Глава 4

Проснулась я от назойливого стука в дверь. Кто-то тарабанил, не прекращая, и я вынуждена была открыть глаза. И удивленно оглядела комнату. Пока что мой мозг не до конца корректно обрабатывал информацию, и я сонно озиралась. Рядом на диване так же удивленно смотрел по сторонам заспанный Олег. Он потер лицо руками и резко сел. Мы спали в одежде на застеленном диване, укутавшись каждый своим пледом. Видимо, вчера уснули под фильм и не поставили будильник, хотя я помню, что свой ставила на всю рабочую неделю вперед. Я глянула на телефон и удивленно охнула. Восемь пятнадцать. Мы опаздываем. И очень прилично так опаздываем. – Иди открой, а то дверь вынесут, – ворчит Олег, пытаясь прийти в себя после резкого пробуждения. Я поплелась к двери, даже не возмущаясь тому факту, что мужчина командовал в моей-то квартире. Открываю дверь и вижу обеспокоенное лицо Гали. – О, Настя, вы не знаете, где Олег Евгеньевич? Я стучу уже полчаса, а он не открывает, – на лице девицы обеспокоенное выражение меняется на удивленно шокированное, когда она видит Олега у меня за спиной. Я отхожу в сторону, пропуская мужчину. – Через пятнадцать минут выезжаем, – бурчит он мне хрипло и уходит в свою квартиру, игнорируя присутствие Гали. Девушка так и стоит, пораженная увиденным, около его двери, так как она пыталась шагнуть за ним в квартиру, но дверь закрылась перед ее носом. Но вот дверь открывается, и Галя радостно улыбается, но Олег берет у девушки стакан с кофе из рук и снова прикрывает дверь. – Галя, если хотите, можете подождать Олега у меня, – предложила я девушке, так как стало ее жаль. – Благодарю, я подожду в машине, – Галя гордо вздернула головой и направилась к лифту. Я лишь фыркнула. Мне вообще плевать, что там между ними происходит и почему Олег относится к Гале как к мебели или прислуге. Я вспомнила об отведенных мне пятнадцати минутах и рвану собираться. Экстренная помывка в душе, чистка зубов и сборы. На косметику времени не осталось, и я сунула косметичку в сумку, рассчитывая, что уже на работе этим займусь. Сунулась в шкаф и надела первое попавшееся платье. И лишь окинув себя в зеркале, поняла, что это именно то самое, что уже примеряла. И да, на мне снова был удобный топ и бесшовные трусики шортиками. Схватила черный комплект нижнего белья и тоже сунула в сумку, понимая, что сейчас снимать платье, надевать белье и снова надевать платье у меня времени вообще нет. Завершу образ уже на рабочем месте, без спешки. А то, знаю я себя, обязательно порву чулки, когда спеша буду их на себя натягивать. Так я и выскочила на лестничную площадку с увесистой сумкой и распущенными волосами. Олег уже стоял, собранный с иголочки, словно и не он, сонный и помятый, выходил пятнадцать минут назад из моей квартиры. – Ну, будем считать, что уложилась, – прокомментировал мужчина мое появление, демонстративно глядя на наручные часы. После чего он окинул взглядом меня с ног до головы, неодобрительно покачал головой, но промолчал, и мы направились к лифту. – Я же не в армии, чтобы за пятнадцать минут собираться, – огрызаюсь в ответ. Мы снова в состоянии холодной войны, будто и не было этого вечера за совместным просмотром фильмов и задушевных бесед. – В армии собираются значительно быстрее, да будет вам известно, – ворчит мужчина. – Ну, тебе-то откуда знать? Ты же не служил, – это я знала доподлинно, так как еще в студенческие годы Олег получил травму и был признан непригодным. Но весь институт тогда гудел, что не было никаких травм, и Олега просто отмазали от армии. Но сделали это заранее, до окончания учебы, чтобы все не выглядело так подозрительно. Все-таки фамилия известная