Глава 38

Виктория

Сердце проваливается куда-то в район желудка и подскакивает к горлу. По спине ползет мерзкий липкий холодок. Дура, какая же я дура! Поверила, что Александр увидит дочь, узнает правду, проникнется! А он…

Принципиальный и несгибаемый! Живет по одним лишь ему понятным законам, установленным самим же! Ни шагу вправо, ни шагу влево, только по прямой!

Не постеснялся, пришел прямо в роддом, двух дней даже после рождения ребенка не прошло! Явился, чтобы забрать мою дочь! Думает, что я вот так запросто подпишу все документы, и он заберет ребенка себе?!

Хрен тебе, Александр Дмитриевич, а не Варюша! Насмерть буду стоять за свою малышку!

– Вика, послушай…

– Нет, это ты послушай! – вскакиваю на ноги, как ошпаренная. Разумеется, рубец мне этого не прощает и пронзает адской болью, что я пошатываюсь. Но плевать! На все плевать! Я босиком по раскаленным углям пройду, если будет нужно, только бы моя дочь осталась со мной! Я была готова делить ее с родным отцом, но отдать ему только потому, что старалась защитить от ублюдка – мужа – никогда!

– Я не отдам тебе Варю, слышишь?! Да, я ошиблась, что не рассказала сразу правды. Но не заслужила того, чтобы ты отобрал моего ребенка! Ты не можешь так жестоко поступить со мной!

Саша поднимается, становится рядом и ровным голосом, словно старается меня успокоить, выдает:

– Я и не собирался, Вика. Успокойся, пожалуйста.

Замираю, как громом пораженная. Хлопаю глазами, глядя в абсолютно спокойное лицо Саши. В его глазах нет злости, ненависти ко мне, только теплота, нежность и переживание.

– Сядь, ты только после операции, не стоит так сильно скакать. Береги себя, пожалуйста.

– Саша, что происходит? – выдавливаю из себя, пока Саша помогает мне сесть и подкладывает под спину подушку. Я морщусь от боли в шве, и Александр мгновенно меняется в лице.

– Что? Болит? Сиди спокойно, я сейчас позову врача!

Вскидываю руку и вцепляюсь в его запястье.

– Не надо. Все в порядке. Это обычное состояние после кесарева.

– Обычное?! – рычит Саша, меняясь в лице. – То есть нормально, когда женщина после родов корчится от боли?! Что, нельзя никаких таблеток дать или укол сделать?!

– Врачи делают все, что нужно. Успокойся, – киваю на папку в его руках и возвращаю разговор в нужное русло. – Что это за документы?

Саша раскрывает папку и передает мне бланк и ручку. Наши пальцы соприкасаются, мое тело прошивает разрядом тока. Но я не обращаю внимания на то, что происходит между нами. Еще в машине «Скорой помощи» я дала себе зарок никогда больше не влюбляться. Это очень больно, и последствия этой любви разрушительны.

– Ознакомься и подпиши.

Пробегаюсь глазами по бумаге, и сначала мое лицо вытягивается от удивления, а потом меня прошибает истерический смех.

– Саша, ты, кажется, забыл, но я уже замужем. Так что твой план, мягко говоря, провальный.

– Больше нет.

Замираю и поворачиваюсь к мужчине, который продолжает сохранять спокойствие и невозмутимость.

– Что больше нет?

– Больше не замужем, – Саша роется в папке и достает еще какую-то бумагу и протягивает мне.

Свидетельство о разводе.

Хлопаю глазами, вчитываясь в буквы, которые решительно не хотят складываться в слова.

Я не понимаю сути. Это какая-то шутка. Розыгрыш. Потому что Женя…Он никогда бы не согласился на это добровольно.

Верчу бумагу и так и так, проверяя.

– Она настоящая. Это не подделка, Вик, – с легкой полуулыбкой Саша вынимает из моих окаменевших пальцев бумагу и возвращает в папку. – С сегодняшнего утра ты разведенная женщина. Но ненадолго. Мне нужно, чтобы ты подписала этот бланк. Выразила свое согласие. И дала мне свой паспорт. В ЗАГСе сразу проставят две печати: о разводе и о браке со мной.

Отчаянно мотаю головой, отодвигаясь от Александра.

– Нет…Нет, нет и нет! Я больше не вступлю в это болото добровольно! Спасибо, что избавил меня от Жени, но я не стану твоей женой, Саша!

– Вика, послушай…

– Не буду! – вытягиваю руку, чтобы сохранить между нами дистанцию. – Ни о каком повторном замужестве не может быть и речи!

Но в этот раз Саша проявляет все свое упрямство. Встает, опускается на корточки передо мной и берет за плечи, заставляя смотреть ему в лицо.

– Вика, кроха моя. Так надо. Если вы с Варей будете носить мою фамилию, то будете под моей защитой.

– Но ты же сказал, что я свободна, что Женя подписал бумаги о разводе! Хотя, понятия не имею, как тебе удалось это провернуть в столь короткий срок! Зачем тогда повторное замужество? Чтобы было легче отнять у меня дочь?!

Мои слова бьют точно в цель.

Александр становится серьезным, строгим. Хмуро буравит меня темным взглядом, а от улыбки не остается и следа.

– Я не собираюсь отбирать у тебя ребенка, Вика. Да, я сказал на эмоциях лишнего. Я сожалею об этом. Но лишить новорожденную матери…я не такое чудовище, как ты обо мне думаешь.

Закусываю губу, отворачиваясь. Я не могу смотреть в его глаза. Кажется, Александр говорит искренне, от всего сердца, но…Я не могу ему слепо довериться. Я очень сильно обожглась. А теперь я – мама и в ответе еще и за крохотную малышку.

– Я…я не знаю.

– Послушай, – Саша сильнее сжимает мои ладони и успокаивающе поглаживает запястья. – Да, Женя вроде бы отошел в сторону, но это не говорит о том, что он успокоится. Нет никаких гарантий, что он не начнет шантажировать тебя, когда ему снова понадобятся деньги. И я хочу быть рядом и иметь все законные основания воздействовать на него, если этот урод появится на вашем горизонте. Варя – наше слабое место, и мы, как родители, просто обязаны ее защитить и уберечь.

После слов Саши я молча беру ручку и подписываю все документы. Достаю из шкафчика паспорт и протягиваю будущему мужу. Он прав: ради дочери я должна наступить на горло своей гордости и страхам. И подпишу все, что угодно. Даже если это расписка в том, что я продаю душу дьяволу. Хотя, наверно, по сути так оно и есть. Саша – мой персональный дьявол-искуситель.

Александр достает из кармана бархатную коробочку. Открывает ее, и у меня перехватывает дыхание: там два красивых кольца из белого золота. Одно с изящной вязью, с камушком и россыпью мелких камней вокруг. Второе – простой ободок с мелким бриллиантиком, утопленным прямо по центру.

Александр надевает их на мою правую руку и целует безымянный палец.

– Обещаю, ты не пожалеешь, Вик.

Осторожно высвобождаю ладонь и, сцепив зубы, поднимаюсь с кровати.

– Ты куда? (3303c)

– Если у тебя все, я хочу дойти до детского отделения и забрать свою доченьку. Обещала зайти специалист по грудному вскармливанию и помочь мне. У нас, – смущаюсь, что приходится такие интимные подробности выдавать Саше, – с этим не очень.

Будущий муж перехватывает меня, обнимает за талию и переплетает наши пальцы.

– Пошли, мамочка. Теперь мы – родители, и все будем делать вместе. Наша дочь – и моя ответственность тоже.