Глава 2

Анастасия. Затянувшееся ожидание перелета и сам перелет меня вымотали, и потому в частную клинику я заходила словно выжатый лимон. Я хотела поскорее расквитаться с целью своей поездки и поехать на вокзал. Купить билет на поезд и вернуться домой. Я уже предвкушала, как сладко буду спать под мерный стук колес в плацкарте. И, честно сказать, я ужасно жалела, что поддалась на шантаж и согласилась на поездку. Не хотела расстраивать маму. У нее слабое сердце, и я стараюсь ее лишний раз не волновать. Олег проводил меня к палате, которая больше походила на номер в пятизвездочном отеле, и, постучав, заглянул во внутрь. – Проходи, – меня чуть ли не запихнули в палату, и мужчина сразу же вышел, лишь кивнув моему родителю. Папа ушел, когда мне исполнилось пятнадцать, потому я хорошо его запомнила, но то, что я видела сейчас, меня шокировало. – Здравствуй, дочка, – на постели сидела тень отца. Некогда статный и привлекательный мужчина сейчас представлял из себя обтянутый кожей скелет с серой пергаментной кожей. Сердце дрогнуло от слов родителя, но я взяла себя в руки. – Не называй меня так. Дочкой я была десять лет назад, а сейчас я для тебя Анастасия Михайловна Толстых, – я сложила руки на груди и смотрела на мужчину. Не хотела отождествлять его с отцом, хотела разделить эти два понятия. – Хорошо, буду называть тебя Анастасия Михайловна, – мужчина снисходительно улыбнулся, но лицо сразу же исказила гримаса боли. – Ты хотел поговорить? Говори, – я отвела взгляд, чтобы не видеть лицо отца, искаженное от боли. В горле встал ком. – Мне еще на поезд надо успеть. – Я хотел попросить о помощи, – начал говорить отец и замер, ожидая моей реакции. А я не выдержала, хоть и дала себе обещание быть холодной, как айсберг. – Думаю, тебя здесь неплохо лечат, так что я тебе ничем помочь не могу, – я пылала от гнева. – Нет, дочка, – и, увидев мой гневный взгляд, сразу же исправился, – Анастасия Михайловна. Спасибо, хоть отчество оставила. – Чем я могу тебе помочь? Я не врач, чтобы тебя вылечить, а в деньгах, на сколько мне известно, ты не нуждаешься, да и я бы не смогла ими тебе помочь, – я поискала глазами стул, но не нашла и была вынуждена пройти и сесть на кресло около постели отца. – Ты, я думаю, в курсе, что у меня с партнером есть юридическая фирма, – я кивнула в подтверждение, что данная информация для меня не секрет. – Я хотел бы, чтобы ты встала во главе этой фирмы на год вместо меня, пока я лечусь и прохожу реабилитацию, – выдал отец, а у меня челюсть отвисла от удивления, а глаза вот-вот вывалятся из орбит и укатятся под кровать. – Нет, ты точно не в своем уме. Или тебя обкололи чем-то. Я-то думала, что ты меня позвал сюда душу облегчить перед операцией, так как не знаешь: выживешь или нет. А ты мне фирму свою сунуть в качестве откупа собрался. Знаешь, куда ты ее себе засунь? – я, не сдерживаясь, кричала, и к нам заглянула медсестра и, убедившись, что шум есть, а драки нет, закрыла дверь палаты с обратной стороны. – Ты не готова меня сейчас выслушать, потому о причинах, из-за которых я ушел от вас, я говорить не буду, – отец поджал губы. Я помнила этот жест и раньше, будучи подростком, я его жутко боялась. Это был жест крайней степени недовольства. Я тогда боялась расстроить отца, разочаровать. А сейчас мне было глубоко плевать. – Я никогда не буду готова говорить с тобой об этом. Ты нас бросил, предпочтя деньги и карьеру семье. Можешь на меня не рассчитывать, я уезжаю домой, – я уже развернулась и взялась за ручку двери, когда отец продолжил говорить. – Если ты не согласишься с моим предложением, я заберу у вас квартиру, – слова отца заставили меня замереть, и я даже пару секунд осмысливала услышанное. – В смысле, ты заберешь у нас квартиру? Это мамина квартира, – я развернулась и ошарашенно смотрела на родителя. – Нет, это моя квартира, я оставил ее вам, – ответил отец. Я вглядывалась в его лицо и не могла поверить, что он сейчас мне это все говорит. – В счет алиментов, – я помнила, как тетка всю жизнь твердила, что мой папашка откупился от меня квартирой, но никогда не вникала в суть слов. Подумала, что он отписал матери квартиру в счет алиментов или после развода не стал претендовать на раздел имущества. В общем, зря я не вникала в эти вопросы. – Нет, алименты я исправно платил все эти годы и смогу это доказать в суде, если потребуется, – отверг мое предположение отец. – Ты сейчас не шутишь? На полном серьезе? – я все не могла