в определенных кругах. И репутацию надо было беречь. – Из фильмов знаю, – Олег недовольно сверкнул глазами. – А ты, я смотрю, пренебрегла моим советом, – и мужчина так выразительно посмотрел на мою грудь, что я смутилась, а соски предательски напряглись. Я из последних сил сдерживалась, чтобы не посмотреть себе на грудь, чтобы удостовериться, видно их через ткань или нет. Предатели, а не соски. Вышла из положения, сложила руки на груди и по усмешке Олега поняла, что он все понял. – Белье, что ты купил, не подходит под туфли. И вообще это уже неприлично, – я ляпнула первое, что пришло на ум, и надо же было оказаться таким абсурдом. Господи, что я несу. Но дело в том, что я обула свои туфли, что были практически без каблука, что я купила в супермаркете внизу. И Они как бы и к платью не идут, если быть уж откровенными. Олег посмотрел на меня, на туфли, снова на меня и перевел взгляд на табло, на котором мелькали циферки этажей. Ну вот и поговорили. Я облегченно вздохнула, надеясь, что тема с моим внешним видом закрыта. В машине нас ждала обиженная Галочка, которая бросала на нас недовольные взгляды. Интересно, а что она подумала? Что мы провели вместе ночь? Ну, фактически это как бы так и было, но она-то, наверно, подумала что-то другое. Вот как раз и узнаем, умеет ли девица держать язык за зубами, или уже сегодня к обеду все будут перемывать мне кости. Олега, как мужчину, слухи и сплетни коснутся в меньшей степени. Он же мужчина, а значит, к его постельным делам относятся снисходительно. Накрутив себя в достаточной степени, я даже в какой-то момент хотела обратиться к помощнице Олега и объяснить, что мы просто смотрели фильм, и Олег уснул, но в последнюю секунду передумала и закрыла рот, который уже даже открыла, чтобы обратиться к девушке. – Что? – мое хлопанье ртом заметил Олег. – Ничего, хотела узнать, во сколько совещание, – выкрутилась. – В десять тридцать. Свежим взглядом посмотришь, может, что дельное посоветуешь, – задумчиво ответил Олег, и мы вышли из лифта. Олега сразу же перехватили, а я направилась в свой кабинет. Денис уже был на рабочем месте. Заметив меня, засуетился и, подхватив стопку документов, рванул за мной. Оказывается, я должна еще утверждать непредвиденные расходы, и он добрых полчаса рассказывал мне по каждой потраченной копейке. Я не стала перебивать, но нетерпеливо посматривала на часы. Все же перед совещанием хотелось бы привести себя в порядок и выглядеть соответствующе. Освободилась я к десяти часам и облегченно выдохнула. Как раз хватит время привести себя в порядок. Желудок предательски заурчал, и я снова проигнорировала его требования. Утром не позавтракала, и времени даже водички попить не было. Извлекла все из сумки и приступила к преображению. На макияж потратила минут десять, все-таки с годами это доходит до автоматизма. Потом сняла платье и быстренько переодела лифчик и трусики. Глаз-алмаз у Олега. Усмехнулась от сравнения, которое перекликалось с фамилией мужчины, и начала надевать чулки. А вот с поясом возникла заминка. Никогда его не носила и сейчас озадаченно смотрела на застежки, которые должны крепиться к кружеву чулка. И вот как его крепить? И не спросишь ведь ни у кого. Полезла в инет смотреть, как же крепятся чулки к поясу. Все оказалось элементарно, но не просто. Я в белье стою перед письменным столом, перед открытым ноутбуком, поставив одну ногу на сиденье кресла, чтобы было удобнее защелкивать мудреный крепеж и не натягивать резинку чулка. Вот именно в таком виде меня и застал Олег, который без стука вошел в кабинет с обувной коробкой в руках. Громкий хлопок двери заставил меня поднять глаза