Глава 16. Ева

К концу подходила уже третья бутылка пива. Я понимала, что начала хмелеть, но видела, что Максим нисколько не изменился. Поэтому я, как подросток, который не хочет палиться перед родителями, что попробовал спиртное, тоже сидела и делала вид, что ни капли не пьяна.

Аппетит только возрос. Плов кончился, сухарики с чипсами вставали поперек горла.

— Ты что-то говорил про колбасу с сыром в своём холодильнике? — я мастер тонких намёков.

— Сейчас всё будет.

Макс тут же встал и вышел из-за стола. Я за ним.

Сняла толстовку, так как в квартире стало жарко. Виной тому не только местный климат, но ещё и выпитое пиво, подогревающее меня изнутри.

— Может, яйца пожарим? — спросил Макс, повернувшись ко мне у открытого холодильника. — А всё. Уже готовы.

Встал столбом, будто обомлел. Взгляд его оказался направлен на мою грудь.

К щекам подкатил жар, когда я поняла и вспомнила, что на мне бельевая майка. Бессовестно тонкая и бесстыдно прозрачная.

— Чёрт! — прошипела виновато и прикрыла руками грудь. — Совсем забыла. Прости.

Отвернулась и вернулась к дивану, чтобы надеть обратно толстовку.

— Жарко же, — произнес Макс сзади. — Ходи так. Сегодня мы с тобой, один хрен, два бухих кента на пустующей кухне.

— Будет странно, если у одного кента весь вечер будут торчать соски, а у другого Матвейка. Я лучше попотею в толстовке.

— Я уже всё рассмотрел. Можешь не прятать. Я ещё посмотрю.

— Извращенец.

— Хочешь, дам тебе свою футболку. Новую. Не потеть же тебе весь вечер в толстовке?

— Давай, — я прикрыла грудь толстовкой и повернулся к Максу, который ушёл в комнату и принёс из неё белую футболку ещё в упаковке. — Спасибо.

Отвернулась от него, распаковала футболку и быстро её надела.

— Повернись, — попросил Макс с улыбкой в голосе. Сделала, как он попросил и поймала громкий разочарованный вздох. — Без футболки было значительно красивее.

— Кто бы сомневался, — хмыкнула я. Опустила взгляд и увидела надпись на футболке на груди. — «Трахаю, тибидохаю. Тот ещё волшебник». — Ну, конечно! — буркнула я себе под нос. — Что-то такое я и предполагала.

Подошла к Максиму в кухонную зону и взяла бразды правления над яичницей на себя.

— Давай я. А помидоры есть?

— В холодильнике, если не сдохли ещё, — кивнул он в угол кухни.

Пока я доставала овощи и мыла их, Максим принес нам пиво. Мы чокнулись, немного выпили и продолжили приготовление позднего ужина. Время уже за полночь.

Максим нарезал колбасу и сыр на тарелку, а я резала лук и помидоры на сковороду для яичницы.

— Серьёзно? Яичница с овощами? Что-то из маминых турецких сериалов, — рассмеялся Максим.

— Папа так всегда её готовит. Любимый рецепт из детства.

— Да и на закусь хорош.

— А пахнет как? М!

Мы с Максом с довольными мордашками принюхались к благоухающему луку и помидорам, шкворчащим на сковороде.

Я почувствовала, как в заднем кармане джинсов зазвонил телефон. Решила, что вновь звонит Егор. Четвертый раз за вечер. Но звонила Ася.

— Да? — спросила я аккуратно, предполагая, что Егор может звонить от неё. Вообще не удивлюсь.

Макс, стоящий рядом, резал колбасу, но заметно насторожился и прислушался.

— Привет, Ев. Что у вас случилось?

— В смысле? У кого? — прикинулась дурочкой. Подругу в столь поздний час в конфликт втягивать не хотелось. Хотя уже стало понятно, что она в нем по самые уши.

— Не тупи, — рыкнула Ася. — С Егором.

— Поругались. Я ушла из дома.

— Ты нормальная, нет, в такое время по улице ходить?! Давай ко мне. Тем более, я Егору уже сказала, что ты у меня и не хочешь с ним разговаривать.

— Спасибо, дружище, — улыбнулась я. Прижала телефон плечом к уху и разбила пару яиц в овощи в сковородке. — А он что? Поверил?

— Поверил, конечно, — фыркнула Ася самоуверенно. — Попросил передать тебе, чтобы ты утром перезвонила, когда остынешь. Ты где сейчас, кстати? Всё нормально? Хочешь, я Саше позвоню, он за тобой приедет?

— Саше? Какому Саше? — я хитро улыбнулась, Макс поймал мою улыбку и отзеркалил. — Уж не тот ли это Саша, который невозможный матершинник и злостный грубиян?

— Саня? Гурьев? — практически одним губами поинтересовался Макс.

Я с улыбкой кивнула.

— Он… хороший он, — Ася защищала его, но при этом стеснялась и наверняка сейчас краснела. — Просто он не может материться дома при детях и маме. Поэтому и выплескивает все маты, пока их нет рядом.

— Да ладно-ладно. Не оправдывайся. Если нужно будет сбегать с ним на свидание, звони мне, посижу с твоей сладкой булочкой.

— Ой, всё. Отстань. Ты где сейчас, реально?

— В гостишке, — соврала, глядя в глаза Максу, который криво ухмыльнулся. — Голову почищу и утром домой. Всё равно на работу собираться. Я в пижаме ушла.

— Что у вас случилось? Что-то серьёзное? Обидел? Нос ему лопаточкой сломать? Розовой, — пока Ася сыпала вопросами, Максим заметно приблизился. Видимо, тоже захотела услышать ответы на эти вопросы. Ведь мы так и не обсудили, что нас привело друг к другу в царство алкоголизма в этот вечер.

— Всё то же самое, Ась. Ничего не меняется.

— Понятно, — вздохнула подруга. — Пошли его уже, да и всё. Нафиг он тогда нужен? Пусть один и будет сам у себя такой классный.

— Я с ним ещё поговорю об этом.

— Не сомневаюсь, — Ася вздохнула. Они с Егором недолюбливают друг друга с самого начала. Терпят редкие встречи только ради меня. — Ладно, Ев. Раз у тебя всё хорошо, и ты в безопасности, тогда до завтра. Если что — сразу звони мне. Про Сашу я не шучу. В крайнем случае позвони тому ужасно сексуальному извращенцу. Разминкин… или как его там?

Макс в это время, улыбаясь как сытый котик, поиграл грудными мышцами прямо перед моим носом.

— Разминкин, Разминкин, — кивала я, глядя на весь этот перфоманс. — Резинкин, я бы даже сказала. Ну, ладно, Ась. Спокойно ночи. Поцелуй от меня сладкую булочку.

— Обязательно. Пока, роднулька.