Глава 33. Сапфировый браслет

Милана обернулась на звук шагов Баграта и поразилась тому, с каким видом он к ней шел. Лицо бешеное, глаза горели, а в руках он держал нечто подозрительное.

Она заметила, как Баграт закрыл дверь, и тут же напряглась. Зачем он это сделал?

– У меня для тебя кое–что есть, милая… – услышала она как будто сквозь вату.

С этими словами Баграт положил на стол продолговатую бархатную коробочку.

Милана уставилась на подарок как на инопланетный предмет, окруженный излучением радиации.

– Что это? – спросила она, одернув футболку.

Баграт раскрыл коробку, и Милана увидела браслет удивительной красоты. На белой шелковой поверхности коробки блестела цепочка из темно–синих овальных камней величиной по полсантиметра каждый. Ей никогда не доводилось видеть вблизи ничего подобного. Драгоценные камни буквально гипнотизировали ее.

– Тебе, – Баграт пододвинул к ней коробочку.

Милана нервно сглотнула, на секунду представила, как бы эта вещица смотрелась у нее на запястье. Однако у нее хватило ума даже не потянуться к подарку.

– Зачем это? – спросила она дрожащим голосом. – Мы не в тех отношениях, чтобы ты дарил мне такие подарки.

– Давай будем в тех, – проговорил Баграт с чувством.

«Это он на что намекает?» – не поняла она.

– Баграт, ты ничего не спутал? Мы с тобой вместе воспитываем ребенка, на этом все. Между нами ничего нет.

Вроде бы говорила все по делу, даже спокойным тоном, но Баграт на ее слова вдруг страшно оскорбился.

Он навис над ней и грозно пробасил:

– Это ты наговорила Артуру, да? Еще и нажаловалась, что я тебя заставляю с собой жить. Неужели ты правда считаешь, что у нас никаких отношений?

– Никаких! – сказала она возмущенно. – И ничего я не жаловалась. Я правду сказала, что не хотела сюда ехать. Я и тебе это говорила.

В этот момент она заметила, как лицо Баграта скривилось. Она почувствовала, что ее слова встали ему поперек горла.

– Объясни по–человечески, почему? Чего тебе не хватает? – спросил он, широко разведя руками. – Я все готов сделать, чтобы тебе было комфортно и хорошо…

«Вот же твердолобый тип!» – злилась она про себя.

Удивилась, как же до него до сих пор не дошло, что комфортно и хорошо ей, когда он находится от нее как можно дальше.

Милана глубоко вздохнула, проглотила вертевшиеся на языке злые слова и попыталась объяснить:

– Понимаешь, мне не нравится каждую неделю переезжать… Все эти вещи, сумки, половины нужного нет, одно сплошное беспокойство. Но главное – я здесь не чувствую себя как дома. Мне не уютно, и Пашке это ни к чему. Давай как–то по–другому решим этот вопрос.

– А давай, – Баграт неожиданно кивнул. – Я согласен с тобой. Это какой–то бред все время переезжать. Никакого покоя ни тебе, ни мне, ни Пашке.

Милана в первый момент подумала, что ослышалась. Это он что? Это он только что с ней согласился? Ура!

Правда, потом Баграт пояснил свою мысль:

– Ты должна переехать ко мне насовсем.

Милане снова показалось, что ослышалась. Она уставилась на Баграта немигающим взглядом. Пыталась понять, не шутит ли?

Но товарищ Саркисян оставался серьезен, ни один мускул не дрогнул на его лице.

Он тут же продолжил ее убеждать:

– Так будет всем лучше. Пашке не придется раз за разом привыкать к новому месту. Ты будешь чувствовать себя дома. Ты должна переехать сюда с сыном насовсем.

На этой фразе у Миланы задергался глаз.

– Что еще я тебе должна? – тут же взвилась она. – Почку тебе мою не надо случайно? Ты совсем сбрендил, что ли?

– При чем тут вообще почка? И почему я сбрендил? Я всего лишь предлагаю разумное решение.

– Какое нафиг разумное? – заголосила она. – Зачем? Ну вот зачем тебе надо, чтобы мы тут жили?

– Разве не очевидно? – он снова навис над ней.

– Мне нет!

Баграт шумно вздохнул и проговорил:

– Мне без вас хреново! Подходит аргумент?

Милана ничего не поняла, покачала головой и спросила:

– С чего вдруг?

