Глава 19

Злата

Сама не знаю, зачем позвонила ему… Бабуля приехала в больницу к вечеру, а меня поглотила такая черная тоска, что хотелось выть… Все словно разом на меня навалилось: трудное решение о рождении второго ребёнка, невосприимчивость Никитушки к терапии, ревнивые взгляды Амирана, настойчивость и уверенность Никиты-старшего… Как же у Гончарова все просто! Раз — и вынь, Злата да положи второго ребенка. Да еще и естественным путем. И повторяет мне при этом, что наша жизнь не изменится. Ну как можно быть таким циничным? Он сделает мне ребенка и спокойненько вернется в постель любимой Габи? А она его благодарно примет. И все будет, как прежде…

Ни черта не будет… Потому что магия Гончарова продолжает действовать на меня. Да, наверное, я дура, решите вы. И будете правы. Надо бы дать шанс Амирану и попробовать стать счастливой, но вместо этого я думаю о Никите… И все мое существо тянется к нему против воли… Сердце ускорят ритм, танцует и прыгает в груди, как резиновый мячик, дыхание сбивается в горле, а щеки становятся пунцовыми, как спелые помидоры. И я ничего не могу поделать с собой… Если я растекаюсь перед ним лужицей, когда он просто стоит рядом, что будет, если Ник прикоснется ко мне? Моя жизнь совершенно точно не станет прежней, когда все закончится. И вряд ли я буду нужна Амирану с двумя детьми…

— Злата, я поддерживаю Никиту, — важно произнесла бабуля в ответ на мои откровения. — Он, в отличие от тебя, мыслит трезво. Надо, значит, надо… И я не думаю, что тебе придется его терпеть в прямом смысле этого слова.

— Ну, бабуля… — смутилась я, потупив взор.

— Златка, вот бы вы снова были вместе, — надтреснуто добавляет бабушка. — Если бы только можно было повернуть время вспять и все воскресить. Исправить, поговорить, склеить…

— Бабуль, я сейчас не хочу думать о том, как будет. Никита обещал помогать мне с детьми, обеспечивать и принимать участие в воспитании. А как будет у нас… Это второй вопрос, который решать я сейчас не готова.

— Езжай домой, Золотко. Отдыхай. Я переночую и останусь с Никитушкой, сколько надо.

И сейчас я брожу по пустой квартире, маясь от желания разделить свои волнения с кем-то близким… Можно, конечно, и Зойке позвонить, но пальцы сами ищут контакт Никиты в смартфоне. Его уверенность ненадолго меня успокаивает. Он повторяет, что мы жертвуем своими интересами ради Никитушки и на мгновение я ощущаю себя девой Марией… Ненадолго, пока в его голос, звучащий из динамика, не вливается еще один — женский.

— Не помешала? — слышу так отчётливо, как если бы находилась с ними в комнате.

— Злат, я перезвоню.

Никита завершает разговор, оставляя меня наедине с коротким прерывистыми гудками… Вот и все… Сейчас Габи устроит ему скандал, а он, не желая портить отношения с женой, откажется от своего решения…

Сплю я плохо. Просыпаюсь от кошмаров и брожу по квартире, кутаясь в шерстяной плед. Даже на подоконнике сижу какое-то время, смотря на новогоднюю иллюминацию. Засыпаю под утро. Меня будит звонкая мелодия будильника и звук входящего сообщения. Нащупываю телефон под подушкой и, сонно прищурившись, читаю:

«— Злата, не забудь, что нам нельзя есть. Кровь желательно сдавать натощак».

Ну надо же… Выходит, наше решение в силе?

«— Спасибо за напоминание. Не буду».

«— Покормлю тебя потом в «Шоколадном пончике», хорошо?»

«— Ладно».

Ну вот… Даже дышать становится легче. Быстро принимаю душ, заплетаю «дулю» на макушке, облачаюсь в джинсы и белую водолазку. Макияжем пренебрегаю, не желая привлекать к себе излишнего внимания Никиты.

Накинув курточку, хватаю рюкзак и выхожу на улицу, издали завидев машину Никиты. Он выходит и распахивает передо мной переднюю пассажирскую дверь. От меня не скрывается тень, прокравшаяся в его взгляд.

— Все в порядке? — выдыхаю, смотря ему в глаза.

— Не совсем.

— Если ты передумал, скажи сразу. Я тебя пойму и не посмею осуждать, — тараторю, с трудом усмиряя дрожь в теле. — Ты не обязан и…

— Я обязан, Злата, — обрывает меня Никита. — У меня есть сын и я все ради него сделаю. Просто…

— Ну, говори уже.

— Я ушел из дома. Габи отказалась меня понимать, а уж принимать мое решение…

— Ладно, Никит… Все образуется. Она оттает. Я уверена. Если любит — поймет… Поедем?

Никита молча кивает и жмет на газ, выруливая в сторону медицинского центра…