ГЛАВА 4

— Ты какая-то потрепанная, — замечает Стас со свойственной ему прямотой.

Этим же утром, только значительно позже, мы сидим в аудитории на последней парте и ждем лектора, который опаздывает на свою консультацию. Я бы огорчилась этому факту, но кажется здесь мне намного лучше, чем в квартире.

— Возможно, это потому что меня сегодня потрепали, — отзываюсь, слегка пожав плечами.

— В каком смысле?

— В прямом, за волосы.

— Саша, когда ты уже успела во что-то влипнуть? Утро только началось, — усмехается мой друг.

— Было бы желание, а когда всегда найдется, — позитивно отзываюсь.

— И кто же на этот раз вцепился в твои космы?

— В твои космы, — передразниваю парня, — а вот и не расскажу.

— Ты такая злая, потому что проиграла пятисотку, а? — Стас довольно растягивает губы в улыбке.

— Никто не будет этому доволен, — щелкаю его по носу, парень отдергивает лицо и хмурится.

— Не поэтично. Это я тебя щелкнул по носу, — замечает Стас, — оказывается и Долгопрудная иногда ошибается.

— Может, Долгопрудная просто не особо старалась? — предполагаю.

— Ну-ну, — хмыкает парень и оглядывает меня, — так что случилось утром?

— Мы с моей будущей невесткой немного… хм… немного повздорили и я почти не виновата.

Стас поднимает брови.

— Что? — слегка пожимаю плечами. — Я просто пошутила на счет ее парня, а она не поняла.

— То есть, на счет своего брата?

— Фактически он мне не брат, мы чужие, — замечаю я. Тем временем в аудиторию заходит запыхавшийся лектор с тысячью извинений.

— И все же? — интересуется Стас через пятнадцать минут, когда мы выходим из кабинета, я не успеваю ответить, так как со стороны ко мне резко двигается тень. Я поворачиваю голову, чтоб разглядеть лицо.

— Привет, Саш, — произносит Руслан, заставляя нас остановиться. Я смотрю на Стаса, потом возвращаю удивленный взгляд на парня. Он чешет свой затылок, — отойдем?

— Что нужно? — я скрещиваю руки на груди, не двигаясь с места. Этот парень своей честностью подпортил и без того мою неидеальную репутацию.

— Я просто хотел поговорить.

— Поговорил уже, — вмешивается Стас. Руслан некоторое время смотрит на него, затем снова возвращает взгляд на меня. А у меня в кармане вибрирует сотовый. Смотрю на экран. Неизвестный номер. Я никогда не беру неизвестные номера.

— Ладно, давай сделаем два шага вправо, если это так необходимо, — выдыхаю и отхожу первая.

— Я хотел узнать, как на счет того, чтобы сходить куда-нибудь вечером?

Внимательно смотрю на красивое лицо парня, оглядываю его накаченную фигуру. Черт, возьми, он нервничает, словно ребенок. Большой красивый ребенок. И как я могла лечь под него? И что? Он меня теперь приглашает на свидание? Надеется на еще один раз? Надо дать ему понять, что этого никогда не будет. Так чтоб он понял и больше не подходил. Закидываю голову назад и начинаю громко смеяться.

— Серьезно? Руслан, ты меня не впечатлил настолько, — отмахиваюсь от него, — так что, будь добр, избавь меня от этой фигни.

Видеть выражение отвернутого и обсмеянного красавчика — бесценно. Зато он больше никогда не подойдет ко мне. И, эй, кажется, Самосвалова должна сказать кое-кому спасибо.

— Че он хотел? — хмурит брови Стас, когда я к нему подхожу.

— Встретиться вечером, — я касаюсь своей груди, — это так трогательно.

— Сашка, — выдыхает мой друг, — пора тебе прекращать свои игрища, я не всегда рядом, а ты не всегда связываешься с медвежатами вроде этого.