принять эту информацию и уложить все у себя в голове. – Да, я вполне серьезно. Если ты мне не поможешь, то я заберу у твоей матери квартиру. А насколько я знаю твою мать, то у нее нет ни копейки за душой, и она продолжает содержать свою сестру, твою тетку. На деньги, что я ей посылаю, – отец чеканил слова, и до меня наконец-то дошло, что он не шутит. Весь этот ужас происходит здесь и сейчас, и мне надо принять решение. – Да, я по-прежнему отправляю ей деньги на содержание. Да, отец был прав. И мама не умела и не умеет откладывать и копить деньги. У нее их всегда нет. Но о том, что она часть отдает тете Маше, я догадывалась. Тетка, как паразит, присосалась к нашей семье, при этом постоянно морально гнобя маму. Я пыталась понять, в чем причина, но мама упорно твердила, что она ее сестра и потому должна ей помогать. В том, что отец врет и квартира на самом деле мамы, я тоже не верила. Это было настолько легко проверить, что ложь была лишена всякого смысла. Я устала, и этот разговор вымотал меня морально. И я откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза. – Ну так что скажешь? – из размышлений меня выдернул вопрос отца. – Полгода, – я решилась и даже придумала, что скажу матери. Придется соврать, но это ложь во благо. Мой мозг сейчас в ускоренном режиме обрабатывал информацию. – Что полгода? – не понял отец. – Я говорю, не год я буду вместо тебя, а полгода. Шесть месяцев с сегодняшнего дня и ни днем больше. Мы заключим договор прямо сейчас, а то мало ли, вдруг ты не переживешь операцию. А еще ты никому не скажешь, что я твоя дочь, – я открыла глаза и смотрела на отца. – А ты стала жестокой, – отец горько усмехнулся. – Это говорит мне человек, который шантажом заставил принять его предложение. Как видишь, у меня были хорошие учителя, – я ждала: согласиться ли Михаил Романович с моими условиями. – Хорошо, полгода так полгода, – отец кивнул, и я улыбнулась одними губами. – Только имей в виду, я забесплатно работать не буду. И жить мне тоже негде, – я решила: раз наглеть, то по полной. – И я еще не решила, что мне делать с моими прежними клиентами, – на лице отца отразился скепсис относительно моих слов, особенно когда я сказала про клиентов. – Если я не ошибаюсь, у тебя адвокатский кабинет, так что от адвокатской коллегии ты практически не зависишь. Текущих подзащитных у тебя пока нет. Последнее дело ты с блеском выиграла вчера. И, конечно, бесплатно тебе никто не предлагает работать. Зарплата как у партнера фирмы. Кстати, Алмазов старший уезжает на некоторое время, и вместо него будет Олег. Ты с ним уже успела познакомиться. Вот в папке договор. Впиши срок шесть месяцев и прочти. Если все устраивает, то нужно только поставить подпись, – мужчина указал на папку на прикроватной тумбочке. – Ты все продумал и предусмотрел. Даже то, что я буду торговаться о сроках. Ты следил за моей жизнью? – я поджала губы. Я знала, что это точь-в-точь такой же жест, как и у отца, но не могла себя отучить от него. – Жить будешь в служебной квартире. Там же в папке есть ключи и адрес, – отец проигнорировал мои слова. Да и любые комментарии были бы излишни. Я прочла договор. Претензий по составлению у меня не было, и я поставила подпись. Взяла ключи и свой экземпляр бумаг и вышла из палаты, подхватив вещи. Сейчас надо подумать, как складно рассказать матери обо всем, чтобы она не поняла, что я вру. – Ну что, тебя отвезти в аэропорт? – рядом нарисовался Олег. Я удивленно на него взглянула. Он не знал о планах моего отца? Сомневаюсь. Что тогда пытается изобразить сейчас? – Нет, – я развернулась и направилась на выход. Не было никакого желания объяснять что-то Олегу и уж тем более рассказывать. Хотелось остаться наедине со своими мыслями. Позвонить маме и наконец-то лечь спать. – Я отвезу, куда тебя подкинуть? К друзьям? Решила навестить старых знакомых-однокурсников? – мужчина настойчиво не давал мне возможности уйти. – Тебе занятся нечем? – раздражение прорвалось, и я остановилась. Хотелось выплеснуть на кого-то всю злость и негодование, и Олег пришелся как нельзя кстати. – Нет, просто дядя Миша попросил о тебе позаботиться, – растерялся мужчина оттого, с каким лицом я к нему повернулась. У меня даром что пар из ушей не шел, и глаза красным огнем не горели. – Дядя Миша, дядя Миша, – у меня даже голос изменился, изображая, как он произнес имя моего отца. Меня сейчас раздражало абсолютно все. – Раз ты обещал дяде Мише обо мне позаботиться, то вези