ГЛАВА 21

Луч солнца ударил меня прямо в глаз, и я тут же распахнула очи и вскочила. Сонно проморгавшись, сделала вывод, что спала в гостиной, укутанная пледом. А засыпала… Жар прилил к щекам. – На коленях у Макарова! – Стыдливо прошептала я. Время! Скинула одеяло на пол, сама едва не шлепнулась в попытки слезть с дивана. – Доброе утро, – едко произнесла Тамара Петровна, которая показалась в дверном проёме. – Илья Андреевич давно уехал на работу, велев присмотреть за детьми. Но, уважаемая, это было в первый и последний раз. Ваши отпрыски невыносимы! – Вы начитались любовных романов? – Мой мозг ещё отказывался думать без пол-литра чая. – Издеваетесь? Ваши дети спорят, ругаются и донимают Диану. Закатила глаза. – А может это она их дёргает? – Вздёрнула бровь. – И поверьте, я сама не в восторге, что вы контактируете с моими малышами. – Так же вы полночи дрыхли на Илье Андреевиче. – Смотрите, не удавитесь от зависти, – выплюнула я. Тамара фыркнула, развернулась и скрылась. Не хватало ещё вступать в разборки из-за Макарова. Машу и Сашу нашла на кухне, уплетающих оладьи. – Доблое утло, мамочка! – Широко улыбнулась дочка. – Привет, – буркнул сын, даже не подняв голову. – Ты долго спала. Маша запретила тебя будить. – Конечно! Мама и так похожа на пливидение с мотолчиком. Хохотнула. Посмотрела на часы. Девять утра и я выспалась. Блаженство. – Я в ванну умываться, потом завтракаю, и идём гулять. Около одиннадцати утра мы вышли на улицу. Маша держала меня за руку, Саша бежал впереди. Настроив навигатор, я выдохнула. Идти всего пятнадцать минут. Отдать детей в детский сад стояло первой задачей в горящем списке. Следом шёл логопед и поликлиника. Ещё вчера я позвонила в три близнаходящихся сада и только в одном оказались места. – Мам, а мы когда вернемся домой? – Саша повернулся и посмотрел на нас с Машей.– Я хочу к Киру, Ваське и Аньке. – И я, мам! – Дети, – прикусила губу. – Через пару недель мы обязательно навестим Кирилла, хорошо? Пока у меня работа в Москве. – Вечно ты работаешь, – выплюнул сын и побежал. – Саша, стой! – Заорала я, чувствуя, как сердце в глотке прям стучит. Мальчик выбежал на дорогу, потом опомнился и ломанулся обратно, как раз в тот миг, когда мимо пролетел грузовик. Сын разревелся от испуга, а я просто замерла. Мне хотелось визжать, а ещё больше сначала отлупить дурачка, а потом обнять и поцеловать. – Мам, – прошептала Маруся. – Не лугай его, ладно? – Хорошо, лапочка. – Я сама его сейчас плибью, – кровожадно прошипела дочь и побежала к брату, с ходу шлёпая того по пятой точке. Пять минут приходила в себя, потом обняла детей и попросила не бегать у дороги, и особенно не выбегать. – Я нечаянно, – прогнусавил Саша. – За нечаянно бьют отчаянно! – Громко прокричала Маруся и повернулась ко мне.—Я это знаю мам, и поэтому лупила от души! – У меня синяк будет! – Завопил сын. –До свадьбы заживет, – заявила дочь и показала брату язык. Я слушала их препирательство до детского сада. В течение часа общалась с заведующей. В итоге был подписан договор, и завтра детвора отправляется в новый коллектив. Повезло, что не так давно проходили медосмотр и заведующая нас не послала сдавать анализы заново. С логопедом дело обстояло сложнее, потому что в Москве их очень много. Пока Маша и Саша развлекались на детской площадке, я позвонила десяти специалистам. Самый ближайший находился в одной станции от нас. Клуб «Развивайка» меня привлек ассортиментом услуг. Потому что пока будут заниматься с Машей, Сашу тоже можно пристроить. Запись на занятие только на следующей неделе и это прекрасно. Малышня немного адаптируется в детском саду, я тут… Короче, звёзды сошлись. – Мам, мы кушать хотим, – подбежала ко мне Машуня. Посмотрела на часы. Время обеда давно прошло. А ещё я хотела бы поработать. Телефон молчал весь день. Макаров не звонил, не писал и меня это расстроило. – Иди, зови брата, и пойдём добывать пищу. Можно было вернуться домой, но видеть Тамару не хотелось. А поесть и метнуться погулять куда-нибудь можно. Столовую мы нашли быстро, и комплексный обед согрел, и мой кошелек и  порадовал животы детишек. Люблю я простую кухню