и замереть. Олег развернулся и провернул дверной замок, запирая дверь. – Что ты делаешь? – мужчина неотрывно смотрит на меня, пожирая взглядом. Мое лицо заливает краска смущения, но где-то в душе встрепенулась та девчонка-первокурсница, которую этот самовлюбленный тип высмеивал за лишний вес в институте. Я расправила плечи и перевела взгляд на застежку чулка. Я как раз последнюю закрепила и потому опустила ногу на пол, спокойно потянулась за платьем. – Одеваюсь, – моему невозмутимому тону позавидовала бы любая английская аристократка. – А дверь закрыть ты не подумала? – Олег проходит ко мне и опускает на стол обувную коробку, а я с любопытством смотрю на нее. – Как и ты не подумал постучать перед тем, как зайти, – парирую я выпад мужчины. – Но я же не знал, что ты здесь голая! – изумился мужчина. Но мне кажется, больше всего его поражает отсутствие смущения у меня на лице. Ведь до этого он неоднократно видел, как я краснею и от меньших двусмысленностей. – А я не знала, что ко мне кто-то вломится без стука. И я не голая, а в белье, которое, между прочим, ты же мне сам и купил, – усмехаюсь и надеваю платье. – Кстати, с глазомером у тебя все хорошо, село идеально. Но я вижу, ты и сам все рассмотрел как следует, – поддела я Олега, и он смутился и отвел взгляд. Боже правый, Олег Алмазов смутился. Если б сама не увидела, то в жизни бы не поверила, что такое может произойти. Я думала, он прожженный до мозга костей циник. – Я тебе туфли принес, – слова прозвучали как-то глухо, но я не придала этому значения. – Ого! Вот это сервис. Чем обязана такой заботе? Застегни платье, будь любезен, – я вышла из-за стола и, подойдя к парню, повернулась спиной. Чувствую обнаженной кожей тепло рук, как мужчина проводит сперва по оголенной коже вдоль линии молнии, чтобы выправить оправившуюся ткань. Но мое тело решило принять это за ласку, и мурашки отправились путешествовать по телу. В паху заныло, а по телу начала распространяться истома, которая делает конечности ватными. У меня не только соски предательницы, а все тело решило капитулировать, хотя на него и не думал никто покушаться. Олег медленно подхватил бегунок и потянул вверх, придерживая молнию снизу. А я задержала дыхание, и так и хотелось встать на носочки вслед за бегунком молнии. Горячее дыхание на шее и мимолетный поцелуй за ушком. Как крыльями бабочки овеяло. Что я даже и не поняла, был ли он или мне показалось. Резко мужские ладони ложатся на груди и прижимают меня спиной к широкой мужской груди, а у меня весь воздух из легких вышибло. Он повторил нашу позу из магазина и так же нашел большими пальцами соски сквозь ткань белья и платья. Провел по кругу, но теперь он ещё и, прихватив их пальцами, слегка ущипнул, а я вместо криков возмущения лишь застонала. Сама не ожидала от себя такой подставы, но мое тело решило жить своей жизнью. Голова откинулась на плечо Олега, попа оттопырилась и уперлась в ширинку, под которой явственно улавливался мужской стояк. Мужчина крутил соски, а я постанывала, отключив голову. Вернее, эта часть тела сама у меня отключилась, зараза. А еще говорят мужчины думают тем, что у них между ног. Ага, пять раз. Женщины ничем не лучше. Олег целует в шею, убирая волосы в сторону, а у меня уже ноги ватные. Доигралась, называется. Доказала, что я не та зажатая девочка из института. Кому только нужны были эти доказательства? Меня резко разворачивают и резко задирают подол платья до пояса, пару мгновений и я уже сижу попой на своем же столе, а Олег вклинился у меня между ног. Он завладел моими губами, а руки блуждают по телу. И вот уже молния, что он застегнул пару минут назад, снова