меня по этому адресу, – и я назвала адрес квартиры. Лицо Олега удивленно вытянулось, и он нахмурился, но ничего не ответил. А мне так хотелось поругаться. Так от души, чтобы выплеснуть весь тот негатив, что накопился за время пребывания в этом месте. – Поехали, – сухо выдал мужчина и подхватил мою сумку. Как же мне хотелось закричать. Психологи говорят: нужно выйти в поле и прокричаться, когда одолевает такое раздражение. Вот только если я так сделаю в центре Москвы в крутой клинике, то мне вызовут скорую из “дурки” и будут, наверно, правы, так как уравновешенные взрослые люди так себя не ведут. Я села в машину и уставилась в окно. Олег тоже молчал, что-то обдумывая. Дорога до квартиры заняла не больше часа. Видимо, мужчина привык к таким расстояниям, а для меня дорога, которая занимает час, – это невероятно долго. В моем родном городке за час можно было проехать из одного конца в другой и обратно. Сперва мы заехали на охраняемую территорию крупного жилого комплекса, а когда водитель направил машину в подземный паркинг, то Олег попросил остановить у подъезда. Вышла из машины и осмотрелась. Ну что, Настя, ближайшие полгода это место станет твоим домом. Пока я глазела по сторонам, мужчина достал из багажника мою и свою сумки и пошел в сторону подъезда. Большой холл первого этажа поражал великолепием, и я зависла, рассматривая все вокруг. Я в таких домах ни разу не была, и потому подошедший мужчина в форме охранника меня удивил. – Добрый день, вы к кому? – охранник обратился ко мне, так как я отстала, а Олег уже стоял около лифта. Я немного растерялась от неожиданности и усталости и потому замешкалась с ответом. – Костя, она со мной, – отозвался Олег, а меня покоробили его слова. Теперь охранник подумает, что я одна из однодневных пассий Алмазова младшего. – Я здесь жить буду, – вставила я свои пять копеек. Охранник посмотрел удивленно на меня, потом на Олега и кивнул, ничего не ответив. – Не с ним, – и я кивнула головой на Олега. И снова охранник кивнул. В это время подъехал лифт, и я поспешила в кабину, так как не была уверена, что Олег подождет меня. Уж слишком он был хмур и сердит. Ему-то я чем не угодила? Это мне положено сердиться и хмуриться. Это меня заставили путем шантажа сперва прилететь сюда, а затем и работать вместо отца. – О чем вы договорились с отцом? – вопрос Олега вывел меня из раздумья. – Тебе-то что? – огрызнулась, но мужчина продолжал сверлить меня взглядом. – Пока он лечится, я поработаю вместо него. Только чтобы никто не знал, что он мой отец, – нюансы про шантаж я умолчала. Не хотела давать в руки мужчины оружие против меня. Не уверена я, что ему можно доверять. – А гонору-то сколько было, – меня обожгло презрением во взгляде и тоне Олега. – Наша договоренность с отцом тебя не касается. И раз уж мы будет работать вместе, то предлагаю не цеплять друг друга. Ради общего интереса. Я здесь ровно на шесть месяцев, а потом ты меня не увидишь и не вспомнишь, – я не собиралась давать себя в обиду. – Они тебя сожрут, – Олег самодовольно улыбался, а у меня даже мурашки по коже пробежали от неприятного предчувствия. – Ты не выдержишь полгода. Максимум месяц. Ну ладно, два. И ты сбежишь, – в глазах мужчины появился блеск азарта. – Ты меня еще на “слабо” возьми, – усмехнулась и посмотрела на табло в верхней части кабины лифта. На какой этаж мы поднимаемся? – Да и без “слабо” понятно, что такой неженке-провинциалке нечего делать среди акул юриспруденции, – лифт остановился на семнадцатом этаже, и я облегченно выдохнула. Меня уже напрягала компания парня. Хочу остаться одна и подумать, да и маме позвонить надо. Мы вышли из лифта и оказались в холле на две квартиры. Я забрала у Олега свою сумку и, буркнув “спасибо” себе под нос, посмотрела на брелок от ключей. Подошла к правой двери и всунула ключ в замочную скважину. Не успела провернуть ключ, как услышала звук поворачивающегося замка и удивленно обернулась. Олег открыл своими ключами дверь напротив. Я удивленно уставилась на парня. – Ты тоже здесь живешь? – я не могла поверить, что Олег Алмазов живет в служебной квартире и будет моим соседом. Кому я дорогу перешла, что мне настолько не везет? – Да, а в чем проблема? – сразу же насторожился мужчина. – Нет проблем, просто не ожидала, – я пожала плечами. Моя природная деликатность не дала мне пошутить над тем, что квартира явно не по его статусу. – И кстати. Никаких вечеринок, пьянок, гулянок. И вообще, веди себя