без изысков. – А когда мы домой пойдём? – Спросил Саша, доедая хлеб. – Уже нагулялся? – Да. Хочу лечь и смотреть мультики. – А я на поезде хочу покататься, – заявила Маша. – Сводить вас в метро? – Хохотнула я. – А потом домой! – Вскрикнул Саша. – Только несколько раз покатаемся, хорошо? Хихикнула. – По рукам. Экскурсии в метро у меня ещё не было, хотя до сих пор помню, как сама в первый раз увидела экскаватор и боялась, что меня засосёт исчезающая металлическая лестница. Мы шли к подземке, держась за руки. Я объясняла правила поведения «под землей» и велела ни на шаг от меня не отходить. Маша и так никуда не денется, а вот Саня любит нервы мне щекотать. Поймала себя на мысли, что давно так себя умиротворенно не чувствовала. В Волгограде вечно куда-то спешила, старалась всё успеть, а тут расслабилась. Крыша над головой есть, долги погашены, дети счастливы. Это самое главное. Я ничего не ждала от Макарова. Да, до сих пор любила, но уже без фантазий о «долго и счастливо». Просто любила. Смогу ли я довериться? Да. Но если он снова разобьёт мне сердце, склеить не смогу. В метро мы катались час. Проехали одну станцию, выходили и садились на другую электричку. Дети с таким восторгом всё рассматривали, что  я умилялась их  непосредственности. *** Домой вернулись практически в пять часов вечера. Довольные, уставшие, нагулянные. Тамара Петровна вышла поприветствовать нас фырканьем и презрительным взглядом, а я только повела плечами. Девочки из бухгалтерии скинули мне накладные, не вбитые выписки и я подключилась к удалёнке, как только дети уселись смотреть мультики. Конечно, работать с телефоном в руках, разглядывая фотки очень неудобно. Надо бы прикупить принтер. Тогда я и выписки могла бы печатать, и вообще работа быстрее бы пошла. Через биржу фриланса мне упало два заказа. Радовалась, что смогу заплатить за несколько занятий Маши с логопедом. – Алиса, с тобой хочет поговорить Диана. – Алиса Васильевна, и на Вы, – поправила я сиделку. – Как освобожусь, зайду. – Пациентке лучше не мотать нервы, Алиса… Васильевна, – в голосе Тамары слышалась издёвка. – Вот и не мотайте, – огрызнулась и продолжила работать. – Мне некогда. Не собиралась я, как собачонка скакать к бывшей подруге по первому зову. Сиделка что-то прошипела и потопала обратно в комнату Ди. Я кинула взгляд на часы и зевнула. Шёл седьмой час. Дети, за всё это время, выбегали из спальни проверить, как там я и уносились прочь смотреть телевизор. От Макарова так и не было ни звонка, ни смс, ни-че-го! Может, позвонить первой? – Разбежалась, – буркнула. Разум вопил, что нечего доставать мужчину звонками. Захочет – сам выйдет на связь. Но сердце… Заставляло меня беспокоиться. Посмотрела фронт оставшейся работы. Выписки я забила, а вот накладных осталось много. Сегодня не успею. Пора ужин готовить и составлять план на завтра, иначе я рехнусь в этой Москве. Выключив ноутбук, убрала его в спальню. Пять минут стояла и разминалась, слушая, как Маша рассказывает брату сюжет мультфильма. Сын внимательно слушает и собирает конструктор. – Кушать будете? – Задала глупый вопрос. – Да-да-да! – Закричали дети. – Тогда я готовить, а вы тут всё приберите. Маша, ты за старшую. – Я и так, сталшая, – выпятила грудь и показала Саше язык. – Не пележивай, я плокон…плокон… – Балда! – Расхохотался Александр. На кухне я провела добрых сорок минут. Три раза брала в руки телефон и клала его обратно на стол. Он не звонит, значит, так надо. Смысл навязываться? Я ведь помню, как его раздражали мои постоянные смс и прозвоны. Я скучала и хотела быть к мужчине ближе, чем он это позволял. Сейчас я это понимаю, но тогда влюблённая дурочка перетягивала всё внимание на себя. За что и поплатилась. Посадив  малышню ужинать,  помыла руки и пошла к Диане. Не хотелось этого делать. Вообще. Но не могу же я её вечно избегать, не так ли? Постучалась и дёрнула ручку вперёд. – Неужели, соизволила войти? – Сиделка в край охамела. – Неужели, вас здесь завтра не будет? – Потянула я, наблюдая, как лицо Томы вытягивается. – Вы живёте в квартире моего жениха, который вам платит. Крайне рискованно постоянно мне хамить. А