– Мне физически без вас паршиво, понимаешь? Я все время думаю, как вы, что у вас происходит. Я спать нормально без вас не могу.

Милана от этой информации опешила.

– А почему ты раньше не говорил?

– Потому что как только я у тебя появлялся, ты сразу на меня шипела, гнала вон, будто я прокаженный. Я скучаю по Пашке, по тебе… Очень! Мне хорошо, только когда вы рядом, понимаешь?

Нет, она решительно ничего из его рассказа не понимала.

– Баграт, – проговорила она, силясь уместить новую информацию в голове: – я еще могу поверить, что ты скучаешь по Пашке, но я–то при чем? Как ты можешь по мне скучать, ты же меня терпеть не можешь!

– С чего ты это взяла? – воскликнул он с недоуменным видом.

– Да хотя бы с того, что ты все время на меня орешь! – зафырчала она. – Если тебе чего от меня и надо, так только секса! Или скажешь, нет?

– Секс мне нужен, да, – тут же согласился он. – Но ты слепая, если не замечаешь моих стараний. Я ни за кем так не ухаживал, как за тобой. Ты что правда не видишь моих чувств?

– Каких чувств? – захлопала ресницами она.

– Сильных!

«Обалдеть пояснил!» – еще больше разозлилась она.

– И в чем они выражаются? – продолжала расспросы Милана. – В том, что ты бегаешь по всяким там надушенным девицам?

Баграт возвел руки к потолку, громко воскликнул:

– Господи, дай мне сил…

Пару раз глубоко вздохнул, а потом обратился к Милане:

– Я ни с кем не спал с тех пор, как ты призналась мне, что Пашка – мой сын.

Милана строго на него посмотрела, уперла руки в боки и сказала:

– Обалдеть какое достижение! Не спать ни с кем две с половиной недели, да тебя в книгу рекордов Гиннесса пора записать.

– Да, пора! – кивнул он с совершенно серьезным видом.

– Ты не способен чувствовать, Баграт! – продолжила она свои нападки. – Я это поняла еще полтора года назад, когда забеременела от тебя. Это был такой ужасный период моей жизни, а ты даже не откликнулся на звонок. Я так ждала, надеялась, а ты…

– Ты знаешь, сколько раз я пожалел, что тогда не послушал тебя, не перезвонил?! – вдруг пробасил он.

Милана застыла, услышав это признание, смотрела на Баграта и не знала, чему верить.

Он все продолжал говорит:

– Если бы я тогда знал, зачем ты звонишь… Если бы я хоть предположил подобное, я бы той же ночью к тебе приехал! Я бы был с тобой все это время! Ты знаешь, как я жалею, что проигнорировал тот твой звонок? Очень–очень сильно жалею. Я тогда сына своего прошляпил, тебя прошляпил! Я это не сразу понял, но дошло, наконец.

Этими словами он попал Милане точно в сердце. Долгие–долгие месяцы беременности и даже после родов она мечтала услышать от него именно это.

В ее горле разросся комм, а сердце сжалось в сладко–болезненной судороге.

Саркисян все сыпал и сыпал новыми откровениями:

– Извини меня, что я тогда проигнорировал твой звонок… Я больше никогда не проигнорирую ни одного твоего звонка. Я не могу повернуть время вспять, но могу как–то попытаться восполнить тебе это сейчас. Могу и хочу быть с тобой и Пашкой сейчас… Если примешь меня. Прими меня, пожалуйста!

Милана не знала, что ему на это ответить. Признания Баграта обрушились на нее снежной лавиной, оглушили, лишили способности думать.

А потом он шагнул к ней, смял в объятиях и накрыл губы поцелуем, от которого у нее подогнулись колени. Самым волшебным на свете! Приятным и сладким.

Милана охнуть не успела, как оказалась у Баграта на руках.

– Отпусти! – пропищала она от неожиданности.

Но Баграт и не подумал выполнить ее требование, лишь прорычал на ухо:

– Ни за что на свете…

– Ну что ты? Зачем ты? Куда… – пищала Милана, пока Баграт нес ее по коридору.

Очень скоро они оказались в спальне.

Милана охнула, почувствовав под собой мягкое покрывало кровати.

Она тут же отползла подальше, в полнейшем шоке наблюдала, как Баграт принялся срывать с себя рубашку.

– Ты что собираешься делать? – взвизгнула она с круглыми глазами.