потише, чтобы я даже забыл, что ты живешь в этой квартире! – мужчина сверкнул глазами и довольно громко захлопнул дверь у меня перед лицом. Я даже вздрогнула от хлопка и развернулась к своей двери. Ну что? Здравствуй, новая жизнь. Дверь открылась без проблем. А вот как только я вошла в квартиру, я поняла, что меня здесь никто не ждал. Начнем с того, что вековая пыль покрывала то немногое, что было в квартире. Я обошла две комнаты и кухню и поняла, что в таких условиях жить не могу. Поставила сумку на пол и, развернувшись, направилась к двери. Звонок я не нашла и забарабанила по дверному полотну. Минута, другая, но никто не открывает дверь. Видимо, Олег настолько занят, что не может отвлечься, чтобы открыть мне дверь. Я поворачиваюсь и стучу по двери ногами, упершись в нее попой. Из-за шума, который я же и создала, не услышала, что дверной замок провернулся и дверь начала открываться. Я со всего размаха полетела назад, но была подхвачена под мышки сильными руками и оказалась лицом на уровне полотенца, завязанного на бедрах. Оказывается, мужчина не открывал мне так долго, потому что был в душе. Вот это скорость, конечно! Я успела лишь квартиру осмотреть и разозлиться. Мой позор был бы неполным, если бы не предательское полотенце. Оно решило именно в этот момент сползти с бедер мужчины. И перед мужчиной встал выбор. Хотя встал не только выбор. Меня перестали удерживать, и я шмякнулась на попу. А мужчина перехватил полотенце, прижав к причинному месту, размер которого меня даже смутил. – Ты что здесь устроила? Я же пятнадцать минут назад сказал, чтобы ты не шумела, – мужчина придерживает одной рукой полотенце, а другую подает мне. Я воспользовалась помощью и встала, отряхнув невидимые пылинки с брюк. – Ты был в этой квартире? Ею вообще сколько лет не пользовались? – я подбоченилась и с вызовом смотрела на мужчину. – Был, когда выбирал себе квартиру, – пожал плечами Олег, и я окинула взглядом его апартаменты. Квартира была значительно просторнее и, естественно, чище. – Там нет мебели и пыль еще с мезозоя, – я одернула одежду, стараясь не смотреть на полуобнаженного мужчину. Взгляд то и дело прикипал к капелькам воды, что скользили по мужскому торсу. Я даже зажмурилась и потерла глаза, а когда открыла, увидела озадаченное лицо парня. – Тебе что, плохо? – Олег обеспокоенно меня рассматривал. – Оденься, ты меня смущаешь, – не выдержала и отвернулась, но все же заметила самодовольную усмешку. – Ты посмотри, какие мы стеснительные. Что, мужика голого никогда не видела? – я прям даже спиной чувствовала, как он самовлюбленно улыбается. – Какая тебе разница, что я видела, а что нет. Я просто хорошо воспитана, в отличие от некоторых, – парирую замечание Олега. –Так в чем проблема? – слышу, как за моей спиной мужчина ходит по квартире. – Можешь оборачиваться. – Я не могу жить в таких условиях. Я хочу отдыхать, а не полы мыть, – заворчала, обернувшись. Мужчина надел на себя домашние широкие спортивные штаны и футболку. – Это легко решаемо. Есть хочешь? – мужчина сделал приглашающий жест, и я вошла в комнату. Просторная комната с кухонной зоной и зоной отдыха с диваном. Видимо, его раздувшееся самолюбие после моего смущения сделало его таким гостеприимным. – Хочу. Между прочим, в душ тоже хочу, – наглеть так уж по полной. Я так понимаю, у меня сейчас такой принцип будет. – Ванная дальше по коридору слева, – Олег указал, куда пройти, и я, сбегав за сумкой с вещами, направилась в ванную комнату. На водные процедуры у меня ушло добрых полчаса, так как я сразу и волосы просушила. Фен-то я не захватила с собой, как и много чего нужного. К примеру, что я надену завтра в офис? Не джинсы же и толстовку. Да и брючки с футболкой, в которых я была сейчас, тоже не подходят для юридической фирмы. Вот подкинул мне отец проблем. За день не разгребешь! Выхожу в комнату и удивленно смотрю на накрытый стол. – Я заказал доставку из ресторана. Он здесь, на первом этаже: и доставляют очень быстро, и всегда все свежее, – Олег с аппетитом наворачивал картошку по-деревенски. У меня от вкусных дурманящих запахов заурчало в животе, и я смущенно улыбнулась. – И что еще есть в этом чудо-доме? – я взяла предложенную тарелку и села за стол. – Аптека рядом с супермаркетом, тоже на первом этаже, с торца дома. А спортивный зал на минус первом этаже, там же бассейн, – озвучил мужчина, прожевав лист салата. – И как мне туда получить абонемент? – я загорелась идеей посещения зала