Глава 22

Никита

В тарелке поблёскивает кальмар на гриле. Аппетитный, манящий и, наверное, безумно вкусный… Приготовленный шеф-поваром ресторана «Роб» по просьбе хозяина. А у меня кусок в горло не лезет… Перед глазами стоит растерянное лицо Златы. Закрываю глаза и вижу, как она торопливо надевает курточку и стремительно убегает от меня…

— Напиши уже ей, спроси, все ли в порядке? — не выдерживает сидящий напротив Роберт. — Виски налить? У меня коллекционный есть и… Степа, принеси нам по пятьдесят…

— Не надо, Роб. Нам еще ребенка делать, — выпаливаю и тотчас замолкаю.

— Что? Вы с Габи планируете ребенка? Поздравляю, брат.

— Не с Габи, в том-то и дело. Со Златой…

Рассказываю в двух словах обстоятельства болезни Никитушки, наблюдая, как расширяются глаза Роберта. Он ерзает на месте, ожидая, когда я закончу рассказ.

— Ну вы даете? С ума сойти! И как она к этому отнеслась?

— Нормально, — кисло протягиваю я. — Сначала возмутилась, а потом… В общем, ради Никитки она готова на все. Да и я… Сам не понимаю, как привязался к пацану так быстро. Не представляешь, какой он забавный. Рассказывает мне все время что-то. А разговаривает он… Прямо как я в детстве — я почти до первого класса нормально буквы не выговаривал.

— У тебя даже лицо меняется, когда ты говоришь о них, Ник, — восклицает Роб. Запускает пятерню в черную шевелюру и лыбится, как довольный кот. — Разводись с Габи, Никита. Не любишь ведь… Зачем мучить девчонку и себя?

— Все слишком сложно, Роб.

— Сложности мы себе сами создаем, Ники. Вызови ее на разговор и выложи все начистоту. Двое детей! Ты сам понимаешь, что теперь никуда тебе от Златы не деться?

— Кстати об этом: у нее есть мужчина. Зовут Амиран. Представительный такой, мужественный, деловой…

— О-о-о, ну все, брат! А теперь у тебя морда кислая. Ты даже врать не умеешь, Гончаров, — Роб хлопает ладонями по краю стола. — Все чувства на лице написаны.

— Он любит ее, я такие вещи за версту чувствую. Интересно, она ему рассказала о втором ребёнке? — многозначительно протягиваю.

— Да какая разница? Ты будешь обеспечивать малышей, так что… Если любит ее — примет. А вы уже… Вы… — мнется Роберт. — Приступили к изготовлению малыша?

— Нет. Ждем результаты исследований. Врачи настоятельно рекомендуют уехать на нейтральную территорию. Чтобы не отвлекаться на быт и…

— Я смотрю, у вас медовый месяц намечается. Никита, звони Габи, вот что я скажу.

— Я вернусь домой и поговорю с ней. Ты прав. Как-то это непорядочно… Уехать вот так.

— Ты еще и из дома ушел? С вами без ста грамм не разберешься. Степа, неси пятьдесят мне! Куда повезёшь ее?

— В Красную Поляну. Погуляем, покатаемся на фуникулёре и…

— Ага, ты еще про экскурсию в Олимпийских парк забыл. Ладно, Ник. Ты все правильно делаешь, брат. Если хочешь знать, я горжусь тобой и нашей дружбой.

— Да ладно тебе, Роб. Поеду на работу, а не домой. Габи точно будет там. Лучше приехать без звонка.

— Доедай кальмара. Не выбрасывать же его? — возмущается Роб.

Мы обедаем и тепло прощаемся. Еду в офис, сгорая от нетерпения все это прекратить: недосказанность, притворство и нелепый брак…

Паркуюсь возле входа в офис, замечая машину Габи. Вот и хорошо… Поднимаюсь по ступенькам крыльца и толкаю дверь ее кабинета.

— Привет, — сухо произносит она, отрывая взгляд от ноутбука. Похоже, она не сильно и переживала мое отсутствие дома. Или умело притворяется, напустив на лицо равнодушный вид.

— Габи, я хотел поговорить. Надо уже разрубить этот узел и…

— Не вздумай предлагать мне развод, Ники, — ультимативно произносит она, покрутившись в кресле.

— Габи, послушай, мы же… К чему нам играть в семью, если ее нет? Габи, я…

— Не делай глупостей, Ники. И не забывай, что я тоже имею право на твои активы, — Габи наставляет на меня палец с ярко-красным маникюром. — Что ты там хотел? Оплатить мальчику операцию? Или раздела имущества и ареста счетов?

Раскрываю рот, не в силах выдавить и слова. К такому цинизму жестокости я не был готов…