– Все собираюсь… – сказал он с чувством и, расстегнув последние пуговицы, отбросил рубашку в сторону.

Он впервые предстал перед ней с обнаженным торсом с тех пор, как она жила в его квартире.

Милана замерла, разглядывая его полуобнаженную фигуру. Уже и забыла, как он выглядит без одежды. Это же не мужчина, а образец женских сексуальных фантазий. Его торс можно использовать как доску для стирки белья, такой он рифленый. Мощная грудь покрыта завитками черных волос. А руки… Мускулистые, сильные.

Сильные!

Что он может с ней сделать своими ручищами? В прошлый раз как взял, как подмял под себя, и ничего хорошего из этого не вышло.

Милана вся напряглась, когда он подошел к кровати, подобрала под себя ноги, попыталась закутаться в одеяло.

– Не прячься от меня, – проговорил он, шумно дыша.

Забрался на кровать и потянул ее за лодыжки.

– Нет, нет, мне этого не надо… – запищала Милана и попыталась закутаться еще плотнее.

Баграта это не остановило. Он лег рядом, притянул Милану к себе, прижал.

– Почему не надо? – проговорил он ей в губы. – Хоть оду причину назови.

Милана молчала, не зная, что ответить.

– Не нравлюсь? – спросил он с нажимом. – Не хочешь меня?

О, еще пятнадцать минут назад она бы ему так и заявила, хотя это и близко правдой не было. Чисто визуально Баграт всегда ее привлекал, хоть она и знала, что он из себя представляет. Но врать теперь, после того, как он сказал ей о своих чувствах, показалось ей нечестным.

– Я боюсь… – наконец призналась он.

– Чего? – удивился он.

– Тебя… – призналась она дрожащими губами. – Того, что ты можешь сделать.

Баграт шумно вздохнул, опалил ее взглядом.

– Давай так, – сказал он – Если что–то не понравится, ты просто скажи, хорошо? Я остановлюсь.

С этими словами он снова накрыл ее губы своими. Поцелуй оказался таким же приятным, как самый первый, которым он наградил ее на кухне. Он все длился и длился, прерывать его не хотелось, но Милана все же уперлась кулаками Баграту в грудь, разорвала контакт.

– А если ты не услышишь, как я тебе буду что–то говорить, или не послушаешь? – простонала она, все еще объятая страхом.

– Я все услышу! – пообещал Баграт.

И снова стал ее целовать.

Милана понять не успела, как он умудрился в три секунды раскутать ее из покрывала, откинул его подальше. Она охнула, когда он запустил руки ей под футболку, нежно ощупал живот и стал задирать ткань выше.

А потом его голова вдруг переместилась вниз, и он стал целовать ее оголенный живот, лизнул пупок.

Через секунду Милана осталась без футболки, еще через две с ее тела исчез и лифчик. Она даже не заметила, как Баграт разделся сам. Вскоре и она оказалась совсем без одежды.

А дальше вообще началось какое–то безумие.

Ее тело будто загоралось в местах, гуда Баграт ее целовал. У нее даже возникло ощущение, словно у него губы прямо как у огненного голема из компьютерной игры.

Очень скоро Милана пылала вся целиком, плавилась под его нежными прикосновениями. А когда он проник в нее, невольно охнула от нового, совершенно неизведанного ею удовольствия, заполнившего ее всю без остатка.

Заниматься любовью с Багратом показалось ей в тот момент самым естественным, что было в этом мире. Самым приятным.

Но вскоре ее ждал новый сюрприз.

После того, как Баграт ускорил ритм, стал двигаться жестче и резче, удовольствие внутри нее вдруг разрослось, его стало почти невозможно терпеть. Буквально через минуту Милана будто взорвалась на миллион кусочков и вознеслась на небеса, как ей показалось.

Пережитое удовольствие оглушило ее. Милана не имела ни малейшего понятия, что такого Баграт с ней сделал, чтобы получилось так приятно.

Очень скоро он задвигался в ней с особенной силой. Потом зарычал ей в ухо, прижал к матрацу собой в последний раз, да так и остался лежать на ней без движения.

Милана крепко его обняла, желая остаться к нему как можно ближе, и замерла, почти не дыша.

Ей стало жутко интересно, она вообще с ним занималась любовью в прошлый раз? Или это был его злобный брат–близнец?

Теперь она уже ни в чем не была уверена.