и бассейна. – Я позабочусь, не переживай, – успокоил меня Олег, и я благодарно улыбнулась. – В квартиру я заказал клининг, они приедут через час, а с мебелью решим. Вот тебе планшет, выбирай, – и мне в руки сунули гаджет с уже открытой вкладкой мебельного магазина. – А за чей счет это все? – я настороженно смотрела на Алмазова. У меня в планы не входило обставлять чужую квартиру. Это как бы удовольствие не дешевое. – Не за твой, не переживай, – мужчина отмахнулся от моих слов, а я все равно смотрела на него с подозрением. – Да фирма оплатит, – Олег отставил тарелку и пригубил сок. – Не заморачивайся. Я не стала заострять внимание на снисходительном взгляде, которым меня одарили, и сосредоточилась на выборе мебели. Даже несколько раз сходила в квартиру и прикинула, где что поставлю. Заодно заказала кучу всяких домашних нужных вещей, так как выяснилось, что в квартире нет ни посуды, ни полотенец, ни столовых приборов. Ровным счетом ничего. – А этой квартирой никогда не пользовались? – я продолжила пополнять виртуальную корзину очень нужными покупками. Кухонные полотенца – нужная вещь, а еще салфетки на стол. Пусть готовить я не люблю, но какая кухня без кухонных полотенец. – Нет, обычно приезжим специалистам, свидетелям и вообще всем приглашенным фигурантам удобнее оплачивать гостиницу. Это только ты так надолго здесь решила обосноваться. Хотя это еще не факт, – напомнил мне Олег о нашем споре. – У меня еще проблема, – я замялась, так как не знала: удобно ли будет озвучивать проблему будущему коллеге и партнеру. – Да я смотрю, ты одна сплошная проблема. Какая? Что еще случилось? – Олег развалился на диване. Видимо, его, как и меня, разморило после еды и клонило в сон. – У меня нет вещей. Я не рассчитывала, что придется задержаться здесь так надолго, – выпалила на одном дыхании. – Ты с мебелью разобралась? – Олег протянул руку за планшетом, и я вернула ему гаджет. При этом наши пальцы соприкоснулись, и меня словно током прошибло. Да что это такое? Я что, парней красивых до этого не видела? Давай, Настя, бери себя в руки. – Да, все, что нужно, закинула в корзину, – я села рядом с мужчиной на диван. Он что-то поколдовал над планшетом и сунул мне его снова в руки. – Мебель привезут завтра вечером. Вещи заказывай здесь. Счет тоже пришлют компании. Думаю, дядя Миша не обидится, – мужчина усмехнулся. – Олег, в чем дело? – я взяла планшет, задала в фильтре необходимый мне размер одежды и посмотрела в упор на мужчину. – О чем ты? – Олег посмотрел на меня с таким безразличием, что мне стало неловко, что я затеяла весь этот разговор. – Я тебе не нравлюсь? – вопрос прозвучал как-то интимно и не с тем смыслом, с которым я имела в виду, потому я смутилась, поправила волосы и попыталась уточнить. – Я про мое присутствие в этой квартире и вообще в фирме. – А ты полагаешь, я должен быть счастлив? Я знал про болезнь Михаила Романовича и что отец хочет взять тайм-аут и передохнуть, так как пример дядя Миши его не хило так испугал. Потому папа решил заняться и своим здоровьем. Я рассчитывал возглавить фирму, а знаешь почему? Я пахал на ней и днем и ночью и не был привилегированный сыночком начальника. Я начал от обычного “принеси-подай” и стал ведущим адвокатом. А появилась ты и сразу стала на должность компаньона, – мужчина встал с дивана и отошел к столу, на котором остались остатки нашего обеда. Он наполнил стакан соком и выпил его практически залпом. – Я сама не в восторге и не хотела занимать эту должность, но так сложились обстоятельства. Через полгода меня здесь не будет. Поэтому ты зря на меня злишься, – попыталась успокоить мужчину, но он скривился, словно лимон укусил. – Харе заливать, я тебе не верю. Ты не производишь впечатление дуры. Да и справки я про тебя навел. Ты один из успешных адвокатов своего захолустья, и это в двадцать пять лет. Такая возможность выпадает раз в жизни, и ты будешь полной идиоткой, если ее профукаешь, – ответил Алмазов, а меня зацепили его слова. Значит, вот как он думает. Хорошо, что я попросила отца, чтобы никто не знал о моем с ним родстве. – Значит, я та самая идиотка, – я вернула планшет Олегу, так ничего и не выбрав, и направилась на выход. – Ты куда? – мужчина растерянно проводил меня взглядом. – Прогуляюсь. Надеюсь, меня пустят обратно в эти хоромы. Кстати, когда клининг приедет? – я подхватила сумочку и закинула на плечо. – Скоро, но я сам открою им дверь, – уже спокойно ответил Алмазов. Видимо, оценил, что