху. — И приведи ко мне Лейлу.

— Лейлу?.. — он делает большие глаза.

— Хочешь обсудить мой приказ? — хмурюсь.

— Я всё сделаю, владыка, — быстро исправляется джинн и исчезает.

Раз не удалось провести вечер в хорошей компании — проведу в плохой. Лейла сегодня пришла ко мне с предложение построить новый приют в городе. Не знаю, надоумил драконицу кто-то или на неё снизошло прозрение, но я намерен научить эту женщину доводить дела до конца. Недостаточно просто высказать хорошую идею.

Покинув балкон, я захожу в комнату. Перед камином стоит столик с ужином для двоих, но ужина не будет. Аиша не пришла, а у меня пропал аппетит.

Служанки убирают тарелки с нетронутыми блюдами, я готовлюсь к визиту драконицы. Затачиваю перья для письма, наполняю чернильницу и достаю с полки чистые листы бумаги. Но Лейлы всё нет. Не похоже, что она торопится к своему владыке.

— Лейла, господин! — объявляет Мех, высунувшись из вазы.

— Пусть заходит, — я сажусь на подушки.

Драконица переступает порог со склонённой головой, но даже в такой позе я вижу её улыбку. А ещё я понимаю, почему Лейла задержалась — она наряжалась. Для меня. Зря, я ведь её не для любовных утех позвал.

— Скройся! — шикаю на Меха, который торчит из вазы. — Я не хочу, чтобы нас беспокоили.

— Муж мой… — сладким голосом приветствует меня драконица. — Я счастлива, что вы позвали меня к себе.

— Не торопись радоваться. Присаживайся.

Жестом приглашаю её за стол, где недавно стояли блюда с яствами, а теперь расставлены писчие принадлежности.

— Зачем всё это? — жена опускается на подушки и с интересом разглядывает предметы.

— Для тебя, — начинаю из-за угла. — Сегодня ты предложила построить в Бушаре новый приют для сирот. Ты порадовала меня этой идеей.

— Спасибо, господин, — драконица теряет бдительность и снова улыбается.

— Всякая хорошая идея должна быть воплощена в жизнь. Этим и займись. Рассчитай, во сколько обойдётся казне новый приют. Я не прошу от тебя точности, но хочу увидеть примерные расчеты.

Лейла смотрит на меня абсолютно пустым взглядом. Хотя нет, не пустым. В нём есть едва уловимый ужас.

— Владыка, но… — она хватает ротиком воздух, — для этого у вас нас казначей…

— Всё верно, — киваю. — Но что если казначей захочет нас обмануть? А ты даже не будешь знать, сколько денег нужно на строительство приюта. Надо прикинуть расходы.

У Лейлы есть образование — читать, писать и считать она умеет. Бумагу, перья и чернильницу я приготовил. Осталось включить голову и начать. Я здесь и готов помочь. Если, конечно, увижу старания драконицы, а не продолжу слушать её глупые отговорки.

Лейла берёт перо, макает его в чернильницу и замирает. Она не представляет, с чего начинать…

…Через час я устаю от глупостей и нытья жены. Это невыносимо! Я и представить не мог, что Лейла настолько ленива. Драконица просто не хочет думать. Даже с моими подсказками она не продвинулась в расчетах.

— Из чего ты планируешь строить здание? — вздыхаю.

— Из камня, — хлопает ресницами.

— Прекрасно! Когда мы говорили о заборе, я упоминал, сколько стоит камень. Ты помнишь?

— Умоляю, владыка, перестаньте меня мучить… — шепчет Лейла и опускает голову.

— Мучить?! — грохаю кулаком по столу, и она вздрагивает. — Быть женой владыки — это не только трапезы у бассейна и дорогие украшения! — срываюсь на крик. — Сегодня я обрадовался, услышав от тебя о приюте, — заметив, что жена побледнела, я убавляю громкость. — Но это лишь слова… — вздыхаю тяжело. — Посмотри на Аишу, Лейла. Она встретила на базаре детей и приняла решение привезти их во дворец. Больше того! — поднимаю вверх указательный палец. — Аиша не испугалась и не поленилась отстоять своё мнение передо мной. Я уважаю такие поступки.

— Будто она считала, сколько казне обойдётся содержание этих детей во дворце, — фыркает драконица.

— Дело не в этом, — качаю головой. — Дело в желании помочь своему народу. У тебя его нет.

— Вы позволили Аише называть вас по имени, — у Лейлы дрожит подбородок. — А я… За всё время, что мы в браке, вы первый раз позвали меня в свои покои.

— И это было моей ошибкой. Впредь такое не повторится. Уходи.

Лейла хочет возразить, но, поймав мой суровый взгляд, решает не доводить дело до изгнания. Невозможно стать доброй и хорошей, если в душе плещется чёрная зависть.