Стас думает, что я сплю со всеми подряд, я сама его в этом убедила. Но это не так. Я больше говорю, чем делаю. Не хочу, чтоб кто-то мог испытывать ко мне чувства. Так я себя отгораживаю и вполне этим довольна.

Как только захожу в тихую квартиру, у меня звонит мобильник. Смотрю кто это. Делаю глубокий вдох, прежде чем ответить.

— Привет, мам.

— Сандрюля моя, солнышко, как ты? — шмыганье носом. Простыла что ли?

— Все в порядке. Как ты? Ты заболела?

— Ах, Сашечка, — снова шмыганье, нет, не простыла, — Ярик меня бросил… Сказал, что никогда не любил…оставил… я теперь совсем одна и совсем не знаю, что делать.

— Мам, вы постоянно ссоритесь, — снимаю обувь и прохожу в свою комнату, — вы уже раз двадцать расставались… Что на этот раз?

— Просто не помытая посуда… это не было никогда проблемой, ты ведь знаешь, я всегда ее мою, просто иногда раньше, иногда позже…

— Это мелочи, ма. Он одумается.

— Милая мне так одиноко…

Прислоняюсь к стене и закрываю глаза. Ради этого мужчины она отказалась от меня. Мне было двенадцать, я была ребенком, но не дурой.

— Ма, не волнуйся: скоро он приползет и буде просить прощение.

— Ты думаешь? — надежда в голосе.

— Уверена.

— Как твои дела, милая?

— Все кул, сдаю экзамены…

— Как на счет парня? Ты у меня такая красавица, наверняка возле тебя много кавалеров, — в голосе неподдельная гордость и скрытая зависть. Мама плохо умеет скрывать эмоции.

Невольно открываю глаза и нахожу себя в зеркале. Да уж, красивый макияж скрывает истинное лицо. Я нашла как спрятаться.

— Да, очередь, — усмехаюсь.

— Будь приветливей, поверь: молодость, а вместе с ней и красота, быстро проходят.

— Хорошо, ма, зарублю на своем идеальном носике, — отзываюсь.

— Как там папа… Подожди…Тут Людочка пришла, ладно, потом поговорим, целую.

Я нажимаю отбой. Вот так всегда: подруги, парни, все это никак не выйдет из моды у мамы. Иногда мне кажется, что лучше бы ей было двадцать лет назад просто тупо сделать аборт.

— У тебя завтра экзамен?

— Ох, ты бля! — я даже подпрыгиваю на месте от неожиданности, когда в проеме открытой двери появляется Ринат. — Фу ты… ты что тут делаешь?

— Живу. Как? Ты не знала? — легкая улыбка касается его губ.

— Ха-ха, твой юмор на прежнем уровне, — замечаю.

— Я не сомневался, что тебе понравится, — отзывается братец, — итак, на счет экзамена?

— Да, завтра. А что, ты хочешь его сдать за меня? — отхожу от стены и подхожу к своему шкафу.

— Я хочу, чтоб ты села и учила билеты.

Поворачиваю голову и оглядываю его. А?

— Я так и поступлю, — делаю к нему шаг и перед его носом закрываю дверь в комнату. Так-то лучше.

— Чтоб через пятнадцать минут ты с учебником сидела в гостиной. И, Саша, если ты не выйдешь, я тебе помогу. Не сомневайся.

Смотрю на время. Только половина одиннадцатого. Раньше он всегда уходил на работу с утра или еще черт его знает куда. Почему он дома? И почему я должна его слушать? Я вообще никому ничего не должна. Переодеваюсь в Стасовскую майку с надписью: ' А смысл?' и свои спортивные шорты. Волосы собираю в хвост. Слышу, как урчит мой желудок. Да уж, был один толстый плюс в Ирочке. Выдыхаю: теперь она вряд ли будет мне готовить с любовью.

Захожу в гостиную с учебниками. Оглядываю Рината, устроившегося в кресле с ноутом на ногах и бумагами на журнальном столике. Сбрасываю учебники на диван, не сводя с него глаз. Парень отвлекается от монитора.