не стоит срывать зло на мне, так как нам еще и жить и работать бок о бок. Как минимум полгода. – Тогда я схожу, осмотрюсь, – вышла из квартиры, мысленно отметив, что входная дверь была не заперта. Но и верно, от кого тут запираться? Охрана везде и всюду, на этаже только две квартиры, и в моей так и вовсе дверь нараспашку в ожидании уборки. Спустилась на минусовой этаж и сразу же разведала обстановку, где тут у них зал и бассейн. Потом вернулась в холл и подошла к охраннику, мимо которого сегодня проходила. Я объяснила, что завтра к вечеру подвезут мебель, и указала, в какую квартиру. И уточнила: предупреждали ли его про клининг? Он про него, естественно, уже знал, но я специально обозначила, что буду жить не с Олегом и что я не на времянку здесь поселилась. Охранник проникся и уже не морщил кислую мину. Он записал мой номер телефона на всякий случай и даже попросил копию паспорта. Зачем – не знаю, но возмущаться не стала. Вряд ли он кредит возьмет с этой копией. Скорее всего, у них тут какая-то внутренняя отчетность. Закончив общаться с охраной, я вышла из подъезда. Если, конечно, это помещение можно так назвать. Заасфальтированные дорожки, молодые деревца и кустики, лавочки, которые садовник – не решаюсь этого старичка с благородной сединой назвать дворником – облил из шланга с распылителем. На полуденном зное скамейки высохли моментально, и на них не было ни пылинки. Да тут даже на асфальте нет пыли, так как этот же самый старичок все убрал и так же смыл пыль и грязь водой, заодно остудив покрытие. Я вздохнула полной грудью горячий июнький воздух. Только самое начало лета, а жара стоит уже несколько недель. Заглянула с супермаркет, о котором говорил Олег, и купила мороженное. Осмотрела все ближайшие дома и пошла по тротуару к молодой рощице, которая вела к искусственному водоему. Он был маленький, но рядом было ощутимо прохладнее. Вокруг гуляли мамочки с колясками и пара беременных девушек. Интересно, сколько здесь стоит квартира? Я, наверно, таких сумм даже не знаю. А у фирмы здесь две служебные квартиры, которые они купили “про запас”, в одной из которых никто никогда не жил. Очуметь! Отец здесь не бедствовал, это уж точно. Интересно, а где он сам живет. Он не позвал меня к себе домой пожить на то время, что я буду работать в фирме. Хотя я бы отказалась, потому, наверно, и не позвал. Просчитал все заранее. Он хитер, стоит с этим согласиться. Интересно, а у него появилась новая семья? Может, у меня есть братья или сестры. В СМИ никогда нигде об этом не упоминалось, и я думала, что он одинок. Но ведь может быть так, что он просто хорошо скрывал личную жизнь. Во избежание всяких разных непредвиденных случаев. Вдруг какой-нибудь недовольный клиент из мира криминала решит отомстить и навредить его семье. Хотя сейчас не девяностые, людей налево и направо не похищают, но предусмотреть все равно надо все. Вот я ни капли не удивлюсь, если так и есть. В душе где-то закребло, что он отказался от меня, ушел, а о новой семье заботится и даже, возможно, прячет ее где-то заграницей или в фешенебельном особняке в элитном поселке в Подмосковье. Надо будет как-нибудь осторожно спросить об этом у Олега. Пока я думала и смотрела по сторонам, доела мороженое и посмотрела на телефон, зажатый в руке. Надо позвонить матери, но придется врать, а я этого так не люблю. Выдыхаю и собираюсь с духом. – Привет, мамуль, как ты? – мама берет трубку после первого гудка, а это значит, что она ждала звонка и не убирала далеко телефон. – Все хорошо. Ты как долетела? Как дела? – родительница сразу же засыпала меня вопросами.– Ты обедала? Когда вечер встречи? Когда ты возвращаешься? – Мамуль, не части. Долетели благополучно, только рейс на вылет задержали. Так что мы зря уехали так рано, и я обедала. Вечер встречи вечером, на то он и вечер, и дела у меня хорошо. Когда вернусь, не знаю, может быть, задержусь здесь на некоторое время. Олег предложил остановится у него, и я решила сделать себе небольшой отдых, – решила, что не буду сразу же огорошивать маму новостью, что остаюсь в Москве на полгода, чтобы информация выглядела правдоподобно, то лучше выдавать ее дозированно. – Я так рада, что ты решила передохнуть. А то, как устроилась работать, так в отпуск и не ходила, – мама даже обрадовалась моей новости. Да, мама права. Я как вернулась после моей неудачной работы в прокуратуре и сдала экзамен на адвоката, открыла адвокатский кабинет, не была в