Милана так и продолжала лежать под ним, полная стыдного, но такого яркого удовольствия, которого в жизни раньше не испытывала. Боялась даже пошевелиться, чтобы не спугнуть его отголоски.

Через время Баграт вдруг стал целовать ее лицо, шею, правое плечо. Он плотно прижимал к себе, будто благодарил за то, что между ними произошло.

– Как ты? – спросил он, шумно дыша ей в ухо. – У тебя все хорошо?

– Хочу спросить… – проговорила Милана, продолжая крепко его обнимать.

– Что?

– Почему ты в прошлый раз так не сделал?

– Как так? – не понял Баграт.

О, Милана, конечно, могла бы ему объяснить в деталях, что конкретно имела в виду, если бы в принципе была способна говорить о сексе вслух. Но она не могла. Даже с сестрой и то стеснялась обсуждать такие нюансы, а тут Баграт!

Она ярко покраснела, смущаясь, сказала:

– Ну так… Волшебно…

Оказалось, Баграту было достаточно одного этого слова.

Он тут же расплылся в довольной улыбке, громко поцеловал ее в щеку.

– Понравилось, да? – проговорил он глухо. – Мне тоже очень понравилось. Обещаю, у нас всегда будет так. Пойдем в душ вместе?

К такому Милана была решительно не готова. И все равно, что еще недавно безраздельно принадлежала этому мужчине, пустила его в самое сокровенное свое местечко.

– Ты иди, я попозже… – сказала она.

Баграт еще раз прижал ее к себе, вобрал ее губы в рот, проник языком внутрь. Отпустил лишь после долгого поцелуя.

Проговорил ласково:

– Сладкая, аж крышу сносит…

И ушел в душ.

Милана же не двинулась с места. Закуталась в одеяло и попыталась разложить в голове, что же случилось с ней за последние полчаса.

Она переспала с Багратом!

Зачем?

Вопрос риторический. Захотелось ей так. И пусть какая–нибудь зараза только посмеет ее осудить! Имеет право, в конце концов, она девушка свободная. Или уже нет? Баграт ясно дал понять, что хочет с ней отношений.

А она хочет?

Чисто теоретически оно бы, конечно, было здорово заиметь настоящую семью, любящего человека рядом. Совместные планы, поездки, прогулки, вечера. Свадьба… Когда–нибудь.

Но это же Баграт! У него же семь пятниц на неделе. То забочусь, то ору, то еще какая–нибудь лабудень. С ним все непонятно, и неизвестно, чего от него ждать. Он же творит, что захочет, как ему доверять? Хотя… Пашку любит. К ней, как выяснилось, тоже неравнодушен.

Чувства у него. Сильные. Сам сказал! Какие, правда, не уточнил, видно она сама должна была догадаться, но проявил их ярко.

Милана сжала бедра, вспоминая, что совсем недавно с ней произошло, и по телу пронеслась волна удовольствия.

«Что имеем в сухом остатке?» – попыталась она подвести итог.

Но тут дверь в спальню открылась, на пороге показался Баграт в пушистом коричневом халате.

«Иди обратно в ванную!» – чуть не ляпнула она.

Ведь он вернулся чересчур быстро, она даже не успела решить, как относиться к тому, что случилось, как вести себя дальше.

Но вместо того, чтобы попросить его выйти, спросила неожиданно даже для самой себя:

– Что же с нами будет дальше?

Баграт хмыкнул, сел на кровать рядом с ней и уверенным тоном заявил:

– Я тебе сейчас все расскажу. Слушай внимательно, моя хорошая…

Начало речи Баграта немного напрягло Милану. Но она решила не лезть на рожон и вправду послушать, что скажет. Села в кровати, придерживая на груди одеяло, и посмотрела на него вопросительно.

– Начнем с главного, – проговорил он со значением. – Завтра с утра дам задание секретарю, чтобы нашла надежную фирму по перевозке.

– Это зачем? – Милана приподняла левую бровь.

– Как зачем? – воскликнул Баграт. – Я же тебе до этого говорил, ты должна переехать ко мне насовсем. Все будет нормально, не переживай. Рабочие все перевезут, я освобожу часть шкафов, тем более что половина и так пустая. Отлично разместимся. И еще я на днях посмотрел твой рабочий график, он слишком насыщенный. Завтра же скажу Артуру, чтобы нашел нового человека, а твои рабочие дни сократим до двух в неделю, или даже до одного.

Чем дольше Милана его слушала, тем сильнее ей хотелось его придушить.