теперь, оставьте меня с Дианой Андреевной. Сиделка посмотрела на Ди, та кивнула. Надо же, как спелись! Тамара прикрыла за собой дверь, а я села в кресло-качалку, которую занимала женщина. Наблюдала за бывшей подругой. Девушка сильно осунулась, кожа потеряла блеск. Одеяло укрывало половину тела, скрывая повреждённые ноги. – Ты изменилась, Лис, – выдавила она. – Стала такой… Взрослой. Хмыкнула. И это всё, что она хочет мне сказать? Серьёзно? – Почему? Почему, Диана, ты так со мной поступила? Я ведь считала тебя лучшей подругой, сестрой, – в моём голосе слышалась горечь. Да что там слышалась! Я пропитана ею с ног до головы. – Ты и была моей сестрой, пока не увела брата, – Ди прятала взгляд. Она смотрела куда угодно, но только не на меня. – Я? Увела? Да ты первая прыгала от радости, когда Илья за мной начал ухаживать. Ты помогла ему выбрать кольцо, ты организовала нам романтическое свидание, ты переживала больше всех за свадьбу. – А что мне было делать? Я видела, как Илье от тебя сносит крышу, видела, как эта долбанная фиктивная свадьба превращается в настоящую тошнотворную историю любви. Всё это ошибка! – Знаешь, когда я поняла, что ты просто меня дуришь – пришло разочарование. Вместо дружбы остался лишь пепел, из которого  возродилась и я, и моё доверие к людям. И, Диан, спустя время я поняла, что ты – жалкое подобие подруги. – Кто бы говорил! – Закричала Ди, на глазах которой выступили слёзы. – А что, я не права? Когда я увидела фото Ильи с другими, ты меня поддержала, конечно, дала переночевать в квартире, а потом кормила байками о плохом бывшем, который пустил по мою душу собак и хочет засадить в тюрьму. – Ты должна была оказаться дальше от Москвы, от моей семьи, – шипела Ди, смахивая слёзы. – Я уехала в Волгоград, за тысячу километров. Там я поняла, что значит дружба и преданность. Там я впервые услышала плач своих детей, их первые слова, шаги и ссоры. Там я была счастливой, пока не приехал твой брат и снова не пошатнул мой мир. Знаешь, почему? Оказывается, он мне не изменял. А из-за проблем на работе бросил поиски. И Илья считал, что это я его кинула. Интересно, да? Диан, я честно пытаюсь понять твои действия и мотивы, но не могу найти оправдание подлости. Ты хоть понимаешь, что если бы я не уехала, у нас была бы семья? Дети бы не росли без отца, а я… Не ушатывала здоровье на подработках, чтобы выжить. Мой монолог не вызвал у девушки ни капли эмоций. Она словно замерла, смотря в одну точку. – Мы с Ильёй сводные, – прохрипела она. – Дашь воду? Горло пересохло. Я поднялась с кресла, налила в стакан воды и протянула Макаровой. – Спасибо, – поблагодарила она, а я подошла к окну и отодвинула штору. – Меня удочерили в два года, в десять рассказали о том, как я появилась у Алевтины и Андрея. Мы вне дома не распространялись об этом. Тем более родители у меня одни, а Илья… Я всю жизнь его идеализировала. Он для меня был героем. В пятнадцать неожиданно поняла, что ревную его ко всем девушкам. Осознание, что люблю его, как мужчину пришло позже. – Диан, но ведь он твой брат… – Не по крови! – Рыкнула. – Не родной. Мы бы поженились и всё было бы прекрасно. Я росла на его глазах. Мы идеально подходим друг другу. – Спорный вопрос. – Уже да. Когда ты появилась в моей жизни, я обрадовалась. И не смотри на меня так, – хохотнула Ди. – Ты, действительно, была мне как сестра, пока Илья не положил на тебя глаз, потом член и кольцо. Я ревновала. Сильно. Мне казалось, что, если ты свалишь, то Илья переболеет и поймёт: его счастье ближе, чем он думает. – Фото –  твоих рук дело? – Да. В фотошопе их легко сделать, а ты девочка наивная даже разбираться не стала. Мне повезло. – А остальная часть представления? Подговорила какую-то знакомую? Бывшую Ильи? – Не вешай на меня того, чего я не делала. Фото да, подсунула тебе. Наврала про остальное тоже. – И тебе не стыдно? Ди пожала плечами. – Сначала я радовалась, что наконец-то путь очищен, но у Ильи реально такие проблемы на работе были… Да и не видел он во мне женщину. Никогда. Когда я это поняла, то ушла в загул. На работу ходила, перед семьёй притворялась хорошей девочкой, а в