Глава 8

Даша

С самого утра меня атакует Борисов. Просто прохода не даёт. То на новогоднюю вечеринку зазывал с маниакальным упорством. Еле отбилась, сообщив, что уеду к родителям. Теперь написывает в личку, засыпая сердечками.

Это внимание раздражает и пугает одновременно. Ведь раньше Глеб не особо обращал на меня внимание. Просто здоровался, ну могли перекинуться с ним парой слов. С чего вдруг любовь проснулась? Началось-то всё после того, как Матвей расписал приятелям в красках наш с ним секс.

«Доступная, раздвинула ноги по щелчку пальцев» – его ведь слова.

Сердце бешено колотится, внутренности сводит от безумного стыда. Вот и ещё один минус импульсивных поступков. Переспала необдуманно с парнем, значит, ты кто? Правильно, легкодоступная девица. Теперь все его друзья воображают, что я и перед ними вот так раздвину ноги.

А что я ещё могу подумать? Три года никто из них не замечал меня. А услышав про то, что запросто легла под Матвея, сразу заинтересовались. Ну, точнее, Борисов заинтересовался.

Придурок. Вижу, как загорелся экран смартфона. От Глеба пришло эмоциональнейшее сообщение с кучей сердечек. Пишу одно слово «отвали!» И блочу его. К чёрту, не собираюсь я и близко с этим клоуном связываться.

Пока ждём преподавателя, всё чаще поглядываю в сторону Матвея. Не могу удержаться.

«Не смотри на него!» – твержу раз за разом, но блин, это невозможно.

Взгляд сам собой скользит в его сторону. К тому же Балафин и Глеб начинают привлекать к себе внимание. Видно, что спорят. У Матвея такой вид, будто он сейчас взорвётся. Таким злым его ещё ни разу не видела. Обычно он – сама невозмутимость. Чем Борисов ему не угодил, интересно?

Входит Валентин Павлович и начинает раздавать билеты. Изо всех сил пытаюсь сосредоточиться на своём вопросе и не думать про Балафина. Понемногу даже начинает получаться.

Тема мне попалась лёгкая, я её отлично знаю. Поэтому без проблем отвечаю на вопрос. Закончив писать, собираюсь отдать бланк и зачётку преподавателю. Но не успеваю.

Матвей и Глеб, оказывается, тоже справились с заданием, и первыми подошли к учительскому столу.

Что же, я лучше посижу в аудитории. Выходить в холл и стоять там вместе с ними нет никакого желания. Поэтому я опускаю глаза к билету, делая вид, что внимательно читаю.

После зачёта у нас ещё две лекции. Осталось только вытерпеть их и поскорее уехать домой. Кто бы знал, что всего из-за одной ошибки, учёба в один момент превратит в пытку!

Сердце болит. По ночам всё так же реву в подушку, проклиная свою глупость. Ненавижу себя, Балафина, весь белый свет.

Больно. Стыдно.

И тяжелее всего то, что приходится много времени проводить рядом с ним, чувствовать его презрительный взгляд, оборачиваться на звук голоса и вздрагивать. Вдруг он опять обсуждает меня? Всё время мерещится, что каждый студент в нашей группе за спиной смеётся надо мной.

Скулила как собачонка. Вялая как рыба. Никакая. Троечница.

Никогда я не слышала в свой адрес подобных слов. Вспоминать их просто невыносимо. А забыть, никак не получается.

После зачёта большинство однокурсников направляются в кафетерий. Я не иду вместе со всеми. Кусок в горло не лезет. Да и не хочу встречаться там с Балафиным. Мне нужна передышка, пусть ненадолго.

Староста Ирка унеслась на кафедру по своим делам, я же решила подняться в аудиторию, где будет следующая лекция.

В университете на удивление тихо. Мои шаги отзываются гулким эхом в пустых коридорах. Не удивительно: почти все уже на практике. Сессия сейчас только у нескольких групп, помимо нашей, да и то, похоже, остальные сегодня занимаются в другом корпусе.

Поднимаюсь на третий этаж и шагаю к нужной аудитории.

Может, открыто?

Дёргаю ручку, и она легко поддаётся. Вздыхаю облегчённо. Не слишком хочется торчать в одиночку в коридоре.

Прохожу внутрь, прикрываю за собой дверь и, прислонившись к стене возле входа, закрываю лицо руками. Слёзы вновь подступают к глазам, но усилием воли стараюсь не плакать. Нельзя, не хочу, чтобы кто-то видел мои переживания, да и глаза накрашены, вдруг тушь потечёт.

Делаю несколько глубоких вдохов, пытаюсь выкинуть из головы все мысли о Матвее.

Скоро, совсем скоро всё закончится. Это ведь не может длиться вечно!

Но только поверить в это сейчас практически невозможно. Боль в груди настолько реальная, как будто оттуда кусок вырвали. Неужели её можно забыть? А стыд? Те его слова смешали меня с грязью, опустили ниже плинтуса. Это невыносимо просто.

– Так успокойся! Нужно отвлечься срочно! – вполголоса командую сама себе.

Подхожу к окну и разглядываю заснеженный двор университета. И тут вспоминаю про фотки, сделанные, когда выпал первый снег. Ира сфотографировала меня на фоне присыпанных снегом елей, растущих как раз с этой стороны здания.

«Нужно выложить их в соцсети!» – приходит отличная идея.

Немножечко лайков, мне не повредят и поднимут настроение.

Достаю из сумочки смартфон и привычными движениями осуществляю задуманное. Тут же сыплются первые сердечки и комментарии. Приятно. Начинаю отвечать и листать ленту, оценивать публикации друзей.

Незаметно для себя увлекаюсь, временно забываю о проблемах и начинаю улыбаться. Особенно радуют восторженные комментарии от знакомых парней. Убитая Балафиным самооценка немного приподнимается.

Когда хлопает дверь в кабинет, даже не обращаю на это внимание. Решаю, что однокурсники начали подтягиваться на пару из кафетерия, и продолжаю лайкать хвалебные отзывы и благодарить за них.