— Что еще?

— Я хочу есть.

— Дверь на кухню следующая, — отзывается мой сводный братец.

— Я что, похожа на человека, умеющего готовить?

— Не очень, — честно отзывается он и поднимает указательный палец вверх, — но, никогда не поздно учиться.

— Пошел ты, — говорю практически себе под нос и направляюсь на кухню. После трех бутербродов с колбасой и кружкой чая, возвращаюсь обратно и застаю Рината в той же позе. Устраиваюсь на диван и вытягиваю ноги.

— Читать вслух, Ваше Высочество? — интересуюсь.

Брови парня хмурятся, он явно увлеченно что-то просматривает в своем ноуте.

— Что читать? — не отрывается от монитора.

— Гражданское право, — добросовестно озвучиваю название.

— Саша, не дури голову, — отмахивается он от меня. Ну, надо же, мы заняты. Набираю смс Ане.

Я ' Ты где сегодня была?'

Бычинская: ' Проспала. Было что-то важное?'

Я: ' Руслан не смог забыть меня и предлагал встретиться'

Бычинская: ' Опупеть! Серьезно? А ты что?'

Я: ' Согласилась. Завтра у нас трах тибитох'

Бычинская: ' О_о… Ты что!!!'

Я: ' Не хочешь к нам третьей? Ушатаем парня'

Бычинская: ' Саша, хватит заливать'

Я: ' Детка, не отрицай, на мгновенье ты уже была там))'

Бычинская: 'Дурочка!'

Довольно улыбаюсь и открываю учебник. Но прочитав первые пять вопросов, мне становится скучно. Настолько увлекательное у нас законодательство. Я бы лучше повалялась, посмотрела телек. Смотрю поверх книги на Рината.

— Когда ты идешь на работу? — интересуюсь, между прочим.

— Сегодня буду работать дома. Так что праздник отменяется.

Вот, черт.

— Что после вчерашнего головка бо-бо? — строю сочувствующую гримасу. На сей раз его изумрудные глаза отвлекаются на меня.

— Удивительно, что у тебя ничего не болит, — проговаривает он, — когда это ты успела пристраститься к крепким напиткам?

— А может это был мой первый раз… Боже, — я закрываю ладонью рот, — ты споил свою маленькую сестричку… Что скажет мама? Ее идеальный сыночек и такой проступок.

— Не, — он принимается набирать текст, — докажешь. Идеальное преступление. Сын остается идеальным. Дело закрыто.

Чего? Да ну нафиг. Фыркаю, чтоб не рассмеяться. И снова опускаю глаза в учебник. После двух следующих билетов, я просто погибаю от скуки. Откладываю книжку, сгибаю одну ногу и перевешиваю через нее вторую. Разглядываю напряженное лицо Рината, который продолжает упорно работать. Интересно, Ира с ним из-за его богатого деда? Хотя за эти дни я узнала несколько других сторон братца, и обнаружилась какое-то его притягательное обаяние что ли, и, конечно его тело…Нужно срочно предпринимать меры и пресекать такие мысли на корню. 'Обаяние', - я не могла такое про него подумать! Это Ринат. С ним самое верное — это умереть от скуки. Хотя… Парень бросает на меня короткий взгляд.

— Что?

— Ты когда свою принцессу возвращать намерен?

— Ты волнуешься?

— Не особо… Просто я… могу помочь.

— Неужели, — теперь его заинтересованный взгляд на мне, — с чего такая доброта?

— Ну, — слегка пожимаю плечами, — она вкусно готовит, говорит всякие милости по утрам и я почти к ней привыкла. Такая ути-пуси. А сегодня утром, ну с кем не бывает… возможно, даже я ее немного подзадорила…

— Подзадорила?

— Я сказала… намекнула, так, заметила вскользь… это просто была шутка… и возможно она ее не поняла.

— Ты о чем?

