Глава 34

Едва мы оказались в спальне, Игорь сразу повернул ключ в дверной скважине и начал расстёгивать ремень на брюках. – С ума сошёл?! – гневным шёпотом спросила я. – Люди кругом ходят! – А не надо было оставлять меня тут одного на несколько недель, – тоже прошептал он в ответ. – Давай, раздевайся, скорее! – Не стану я раздеваться! Вдруг придёт кто-нибудь! Мы что тут, как школьники свои шмотки начнём натягивать и лифчик с трусами по карманам расталкивать?! – Ладно, давай, так! Я аккуратно… Я подняла подол платья и опёрлась руками о стол. – Только, давай, по-быстрому, и не шуми! – предупредила на всякий случай, хотя заранее знала, что бесполезно. Смирнов, уже возбуждённый до предела, быстро приступил к делу и сразу забыл свои обещания об аккуратности. Ваза, стоявшая на столе, так и заплясала от ритмичных ударов, а сам стол периодически подпрыгивал на полу. Я одной рукой вцепилась в вазу, опасаясь, как бы она не «ускакала» слишком далеко, а другой старалась удерживать столешницу, чтобы та не скрипела так сильно. – Ты уже всё? – прохрипел, наконец, Игорь. – А то я уже на подходе… – Да, да! – соврала я, больше занятая сейчас вазой и столом, чем интимной близостью. – Давай, уже финишируй скорее! Ещё минута, и он с наслаждением шумно выдохнул, плотно прижимая к себе мои бёдра. Не торопясь выходить, Игорь склонился к моему уху, легонько укусил мочку и тихо проговорил: – А ты боялась! Даже юбка не помялась! Я отпустила, наконец, вазу и треснула ладошкой его по руке: – Подай мне лучше полотенце, шутник! Лицо Смирнова приятно раскраснелось, по его выражению было понятно, что он удовлетворён и вполне доволен жизнью. *** – Так, а сейчас расскажи мне, дорогая, – перешёл он к делу, застёгивая ремень и ширинку, – куда это ты так стремительно убегала, когда я поймал тебя на крыльце. – Я уже объяснила Виктории, что мне срочно понадобились кое-какие бумаги. Я планировала забрать их и тут же уехать обратно… – Ты это серьёзно, что ли? – Игорь так и застыл на месте с незастёгнутым ремнём в руках. Его пристальный взгляд готов был прожечь меня насквозь. – Тебя не было столько времени! Ты совсем не скучаешь по мне! Заскочила на пять минут и снова бежать! Если бы я не приехал, ты даже не осталась бы со мной повидаться?! Что происходит, Таня?! – У меня сейчас много организационной работы, Игорь! А если ты так соскучился, мог бы и сам приехать ко мне! – не стала тушеваться я, вспомнив, что лучшая защита – это нападение. – А я и собирался, а потом решил проверить, сколько времени ты сможешь меня игнорировать… Три недели!!! Таня, три недели от тебя не было ни слуху, ни духу! – всё больше и больше распалялся Смирнов, порывисто расхаживая из одного угла спальни в другой. – Выходит, ты бы и сегодня не приехала, если бы тебе не понадобились какие-то бумажки. А когда, тогда? Через полгода? Через пять лет? Знаешь, что, Таня… – Знаю! – воскликнула я, подошла к Игорю и припала к его губам длинным настойчивым поцелуем. Нужно было лишить его возможности разговаривать, пока он окончательно не вошёл в раж. – Я останусь на несколько дней, только не ругайся! – Ну и хорошо, Таня! Не представляешь, как я рад! Никуда не убежит твоя диссертация, а у меня тут Вика приехала, да ещё и заболела чем-то… – Чем заболела? – спросила я, вспомнив, что мне она тоже показалась какой-то бледненькой. – А я знаю? Ты же у нас врач, – пожал плечами Игорь. – Слабость у неё, тошнота… Предлагал в клинику её свозить, отказывается… Не знаю, что с ней. Наверное, в дороге какую-то инфекцию подцепила. *** Стол в столовой был накрыт к обеду, но Виктории здесь не было. – А где Вика? – спросил Игорь у Нины, когда она ставила перед ним тарелку с супом. – Пошла прилечь, – сухо отозвалась Нина, – неважно себя чувствует… Игорь отодвинул от себя тарелку и начал подниматься со стула: – Пойду, посмотрю, что с ней. – Давай, я схожу, – предложила я. – А ты пока начинай обедать без нас. Игорь в знак благодарности пожал мне руку. Ему было приятно, что я проявляю заботу о его дочери, но это благодушное настроение могло уже очень скоро закончиться. Судя по симптомам, состояние Виктории сильно напоминало ранний токсикоз, а это значит, что у Смирнова станет ещё на одну проблему больше. *** Я постучала в комнату Вики и, услышав её слабый голосок, вошла. Она, свернувшись калачиком, лежала на кровати, рядом на полу валялось махровое полотенце со следами рвоты. – Вика, ты беременна? – спросила я без долгих предисловий. – Какой срок? – Откуда вы знаете? – испуганно посмотрела она на меня. – У тебя все признаки раннего токсикоза. Не надо быть даже врачом, чтобы заметить их. Виктория потухшим взглядом уставилась в потолок, из её глаз потекли слёзы. – Не знаю, что делать… Отец ребёнка сбежал от меня, да ещё эта тошнота постоянно донимает. Думать ни о чём не могу. Не представляю, как скажу об этом папе… – А твоя мама в курсе? Что она говорит? – спросила я. Вика безнадёжно махнула рукой и пробормотала: – Ей плевать на меня. Укатила с молодым любовником заграницу. Маму интересуют только её младшие дети, меня она совсем не любит. У меня только папа… Мне стало жаль эту девочку. Я вспомнила, как примерно в её же возрасте тоже забеременела и это для меня трагически закончилось. Нельзя, чтобы такое повторилось ещё раз. – Послушай, Вика, ты должна рассказать отцу. Уверена, он поймёт. Даже если немного поворчит для приличия, потом всё равно оттает. Девушка опять залилась слезами. – Я бою-ю-сь, – жалобно запричитала она. – Папа же считает, что я ещё девственница. Рассчитывает удачно выдать меня замуж!.. А я ему в подоле принесла-а-а… – Вика, милая, не надо так про своего ребёнка. Что, значит, в подоле? Если боишься, я могу присутствовать при вашем разговоре, буду приводить папу в чувство, если что… Она согласно закивала головой, достала из коробки бумажные носовые платки и начала шумно сморкаться и вытирать слёзы. Я отправилась в столовую за Смирновым. Игорь сидел за столом, уже покончив с супом и вторым блюдом. Сейчас он мирно попивал чай с яблочным пирогом, ещё не подозревая, какие тучи сгущаются над его головой. – Дорогой, пойдём, твоя дочь хочет поговорить с тобой. – Смирнов вопросительно посмотрел на меня, но я пожала плечами и добавила: – Она сама тебе всё объяснит. Возле самых дверей я преградила ему путь и попросила: – Обещай, что будешь держать себя в руках. – Да, что происходит, в конце концов! – вспылил Смирнов и шагнул в комнату Виктории, так и не дав мне обещания проявлять больше сдержанности.