Глава 9

Матвей

Захожу в аудиторию и вижу там Дашку. Она стоит возле подоконника, держит в руках телефон и улыбается чему-то. Как раньше.

В мозгу загораются воспоминания. Мы у меня дома, сидим на диване, я целую её, иногда лениво сжимая небольшую, упругую грудь через ткань платья и тонкий лифчик. Не спешу. Время от времени прекращаю ласкать её губы, просто обнимаю, наблюдаю, как должное, принимаю обожание, с которыми она смотрит.

А Даша едва дышит. Щёки полыхают красным, нежные губы дрожат, а тонкие пальцы впиваются в мою толстовку, цепляются как за чёртову последнюю соломинку.

– Я тебя люблю, – шепчет и прячет лицо у меня на груди.

В тот момент не придаю значения этим словам. Сколько раз я слышал их от девчонок? Не считал. Много.

Я тебя люблю. Это же не в том самом смысле? По-любому. Это ведь было просто – я тебя люблю. А вовсе не – Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! Ты мне нравишься, я не прочь с тобой перепехнуться, в этом же смысле было? Разумеется, в этом! Я и сам так говорю, если нужно уломать. Это просто грёбаные слова и ничего более!

Мотаю головой, пытаясь вытрясти оттуда навязчивые мысли.

Вместо того чтобы сесть на своё место, зачем-то топаю к окну, не сводя глаз с лица Пуговкиной.

Она чувствует это, отрывается от экрана телефона и вздрагивает, встречаясь с моим взглядом.

Тушуюсь, весь внутренне сжимаюсь, но упорно пру в её сторону, стараясь казаться невозмутимым. Как раньше. Мы ведь всегда могли перекинуться парой слов, как однокурсники.

Невольно начинаю вспоминать, как она вела себя ещё на прошлой неделе. Заглядывала мне в глаза снизу вверх, улыбалась, краснела, если вдруг обращался к ней. Слушала с величайшим вниманием, ловила каждое слово, во всём соглашалась.

Сейчас же смотрит настороженно, замерла, как будто ждёт удара. Какого, блядь, удара? От меня? Что за мысли лезут в голову? Я не бил девчонок и не собираюсь. Но Пуговкина выглядит именно так, в глазах ужас какой-то плещется, а ещё – ожидание боли.

– Написала зачёт? – прочищаю горло, пересохшее от нежданного волнения.

Обычный вопрос. Его можно задать любой девчонке из нашей группы. Им, этим вопросом, я как бы предлагаю всё забыть, общаться, как будто ничего не случилась. Играть по старым правилам. Просто однокурсники. Не более.

Не отвечает. Молчит и смотрит, не мигая серыми глазюками.

«Может, извинений ждёт?» – мелькает дурацкая мысль.

Но я не готов извиняться. Не готов, и всё тут. Это как будто унизит меня. Получается, нужно признать, что ошибся. Что ступил, облажался. А для меня ошибки – смерти подобны. Взращённое бесконечной гонкой за достижениями эго отказывается их признавать.

Поэтому тушуюсь под пристальным взглядом и собираюсь просто отойти. Но в этот момент её телефон издаёт короткое пиликанье.

Я гораздо выше Даши и стою достаточно близко, чтобы видеть экран её мобильника. Бросаю взгляд, и в сердце будто железным прутом протыкают. Вижу фото Пуговкиной, под которым какой-то придурок, ну судя по дебильной аватарке, пишет что-то, перемежая текст целующимися смайлами.

«Эта троечница мне не нравится. Она мне неинтересна. Пусть переписывается, трахается, да что угодно делает с кем угодно и когда угодно! Мне по херу», – мысленно напоминаю себе.

Но бля, это не помогает! В груди кипеть начинает просто. Едва сдерживаюсь, чтобы не вырвать у неё телефон и не разъебашить его об стену к херам собачьим! В душе такая борьба происходит, что крышу рвёт.

«Дыши, Матвей, дыши, блядь! По фигу, просто по-фи-гу,» – провожу себе внутренний тренинг.

Разворачиваюсь, неуклюже, как робот, и топаю к своему месту. Чувствую, как зашкаливает пульс, как ладони покрываются липким потом. Да что со мной такое? В грудине давит так, что вдохнуть тяжело. Мне бы сейчас мамины успокаивающие капли не помешали!

Это всё не правильно. Не должно так быть! Почему она себя так ведёт? Почему я себя так веду? Что происходит вообще?

Усаживаюсь на своё место подальше от Пуговкиной, делаю несколько вдохов и начинаю анализировать. Подобное со мной впервые. Я спал с девчонками из универа. Пусть не из нашей группы, но всё же. С некоторыми даже встречался. Недолго, правда. Потом прекращал общение, потому что ни с одной из них не видел совместного будущего.

Ха! На самом деле, потому, что ни одна из них не прошла бы жёсткий отбор моих родаков. Но не об этом речь сейчас.

Своих бывших никогда не обижал, всегда старался остаться в приятельских отношениях. Я ведь приличный, хорошо воспитанный человек, блядь!

Как вели себя девчонки? Ну, так же примерно, как и Дашка. Кто-то обижался, кто-то начинал игнорить, кто-то принимал правила игры и сейчас здоровается, как ни в чём не бывало, при встрече в коридорах универа. И если у кого-то из моих прежних девушек начинались новые отношения, меня это не трогало ни разу! Что сейчас изменилось?

Ладно, неважно. У меня реально нет времени об этом думать. День расписан по минутам. После пар надо заскочить в редакцию, обсудить с главредом мой план публикаций на январь. Я скинул ему предварительный список материалов, теперь его согласовали со штатными журналистами и распределили первополосники, новости и остальное. Нужно узнать есть ли изменения, и забрать распечатанный вариант.

Затем выложить пост для мебельной фабрики. У них я веду соцсети. Работа не пыльная, занимает немного времени, но оплачивается лучше, чем все материалы в газете вместе взятые.

Так, дальше: сегодня пятница, а значит, у меня бассейн. С детского сада по настоянию отца хожу на плавание и участвую в местных соревнованиях. Не могу сказать, что очень уж люблю это занятие, просто привык. Вечером ужин у родителей. Потом нужно дописать материал для «вечорки». Ну и зубрить билеты к следующему экзамену, само собой.

Привычная унылая жизнь. Но некоторые считают её насыщенной. У меня ведь с детства не имелось свободного времени. Кружки, секции, репетиторы, школа, подготовительные курсы. При этом учиться нужно идеально. Только на отлично. Во всём, в любой деятельности быть лучшим. Это охренеть, как выматывает.

Я бы с радостью бросил бассейн, ведь помимо этого, хожу ещё три раза в неделю в тренажёрный зал, но родители против. А они умеют манипулировать, прикрываясь заботой о моём будущем. Хотя, по сути, просто хотят иметь идеального во всех отношениях сына, и с самого рождения, пытаются дотянуть меня до этой планки.