Глава 45. Что хочешь

- Ты что, влюбился что ли?

- Да я? Да нет… - выдыхаю бездумно, а потом внезапно останавливаюсь, осознав, какой вопрос мне задал отец мимолетом.

Сдираю с себя галстук, будто он виновен в моем фиаско и думаю над словами отца дальше.

- Не побежишь догонять? – не отстает батя.

Оглядываюсь, мать куда-то удалилась. Побежала, наверное, проверять информацию насчет беременности Анжелики, то есть отсутствие таковой.

Внезапно у меня будто силы иссякли. Будто я пустой сосуд на песке, который не может двинуться с места. Разве можно в таком состоянии кого-то догонять?

Плюхаюсь на диван, закинув ноги в ботинках на журнальный столик, пока мать не видит, уставши, разваливаюсь. И задумчиво выдыхаю, попыхивая губами.

- Не побегу.

- Ну и правильно! – махнул рукой отец и присел на краешек подушки для сидения. – С одной стороны, - коварно добавляет он, - а с другой: ты простую среднестатистическую девчонку удержать не смог.

Перекатываю голову по подголовнику, чтобы родителю в глаза посмотреть.

- Ты это мне предъявляешь? – тычу себя пальцем в грудь.

- Ну а кому? – смотрит упрямо. – Ты вот мать в молодости не видел, первой красавицей была. Так я ее сразу в оборот и никаких там тебе побегов!

- А как у тебя получилось ее закадрить? – Призадумываюсь. - Ты ж некрасивый. – Раз уж мы начали говорить правду…

- Вот, сучонок, - нисколько не обидевшись, усмехается отец. – А я ей сразу предложение сделал.

- Да ну, - не веря, прищуриваюсь.

- Серьезно. У нее ухажер типа спортсмен был. Ты думаешь, какого фига тебя мать в спорт засунула? По старой памяти все. Тоже триатлонист. Двухметрового роста. И я рядом – метр с кепкой. Я ее замуж! А он ее нет! А она взяла и из принципа вышла. Ну а там, если судьба – все срастется, а нет, то и ничего не поможет.

- Ты вот сейчас серьезно? – достаточно громко недоумеваю я.

- Да, сынок.

Подбираюсь на диване:

- Так у меня с Ликой практически тоже самое вышло?! Если бы вы со своими бумажками не залезли… Если бы дали бы нам шанс… Мне бы не пришлось сейчас сидеть и думать: «Чё делать?»

Алексей Михайлович философски пожимает плечами:

- Капитал большой, Серег. Чужой ребенок. Мы не могли поступить иначе.

- Спасибо, утешили, - дергаюсь я.

- За каждым числятся грешки.

- Давай уже помиримся?

- А давай! – бьем друг друга по рукам. – Только я на работу не вернусь. Раз тебе захотелось руководить одному, то руководить придетсявезде, Сережа.

- Что ты сейчас имеешь в виду? - кошусь на отца.

- А тебедядяВалера не звонил?

- Нет, - выпрямляю спину.

- Я хотел подстраховывать тебя со спины до тридцатки, хотя бы, - вздыхает отец, - но ты сам вырвал руль и сказал: «Я поведу». Теперь вот дядю Валеру тоже ты контролируешь.

Су. Ка.

Про этого бандита я совсем забыл.

- Понял, - хмуро отзываюсь я.

- Тогда помирились, - довольно улыбается отец. – Так что с Анжеликой? Мы то думали…

- Вы с матерью, о ком угодно думали, только не обо мне!

- Так ты ж сказал, что не влюблен?

- Не. Знаю. Я, - с тупым звуком опустив пару раз затылок на диванную подушку, громогласно декларирую слова в потолок.

- Так чем мы можем тогда помочь?

- Слово дай, что больше лезть в мои отношения не будешь?

- Даю.

Закрепляем договоренность рукопожатием.

- Этого достаточно, чтобы сделать меня счастливым, - замечаю я. – А теперь я хочу есть. Что сегодня приготовила Валентина?

Помирившись с родителями и закрепив это все сытным ужином, я объявляю им, что поехал домой.

- Домой? – переспрашивают они хором.

- Угу, - останавливаюсь на прощанье, - домой. Мой дом уже там, где моя семья, а не ваша, - с уставшей улыбкой роняю.

Краем глаза вижу, что мать готова расплакаться на плече у отца, но меня уже не остановить. Я выбрал свой путь и пойду до конца.

Возвращаться в квартиру, в которой нет Анжелики – грустно.

Переодеваюсь, принимаю душ, а перед сном заваливаюсь на диван.

Пишу бывшей жене, нисколько не ожидая, что она ответит.

«Поживу пока у тебя, если не возражаешь. С новым статусом тебя, кстати».

Не успеваю я зацепиться мозгами за очередную мысль, как приходит ответ.

«Тебя никто не гонит. Живи, сколько хочешь. Спасибо!»

То, что она ответила быстро, дает мне надежду. Значит, ждала. Думала. Спрашивала себя: «А почему он ничего не делает?»

Смысл сейчас суетиться? Что я ей докажу? Контракт я ведь тоже подписывал. Проморгал суету со стороны родителей. Претензий ко мне миллион, а поступков пока мало.

Теперь хорошенько думаю, что напечатать. Главное – засветить правильные сигналы.

«Купил дом. Скоро съеду. Ты же сейчас у родителей, долго не нагостишься».

Нервы немного потрепать бывшей супруге тоже никто не запрещал.

Здесь пауза уже дольше, но все равно она ответила:

«Поздравляю, Сереж! Строй новую семью. Я тебе желаю удачи!»

От такого ответа захотелось завыть.

Вот почему она меня не понимает?

Бл…

Но посокрушаться я дельно не успел. На моем телефоне обозначился чей-то номер.

- Да, - дерзко бросаю.

И по одному только хриплому тяжелому дыханию на том конце провода понимаю, кто мне позвонил.

- Сережа, здравствуй! – сиплый прокуренный голос на секунду обескуражил меня.

- И вам не хворать, Валерий Измайлович! – быстро нашелся я и включился на определенный образ мысли. Батя не шутил. Теперь абсолютно всем заправляю я.

- Благодарствую. Поклон тебе от нас. Вот звоню, участь свою узнать.

- Работаем дальше. Как и раньше, - расчетливо чеканю я.

- Хорошие новости, - собеседник пытается рассмеяться. – Что делаем с последним работником? Волком смотрит, не смирился со своей судьбой.

- Дай ему бонусы. Небольшие, но пусть будут.

- Лады.

- Как у самого дела?

- А?

Повторяю свой вопрос.

- С божьей помощью. Сеструха моя преставилась. Не выжила после операции. За племянницей теперь догляд. Лето у меня доживет, потом на большую землю. В институт я ее затолкал. Щас учителей ей нанял, больше, чем было в моей жизни! – с иронией подмечает. – Занимается.

- Какие у тебя на острове репетиторы, бл…?

- Так по ящику все. Знай дело, бабки отстегивай.

- Тогда понятно.

- Ну, лады. Если что, ты знаешь, как на меня выйти, Сергей Алексеевич.

Прощаюсь с ним и завершаю вызов. С дядей Валерой я мало разговаривал по телефону. Сейчас был второй звонок за все время сотрудничества.

Время серьезного разговора, затянуло мою переписку с Анжеликой и лишило возможности маневра. Поэтому я просто печатаю ей:

«У меня будет самая хорошая жена, самая счастливая семья и я непременно буду счастлив!»