расстегнута, и платье снято с меня. – Так лучше, – комментирует мужчина свои действия. Поцелуи смещаются с шеи на грудь, и вот уже он посасывает и прикусывает по очереди каждый сосок. А я не нахожу себе места от новых ощущений, что меня накрывают. Я никогда ни с кем такого не испытывала. Мужчина положил руку на промежность, придавливая кружево белья к возбужденной плоти, и я снова непозволительно громко застонала. Нас вернул на землю громкий стук в дверь и слова Дениса, который и был тем стучавшим. – Анастасия Михайловна, вас с Олегом Евгеньевичем ждут на совещании, – раздалось из-за двери, и я очнулась. Мне помогли спуститься со стола и даже платье застегнули, которое я быстро надела. Олег помогал мне устранить следы разврата, а я не могла поднять на него взгляд. – Идем, – от возбуждения и шока, так как не ожидала от своего тела таких подстав, я была сама не своя. И голос был хриплый и не слушался. Я пулей открыла коробку и, толком не рассмотрев туфли, что мне принес Олег, обула их на ноги. Не до того было сейчас, чтобы их рассматривать и любоваться. Единственное, что отметила автоматически, что глаз Алмазова снова не подвел, и они мне оказались в пору. В зал заседаний мы входили собранные и со строгими моськами, но я старалась не смотреть на сотрудников. Один неосторожный взгляд, на котором отразится усмешка, или взгляд “я все про вас знаю”, смутит меня и выбьет из колеи, в которую я только-только попала. Сели во главе стола рядом с Олегом и принялась слушать. Но информации было столько, что я решила записывать, но все равно половину не поняла, но по-деловому хмурила брови и кивала. Олег открыл на планшете таблицу и делал пометки по мере того, как главы отделов рассказывали по каждому делу. А их было не мало. Теперь я поняла, почему даже помощники адвокатов здесь получали как глава адвокатской коллегии в моем городке. Они пахали и для новичка, попавшего сразу после института, это была прям колоссальная школа адвокатского мастерства. Совещание продлилось около полутора часов, и у меня к окончанию разболелась голова и жутко хотелось есть. Наконец-то Олег всех похвалил и отпустил. Я так поняла, это что-то ритуала такого, когда в конце мероприятия, где он драл с сотрудников три шкуры, он говорил: “спасибо за работу”. – Нам надо поговорить, – мужчина схватил меня за локоть, когда я уже направилась на выход. – Давай в другой раз, я есть хочу, – выдергиваю руку из захвата. Первое – это сотрудники, которые, как везде и всюду, невероятно любопытны и обязательно увидят, услышат то, что им не предназначалось. Второе – я реально хочу есть. Это ему Галочка кофе таскает, а у меня и маковой росинки во рту не было. – Настя, тебе не кажется, что нам надо обсудить то, что между нами было? – Олег повышает голос, и я вижу любопытные взгляды, брошенные на нас в открытую дверь зала для совещаний. Я резко направляюсь к двери, захлопываю ее и поворачиваюсь к мужчине. – Между нами ничего не было, – чеканю каждое слово, чтобы Олег понял, что наши поцелуи и ласки – не тема для обсуждений. И пусть вообще забудет о том, что они были. – Для тебя, значит, целоваться и сидеть практически голой с раздвинутыми ногами перед мужчиной на столе – это норма? – вижу, что мужчина завелся с полуоборота, но не успеваю ничего ответить. Вернее я его к черту хотела послать, но и этого не успеваю. Только воздуха в грудь набрала, как в дверь постучали. – Что? – злая дергаю ручку двери на себя и замираю. В дверях стоит Дима собственной персоной. – Ох, какие у вас тут жаркие споры! – комментирует происходящее гость. – Рабочие моменты, – отзываюсь, немного успокоившись. – Каракчиев? Что ты здесь