отпуске, а это полных три года. Я понимала, что адвоката, как и волка, кормят ноги, и потому пахала, чтобы заявить о себе. И ко мне не относились как к посредственности, а начали уважать и считаться со мной. И пусть в масштабах своего городка я была не самым известным, но одним из лучших адвокатов. Я не бралась за все подряд дела, а лишь за те, где была уверена, что обвиняемый невиновен, и старалась максимально облегчить его участь. Не всегда возможно оправдать человека, так как порой люди роют яму своей глупостью, либо оказываются не в том месте, не в то время. Потому я стремилась помочь хотя бы тем, что могла скостить срок, сведя его к минимальному. К сожалению, и такое тоже бывало и даче чаще, чем оправдательные. – Ты не волнуйся, мам, завтра еще наберу вечерком, хорошо? – я улыбнулась, представив маму в этот момент. – Не волнуйся обо мне, доченька. У меня все хорошо, – заверила меня родительница. – Чуть не забыла, у тебя деньги есть? А то я так поспешно уехала и забыла оставить тебе, – я замерла, прислушиваясь, пытаясь по мимолетной заминке или изменившемуся тембру голоса понять: говорит ли мама правду. – Конечно есть, не волнуйся, – попыталась меня успокоить мать, но я четко услышала ложь в ее словах. – Хорошо, до завтра, – я усмехнулась своим мыслям. Я знала маму как никого хорошо, и потому после окончания разговора просто зашла в онлайн кабинет и перевела ей денег на карточку. Почти сразу же пришло смс сообщение от родительницы, где она благодарила, но ругала меня, что мне и самой они пригодятся, так как Москва – дорогой город. Я горько усмехнулась. Знала бы мама, кто будет платить за эту всю дороговизну, не была бы так рада моему мнимому отпуску. Встала с лавочки и пошла в сторону своего нового дома. Без проблем поднялась на свой этаж и столкнулась в дверях с девушками из клининговой компании. Они закончили уборку и уже выносили технику и инвентарь. Пройдя в квартиру, захотела не только снять обувь, а продезенфезироваться, так как везде была стерильная чистота, словно в операционной. Но, несмотря на чистоту, ночевать мне все равно было не на чем. Не на полу же ложиться без одеяла и подушки. Поэтому единственным моим спасением был Олег. Я постучала в дверь, но мне снова никто не открыл. Он издевается? Я снова постучала, правда, уже не так деликатно. И спустя пару минут мужчина все же открыл, и по его виду я поняла, что он спал. Сонный и немного помятый. Он был милый, но недовольный. – Снова ты, – буркнул он и, развернувшись, вошел в квартиру, оставив дверь открытой, что я расценила как приглашение войти. – Снова я. Прости, что разбудила. Там девушки все так чисто поубирали, – я ткнула большим пальцем себе за спину в сторону своей квартиры. – И чем ты недовольна? Какая на этот раз проблема? – спросил Олег, возвращаясь на диван и прикрываясь пледом. – С чего ты взял, что есть проблема? Я всем довольна, – прикрываю входную дверь и вхожу в квартиру. – Можно у тебя попросить одеяло и подушку. И, может, есть надувной матрас? – я чувствовала жуткую неловкость, но обратиться мне было не к кому. – Нету у меня надувного матраса, – снова раздалось из-под пледа, и я поняла, что еще чуть-чуть и нарвусь на грубость. – Ладно, прости еще раз, – развернулась и, подхватив свою сумку, которую оставила у парня в квартире, направилась в свое новое жилье. – Стой, ты куда? – голос Олега меня остановил, и я удивленно повернулась к нему. – К себе, – и кивнула в сторону соседней квартиры. – На полу спать будешь? – мужчина откинул плед и, по-прежнему недовольно хмуря брови, сел на диване. Я не знала, что ответить, и потому пожала плечами. У меня выбор невелик: придется спать на полу или на полу. Схожу в супермаркет, посмотрю, может, у них есть подушки и одеяла, и хоть будет на чем спать. – Так уж и быть, оставайся сегодня здесь, – Алмазов собрал документы, разложенные на журнальном столике перед диваном, и, сложив все в портфель, подхватил последний под мышку и направился вглубь квартиры. – Я бы не хотела тебя стеснять, – промямлила, а Олег бросил на меня такой красноречивый взгляд, что я заткнулась и даже глаза отвела в сторону. Типа и так уже стеснила и доставила кучу неудобств. И куда уж больше. – Если не хочешь меня стеснять, то свалила бы обратно в свою тмутаракань, а так пользуйся тем, что предлагают, – парень не выдержал и нахамил, а я вспыхнула. Я, конечно, свалилась как снег на голову летом, но и сама не в восторге от перспективы жить с ним