выходные тусила в клубе, в постели разных мужиков. Звонила Илье и рассказывала, что нахожусь в поисках любви. Думала, ревность вызову,  а получала лишь нагоняй за беспорядочную половую жизнь. В итоге, я стала сама себя ненавидеть. Проснулась совесть, что сломала брату жизнь, что потеряла тебя, что просрала время…. А сейчас видишь, Вселенная меня наказала за всё это. Я молчала. Ком встал в горле. – Вижу, – выдохнула. – Авария перевернула мой мир. Знаешь, словно по голове ударили и вправили мозги. Я пыталась с собой покончить, потому что понимала, какой тварью была и продолжала быть. Ведь даже покалеченная, надеялась, что Илья не бросит и в итоге полюбит. Дура конченая, и только, – хмыкнула, вытирая слёзы. – А потом появилась ты и дети. Пойми, я просто потеряла разум из-за ревности и любви.  Несчастного, одностороннего чувства, которое жгло меня много лет. – Не пойму, Диан, не проси. Когда любишь человека, то желаешь ему счастья. Где бы он ни был, с кем бы не состоял в отношениях. – Много ты знаешь! – Рыкнула Макарова. – Мало. Ничтожно мало, – улыбнулась. – А любить начала по-настоящему, когда стала мамой. Илью я боготворила и тянулась к нему, как к источнику тепла, которого у меня никогда не было. А сейчас… Сейчас Ди, я готова дать нам шанс. Настоящий. Без притворства. – И я очень этому рад, – в комнату вошел Илья и с таким диким разочарованием посмотрел на сестру, что мне стало за неё больно. Дура потому что. Влюблённая, несчастная дура. Мужчина обнял меня сзади и поцеловал в макушку. – Завтра ты отправляешься в реабилитационный центр в Питере. Там есть чудо врач, который поможет. Если улучшений не будет, то отправишься в Европу. – Илья, а может лучше в Москве, а? Как я без вас-то буду? – Есть телефоны, – огрызнулся мужчина. – И ты там всего на полгода. Переживёшь, если ходить хочешь. Родители к тебе приедут, а мы… Мы пока не знаем. Зависит от твоего поведения. – Сколько ты успел услышать? – Тихо спросила брата сестра. – Всё, – сжал мою руку. – Поговорим позже, я дико соскучился по детям и Лисе. По тебе я тоже скучаю, дурёха, хоть сейчас мне и хочется тебя прибить. – Прости меня, Илюш! – Зарыдала она в голос. – Прости меня, если сможешь! Я больше так не буду! – А больше и не надо. Ты извинись лучше перед Алисой. Не только меня ты лишила семьи и счастья. Диана легла и, глядя в потолок шептала: «Прости меня, Лис, прости». – Пока не могу, – в моих глазах стояли слёзы. – Посмотрим, что будет позже. Илья вывел меня из комнаты и обнял. Крепко так, словно скучал неимоверно. Я не сопротивлялась. Разговор с Ди выдавил из меня все соки. Даже желания не возникло спросить, почему Макаров не звонил и не писал. – Это был адский день. Думал никогда не закончится. – Шептал хрипло мне на ухо. – Вчера ты так сопела на мне. Еле сдержался, чтобы не разбудить поцелуем и прикосновениями. Ты мне не только мозг взрываешь, Кузнецова, но ещё и член. Я покраснела от слов Ильи. Меня бросило в жар только от мысли, что мужчина меня хочет. Раньше он не сдерживался. Брал, не спрашивая и не ожидая ответа. Накидывался, стоило нам остаться вдвоём. Мне этого не хватало. Я жаждала его губы, руки, язык… – И что же тебя останавливает? – Застонала я. – Дети. Сестра. Её чёртова сиделка. Потёрлась носом об его шею. – Но ведь завтра они уедут? – А детей можно отдать родителям на ночь, а лучше на парочку… – Только после того, как мы поговорим, Макаров. – Усмехнувшись, сделала шаг назад, вырвавшись из объятий. – С фотками тебя и других женщин всё понятно, а что касается второй части… Макаров поджал губы и кивнул. – Пока рассказать не могу, но поверь, пожалуйста. Я никогда бы не изменил тебе. Не в моем характере. Мне проще в лицо всё сказать и порвать отношения. И я бы ни за что не отнял у тебя ребёнка. Прислушалась к себе. – Верю, но хочу знать правду. – Будет, лисёнок, будет! – Мама! Илья! Мама! Саша грохнулся с постели и притворяется мёртвым. Ещё никогда так быстро передо мной жизнь не пролетала… Илья рванул в комнату, я за ним уже начиная реветь от страха. Тамара Петровна так же выскочила из кухни и, залетев в спальню, принялась оказывать первую помощь.