делаешь? – у Олега даром что челюсть не отвисла, когда он увидел, так сказать, врага на своей территории. – Ничего криминального, Алмазов. Всего лишь хотел пригласить свою студенческую любовь на обед, – и смотрит с вызовом на мужчину. А ведь я не хотела афишировать наши прежние отношения в конторе. Только пересудов за спиной мне и не хватало. Чую, эти полгода моей жизни будут очень интересными. – Любовь, значит, – и Олег подходит ко мне и снова нагло обнимает за талию. Я пытаюсь отцепить его клешню, заведя себе руку за спину и с силой щипая его за эту самую ручищу. Но мужчине хоть бы хны, даже улыбка с лица не сходит. Хотя какая это улыбка? Хищный оскал? – Ну что поделаешь, был дураком и упустил свой шанс. А то сейчас бы Настя не адвокатской конторой руководила, а наших детей воспитывала, – добавляет Дима, а сам так и сверлит меня взглядом. На губах легкая улыбка, и он словно озвучивает свои планы на мой счет. А я почему-то смущаюсь. Каких-то пару часов назад готова была отдаться Олегу на столе в своем кабинете, а сейчас Дима расписывает совместные перспективы и наших общих детей. Олег же иначе расценивает мое смущение, и его хватка на моей талии становиться еще сильнее. У меня там точно синяки останутся. Делаю шаг в сторону Олега, немного загораживая его, и локтем левой руки прикладываюсь о мужчину, отчего он охнул и даже закашлялся, чтобы скрыть, что удар пришелся куда надо. Надеюсь, он с него собьет спесь, а то ведет себя словно ревнивый муж, подозревающий жену в неверности. – По молодости мы все совершаем ошибки, но на то она и молодость, – изрекаю мудрость чисто для того, чтобы заполнить паузу, но, видимо, и Дима как-то не так воспринимает мои слова. Полагаю, он подумал, что это эдакое прощение с моей стороны. Улыбаясь во все тридцать два, мужчина отступает в сторону и пропускает меня в коридор. Все сотрудники в этот момент выглянули посмотреть, что же там такого происходит и почему их общий враг – гособвинитель, который ни одному адвокату еще спуску не дал, топчется у нас перед залом совещаний. В общем, мы в центре всеобщего внимания. – Так что на счет обеда? – повторяет приглашение Дима. И тут у меня из-за спины выныривает Олег, который, видимо, пришел в себя после моего тычка и готов с новыми силами в бой по острословию. – Мы как раз спускаемся вниз, чтобы перекусить, – встревает Алмазов. А я готова глаза закатить от его настойчивости. Я-то хотела принять приглашение Димы и, так сказать, расставить все точки над “i”, чтобы никто не питал лишних иллюзий. – Я надеюсь, Настя не будет возражать, если я составлю вам компанию, – с улыбкой “чеширского кота” интересуется Дима. А Настя, в смысле я, лишь обреченно вздыхает и кивает в ответ под аккомпанемент скрежета зубов Олега. Он явно не бережет свою эмаль, хотя с такими деньгами он может позволить себе посещать стоматолога ежемесячно. – Настя не будет, – вместо меня ответил Олег, а у меня во взгляде сквозила обреченность. Но Дима сделал вид, что не замечает ничего и продолжает сиять как начищенный пятак. Вот таким трио мы и вышли к лифту. Я порывалась зайти за сумочкой, но Олег так на меня посмотрел, словно я что-то из ряда вон выходящее хотела сделать. А у меня там, между прочим, косметичка и вообще нужные мне вещи. Видимо, не настолько нужные, раз я не стала спорить. Я вообще начала побаиваться своего партнера, настолько сильно он сейчас был на взводе. Решила не накалять и без того непростые отношения, а с Димой поговорить в другой раз. Сейчас же я просто старалась, чтоб эти двое не подрались. Не думаю, что весь сыр-бор из-за меня. Скорее всего, здесь какие-то личные терки, а я лишь повод.