по соседству ближайшие полгода и работать в одной фирме. – Нет уж, спасибо. Я лучше на полу посплю, чем буду пользоваться “таким” гостеприимством, – я развернулась и вышла из комнаты, не обращая внимания на удивленное лицо парня. Нет, а на что он рассчитывал? Что я молча стерплю хамство? Нет. Не терпела никогда. И начинать не собираюсь. Снова спустилась вниз, предварительно забросив вещи в квартиру и закрыв ее на ключ. Без труда нашла супермаркет и, взяв тележку, пошла по рядам. Сперва приобрела необходимые продукты, пребывая немного в шоке от цен. Но ничего не поделаешь. У меня не было никаких сил, чтобы ехать искать магазин подешевле. Поэтому, когда я наткнулась на отдел с одеждой, то просто выбрала белую рубашку и кремовые брюки. Да, не офисный стиль, но лучше, чем то, что у меня было с собой из одежды. Я даже скромные туфельки купила на небольшом каблуке. Если честно, с содроганием представляла завтрашний день. Сразу же ладошки потели и становилось нечем дышать от нервного напряжения. Я без проблем нашла и одеяло с подушкой, полотенца и тоже загрузила это все в тележку. Скрепя сердце оплатила на кассе и только собралась прикидывать, как мне все тащить, как выяснилось, что у них есть услуга по доставке. Они доставляли покупки в пределах жилого комплекса. Хоть эта проблема решена. Я поднялась к себе на этаж и еще раз осмотрела квартиру. То, что я не заметила с первого раза, так как была шокирована грязью, так это вид из окна. Это было невероятно красиво. Могу предположить, что, когда стемнеет, вид ночного города будет особенно шикарен. Пока я рассматривала городской пейзаж, мне доставили мои покупки, и я начала обживаться. Выгрузила продукты в холодильник, а одеяло расстелила перед панорамным окном. Лежала и смотрела на город, погруженная в свои мысли. Как бы я ни обманывала себя и не хорохорилась, но узнать, как прошла операция у папы, невероятно хотелось. Единственным связующим звеном с отцом был Олег, но идти к нему спустя каких-то пару часов, как, гордо задрав нос, вышла из его квартиры, я не хотела. И что теперь мучиться до завтра? Я встала и решительно направилась к двери, но не успела открыть дверь, как в нее позвонили. сразу же открываю и вижу удивленный взгляд Олега. – Ты под дверью меня ждала? – и самодовольная усмешка. Вот же павлин напыщенный! – Ага, конечно, сидела и плакала. Что ты хотел? – решимость спрашивать про операцию улетучилась мгновенно. – Я одеяло принес, – ну да, как тут не заметить свернутое трубочкой одеяло и подушку. Мужчина протягивает мне сверток, а я растерянно беру его. Не ожидала, что он мне их принесет. – Спасибо, что-то еще? – я вопросительно смотрю на парня, а он почему-то начинает злиться. – Да. Если вдруг, ну ма-а-ало ли, тебе все же интересно, то твоему отцу провели операцию, и она прошла успешно. Он пока в реанимации. Скорее всего, завтра переведут в палату, и ты сможешь его навестить. Если захочешь, конечно. Что вряд ли, – выдал Алмазов на одном дыхании. Видимо, он и шел мне это сказать, а одеяло с подушкой было всего лишь предлогом. – Я рада, что операция прошла успешно. Только не называй его моим отцом. Михаил Романович – вот он кто для меня, а никак не отец. Я думаю, у него найдутся куда более близкие люди, чем я, чтобы его навестить и побеспокоиться о его самочувствии. Хоть он мне и чужой человек, но зла я ему не желаю, – пытаюсь закрыть дверь перед носом мужчины, но он успевает придержать ее рукой. – У тебя вообще сердце есть? – видимо, я зацепила за живое своим ответом. Интересно, что связывает Олега и моего отца? Такое впечатление, что он его отец, а не мой. – Я тебя удивлю, но есть, – я не хотела развивать довольно щекотливую и тяжелую для себя тему с совершенно посторонним мне человеком. – Видимо, оно где-то далеко внутри, и ты его тщательно прячешь, – саркастически заметил Олег, а я продолжила молча на него смотреть. – Это все? – наши гляделки затягивались, и выглядело это все уже комично. – Да. Завтра в восемь я за тобой зайду, – мужчина сделал шаг назад, давая возможность закрыть мне дверь. – В восемь? Так поздно? – я удивилась, все же утренние пробки никто не отменял. – А пробки? – Фирма совсем недалеко, – уточнил Алмазов, а я лишь кивнула в ответ и закрыла дверь. Бросила взгляд на приготовленные на завтра вещи и вернулась к окну. Завернулась в принесенное Олегом одеяло и погрузилась в свои мысли. Усталость дала о себе знать. я уснула и проспала до утра без сновидений.