Глава 24

Даша

Боже, Балафин будет встречать Новый год вместе с нами!

До сих пор поверить не могу! В животе стая бабочек оживает при мысли об этом. Сколько я не пытаюсь прекратить мечтать об этом, вновь думать о своей обиде, лелеять её и взращивать, но ничегошеньки не получается! Нравится мне Матвей, очень-очень!

И он не такой уж плохой: пса вот помог спасти. С ним сейчас, с псом этим, всё хорошо. Ну почти, ему помощь оказали, и теперь он под присмотром находится. Повреждения вылечат, лапа сломанная заживёт и будет как новенький! Мы его Счастливчиком назвали, это Алина придумала, а всё поддержали.

Матвею в приюте тоже понравилось. Он такой оживлённый и весёлый был в тот вечер, когда мы привезли пса, легко вписался в компанию студентов сельхозакадемии. От них мы уехали поздно, потому что уходить не хотелось.

Балафин отвёз меня домой. Возле подъезда заглушил мотор, но долго меня не отпускал, всё слова приятные шептал и целовал бесконечно. А я отвечала, дурочка влюблённая! Боялась, что наутро всё повторится, и он вновь оттолкнёт, но всё равно отвечала, ведь ничего с собой поделать не могла!

Вечером, когда уже легла в постель, получила от него сообщение с пожеланием спокойной ночи, а утром он позвонил. Просто хотел узнать, как спалось, говорил о пустяках, как будто мы встречаемся.

После того дня я как чумная. В голове такой кавардак! Не могу понять, что делать, как себя вести, чего ждать от Матвея дальше. Вроде и понимаю мозгами, что не пара мы с ним, и тут же убеждаю себя в обратном. Люблю ведь, сильно-сильно люблю!

А ещё всё время преследуют воспоминания о тех словах, что сказал мне Балафин в машине.

«Я в тебя влюбился».

Эта мысль не покидает сознание, вызывая бесконечную эйфорию. Как на крыльях летаю, забыв обо всём остальном. Дурочка! Ну вот дурочка настоящая! Влюблённая.

Я вновь и вновь открываю смартфон и проглядываю фото. Я успела много нащёлкать, пока Матвей заносил Счастливчика в приют. Какой же он красивый! Балафин в смысле, не пёс. И так осторожно пёселя держит, чтобы лапу больную поменьше тревожить.

Алинке Матвей тоже понравился. Она ведь сразу поняла, что это не просто однокурсник, а именно тот самый парень, по которому я уже давно сохну. Подружка сказала, что он классный. Но справедливости ради стоит отметить, что для неё все классные, кто животным помогает. Кроме того, она не знает, что между нами произошло. И пусть лучше не знает. Не хочется мне всё это вспоминать, если честно.

Теперь Балафин изменил своё отношение. Звонит, пишет. На последний экзамен мы вместе явились. Матвей за мной заехал. Однокурсники шушукаются за спиной. Мне неловко, но с другой стороны, счастье распирает от одной мысли, что он рядом хочет быть.

Ирка меня в тот день отчитала, убедить пыталась, что не стоит доверять самовлюблённому отличнику. Я вроде и согласна с ней, мозгами-то понимаю всё, но сердце слушать ничего не желает.

Кто любил, тот знает – это со стороны легко советы давать. А когда в крови пожар бушует, тут не до разумных решений. Сколько таких историй я слышала и не перечесть! И ведь раньше, так же как и Ира, осуждала глупых девчонок, что прощали любимому человеку всё: и обиды, и измены даже. А теперь на своём опыте поняла, почему так происходит.

По телефону мы с Матвеем теперь общаемся регулярно, последний день сессии в универе почти не расставались. Но вот вечером не встречались ещё. Он предлагает, но я отказываюсь, ссылаюсь на дела. Боюсь. Реально боюсь.

Разумеется, сходить с ним в кино или выпить где-то кофе не проблема. Но скорее всего, после этого он захочет большего. Обязательно захочет. В тот вечер в машине я чувствовала его желание. Точнее, напряжённый от возбуждения член, который откровенно выпирал, натягивая ткань его штанов. И в университете, когда Балафин прижал меня к стене, у него ведь была эрекция.

Это-то меня и пугает, потому что спать с ним я не могу. Не готова просто. Страшно, стыдно.

Секс на тройку. Как после этого довериться? Даже если и окажемся с ним в постели, разве я смогу расслабиться? Нет, конечно, буду думать бесконечно, что вновь не оправдаю его ожиданий.

Матвей пытался убедить меня в том, что сказал тогда неправду. Я вроде верю и не верю одновременно. Не знаю, как преодолеть этот барьер. Да и надо ли это делать? Может, не стоит начинать отношения, прекратить всё, пока не поздно? Эх… Если бы я могла! Сердце глупое не позволит, разорвётся на части.

Вспоминая те дни, когда я рыдала от безответной любви и обиды, в реальный ужас прихожу. Просто подумать страшно, что это состояние вернётся. Нет, сама я с Балафиным не расстанусь. Сил на подобное у меня однозначно не хватит.

Вот только сессия закончилась, и теперь я не смогу врать Матвею, что зубрю билеты по вечерам, если он захочет со мною встретиться. Что тогда?

Пока думаю об этом, готовлю нехитрый ужин – куриную грудку обжариваю на сковороде с овощами. Я не особо талантливый кулинар, не то что мама, но голодной не останусь. Да и эти привычные действия успокаивают, помогают отвлечься.

Только накрываю сковороду крышкой, слышу, как звонит телефон. Сердце подпрыгивает и как сумасшедшее колотиться начинает. Я ведь знаю, кто это звонит.

Делаю глубокий вдох и беру трубку.

– Алло…

– Привет, чем занимаешься? Я соскучился. Давай встретимся.

Слышу голос Матвея, и в животе бабочки оживают. В этот момент я абсолютно счастлива от осознания того, что он скучает, хочет со мной увидеться.

Он предлагает поужинать где-нибудь вместе, с ходу принимается уговаривать, не давая шансов отказать.

В ответ рассказываю, что в данный момент занимаюсь готовкой и, не успев подумать как следует, приглашаю Балафина приехать ко мне и поужинать вместе тем, что я приготовила. Он с видимой радостью соглашается и обещает примчать в ближайшее время.