Надо же какой умный, уже всю жизнь за нее расписал. А ее спросить не забыл?

– Баграт, остановись, – сказала она, строго на него посмотрев.

Но ее просьба не возымела на него никакого действия.

Он продолжил свою пламенную речь:

– О работе даже не спорь. В конце концов, ты – кормящая мать, должна уделять моему сыну максимум внимания. Я тоже хочу от тебя максимум внимания. Кстати, о деньгах можешь не беспокоиться, я беру ваше с Пашкой содержание на себя. Ты, главное, будь со мной ласковой, а все остальное я сам решу.

«Решатель фигов…» – охнула Милана про себя.

На секундочку она представила, какой будет ее жизнь, если она пойдет у Баграта на поводу. И этой секундочки ей хватило для того, чтобы понять, что она так жить не хочет.

Шаг вправо – нельзя, шаг влево – тем более.

Работать плохо, жить надо, где сказали и никакого тебе личного пространства, еще и собственных денег с гулькин нос. Он что хочет, чтобы она полностью от него зависела? Ну уж нет, Милана – птица вольная, ей вот это все без надобности. Ишь ты, командир нашелся.

– Извини, Баграт, – перебила она его. – Но мы друг другу не подходим.

– В каком смысле? – не понял он.

– В прямом, я не хочу с тобой никаких отношений, – заявила она уверенным голосом.

Баграт опешил, посмотрел на нее недоуменным взглядом.

– Это с чего вдруг? – проговорил внезапно охрипшим голосом.

– С того, что ты охамевший гад! – воскликнула она.

Он тут же запыхтел, уставился на нее возмущенно и пробасил:

– Опять я гад? Что я не так сказал?

– Все не так!

– Вечно ты так! – Баграт махнул рукой. – Я хочу, как лучше, а ты колешься, как еж… Что тебе не так? Словами объясни!

– Что не так? – взвилась Милана. – Да хотя бы то, что это бред – съезжаться через пять минут после секса!

Баграт смерил ее тяжелым взглядом.

– Никакой не бред, а самое разумное решение, – тут же ответил.

– Я домой хочу! – выпалила она неожиданно. – Прямо сейчас…

С этими словами Милана вскочила с кровати, завернулась в одеяло и принялась собирать с пола раскиданную одежду.

– Стой, куда ты собралась? – Баграт тоже вскочил с кровати. – Милана, я тебя не пущу.

– А ты попробуй останови! – фыркнула она. – Может, еще к кровати пристегнешь, чтобы наверняка не ушла?

– Да подожди психовать, чего так разошлась…

Но она и не думала его слушать. Схватила футболку, шорты, лифчик, а вот самой интимной части гардероба найти не смогла.

– Куда ты дел мои трусы? – запищала она.

В этот момент они оба посмотрели на люстру, с которой свисали ее беленькие трусики.

– Зачем ты их туда закинул? – Милана топнула ногой.

– Закинул и закинул, значит, надо было! – возмутился Баграт.

– На память их себе оставь!

С этими словами Милана ринулась к выходу из спальни.

Она уже почти добежала до выхода, но Баграт не дал ей уйти. Обхватил своими гигантскими ручищами, фактически обездвижил, громко засопел на ухо.

– Отпусти! – тут же потребовала Милана.

Но он не отпустил, вместо этого вдруг стал твердить:

– Не уходи, пожалуйста. Успокойся! Ну успокойся, прошу…

Она замерла, удивленная его словами. Надо же, он и просить умеет, а не только раздавать указания.

Баграт повернул ее к себе лицом. И только тут Милана заметила, что товарищ Саркисян имеет слегка бледноватый вид.

– Я не хочу, чтобы ты уходила, – проговорил он сдавленным голосом.

– А я хочу! – заявила она с чувством.

Баграт вздохнул, немного помолчал и вдруг предложил:

– Давай обнулим?

– Что обнулим? – не поняла Милана.

Баграт громко сглотнул и сказал:

– Давай, как будто я ничего не говорил, ладно?

– Это как? – Милана захлопала ресницами.

Тогда он подвел ее обратно к кровати, забрал вещи, хотя она не хотела их отдавать. Снова зачем–то расшвырял их по комнате.

– Что ты делаешь? – охнула она.

– Ложись обратно, – вдруг заявил он.

– Не буду я ложиться! – покачала она головой.

– Сделай как я прошу, пожалуйста.

Милана нехотя села на кровать, а Баграт вдруг зашагал вон из спальни. На секунду вышел и снова зашел.

Сказал деловито:

– Давай, как будто я только что пришел из душа, а ты меня спрашиваешь, как мы будем жить.

– А–а… – до нее наконец дошел его гениальный замысел.

Он снова подошел к кровати, уселся рядом, вопросительно на нее посмотрел.

– Ну, давай, спрашивай.

Милана нервно усмехнулась, решила подыграть, и вправду спросила:

– И как мы будем дальше жить?

– Я хочу, чтобы мы жили вместе, – сказал он со вздохом, а потом добавил: – А ты как хочешь?

Вот тебе на, полюбопытствовал, наконец.

– Я не готова к переезду! – тут же заявила Милана.

– Хоть бы минуту подумала, – запыхтел Баграт с явной обидой. – Солнце, я не хочу везти тебя обратно домой! Совсем не хочу… Мне это как серпом по причиндалам.

– Ты слишком давишь! – попыталась объяснить Милана. – Переезд – это очень серьезный шаг, и на данный момент я не согласна…

– А давай так, – махнул он рукой. – Пусть это будет не переезд, а проживание без временных рамок. Не на неделю, а пока нам комфортно. Мы съездим к тебе, возьмем побольше вещей, чтобы у тебя не было ощущения, что чего–то не хватает. Чего нет, докупим. И если вдруг захочется обратно домой… Отвезу. Так пойдет?

Милана замялась, соображая, как поступить. Этот вариант, конечно, звучал значительно лучше предыдущего, но кто знает, что еще придет на ум Баграту?

А он вдруг снова начал просить:

– Давай просто попробуем. Нам же хорошо вместе… Я все сделаю, чтобы тебе со мной было нормально, чтобы у нас были человеческие отношения.

Милана не знала, что именно ее тронуло, но голос Баграта прозвучал для нее как–то по–особому. Ехать домой отчего–то резко расхотелось.

– Отвезешь домой в любое время? – уточнила она с прищуром. – Когда бы я ни попросила?

– В любое время, – кивнул он, хоть и без явной охоты.

Милана задумалась на минутку, взвесила все за и против. Кивнула.

– Да, так пойдет.

– Вот и отлично, – Баграт разом повеселел, разулыбался от уха до уха. – Договорились!

– Хорошо, а работа? – всплеснула она руками. – Ты не будешь пытаться сократить мои рабочие дни?

– Ну… – Баграт замялся.

– Без ну, Баграт! – строго отрезала она. – Моя работа – это моя территория, мне нужны собственные деньги. Я же не лезу в твою работу, не прошу тебя что–то там сократить или сделать по моему хотению.

– Справедливо, – буркнул он и тут же добавил: – Теперь, когда все утрясли, ты согласна?

Милана кивнула.

– Теперь согласна.

– Вот и хорошо, – обрадовался он.

Секунда и она снова оказалась в его объятиях. Поначалу немного напряглась такой резкой перемене. Еще пару минут назад ругались, а теперь обнимались как ни в чем не бывало – космическая скорость примирения. Но ощущать Баграта рядом было удивительно приятно, очень скоро она расслабилась в его руках, обняла в ответ.

– Кстати… – вдруг протянул он. – Мы кое–что забыли. Пошли на кухню…

Баграт принес ей халат из ванной.

Милана быстренько его накинула и, ведомая любопытством, проследовала за ним.

– Браслет, – он указал рукой на украшение, все еще лежавшее на столе. – Раз ты согласилась на отношения, прими его, пожалуйста. Позволишь надеть?

Милана с замиранием сердца наблюдала, как Баграт застегивал на ее руке браслет. Она подошла к окну, поднесла руку к свету, залюбовалась игрой темно–синих камней.

– Он очень красивый, спасибо тебе… Но я не привыкла к таким подаркам.

Баграт подошел к ней сзади. Очень скоро Милана почувствовала его дыхание у правого виска, а затем он ее обнял.

– Это тебе за сына… – проговорил на ухо.

А потом нежно прикоснулся губами к шее, плотнее прижал Милану спиной к груди.

– Давай еще раз это сделаем. С ума схожу, хочу еще…

Сообразив, о чем он ее просит, Милана закусила губу. Внизу живота вдруг заныло в сладком предвкушении. Она с удивлением поняла, что хочет того же, что и он.