— Ну, я пошутила о нас с тобой.

Ринат слегка прищуривает глаза.

— Зачем?

— Зачем что?

— Зачем ты это сделала?

— Не знаю. Так сложились обстоятельства, — развожу руками в сторону, — но, видишь, я готова к исправлениям и даже извинениям. Встаю на правильный путь!

Ринат наверно с минуту изучает мое лицо, даже заставляет меня немного понервничать. Затем тихонько выдыхает и вновь принимается работать.

— Жаль рушить твое твердое убеждение, но я не идиот и мне не пятнадцать. То, что ты руку приложила к сегодняшнему скандалу, было ясно с первых секунд. И уж, поверь, — он усмехается и снова смотрит на меня, — ты последний человек, за помощью к которому я обращусь.

Ауч. Мне не должно быть неприятно, верно? Но просто этот парень утром так меня выгораживал, а сейчас это как-то… неожиданно. Неприятно, чертовски. И я корю себя за свою слабость всеми неприличными словами. Этого не должно быть со мной. Это то, чего я хотела.

— Я не нравлюсь тебе, — проговариваю слегка удивлено.

— Ну, — Ринат вновь отрывается от монитора, — ты ведь делаешь для этого все. Верно?

Верно. Чертов зануда думает, что раскусил меня. Раздраженно беру книгу, чтоб не отвечать. Пошел. Он.

Так проходит не один час, и я уже готова от скуки лезть на стену. Ринат за это время даже кому-то позвонил и поболтал на английском. Все остальное время он провел, уткнувшись в ноут. А я ненавидела уже гражданское право и все с ним связанное.

Ринат откладывает ноутбук и смотрит на наручные часы, затем на меня.

— Может, закажем еду?

— Боже! Аллилуйя! Я уж думала он никогда не спросит! — восклицаю, отбросив учебник. — Только, чур, платишь ты и это будет японская кухня! У тебя есть номер ' Ясаки'? Там самые вкусные ролы.

— Быстрее съездить самому, — Ринат встает со своего места и немного разминается, — их ждать два часа.

— Я с тобой! — подрываюсь с дивана

— Только оденься, — бросает он, сдержав улыбку. Даже мысли не мелькнуло его ослушаться, настолько мне осточертело сидеть в четырех стенах прилипшей к учебнику. Натягиваю первые попавшиеся джинсы, все остальное оставляю как есть. И уже через две минуты мы сидим в его машине.

— Где ближайший 'Ясаки'? — спрашивает он меня. Как можно не знать такие вещи?

— У нашего универа есть. Там, через перекресток у подземки, как раз с заказом через авто — окно.

Ринат выруливает, и мы начинаем движение. Откидываюсь на спинку и опускаю окно. Так круто.

— У меня есть кондиционер, если тебе жарко и салон так не запылится.

— Вот видишь, все отсюда, — произношу я и руками делаю движение от окна к водителю, — ' у меня есть кондиционер', от открытого воздуха пылится салон. Ты определенно зануда. Посмотри, как круто выглядит город вживую, а не через стекло. А это, — делаю вдох, — чувствуешь? Это запах свободы! А твои мозги пропахли кондиционером.

Ринат лишь молча усмехается, даже не взглянув в мою сторону, поскольку полностью сосредоточен на дороге. Очень, очень осторожный водитель, с которым можно уснуть, как в колыбели. Наконец мы подъезжаем к японскому ресторану. И, конечно, здесь огромная очередь из автомобилей.

— Я так сдохну с голода, — ворчу себе под нос, и тут мне на глаза попадается 'Макдоналдс', и рот автоматически заполняется слюной. Смотрю на водителя.

— Ты ж хотела ролов, — поднимает брови парень, проследив мой взгляд, — тем боле не уверен, что это все съедобно.

— Ой, ты прям как Стас, откуда вы взялись! — начинаю уговоры. — А я совсем не прихотливая: гамбургер с колой и картошкой тоже пойдет. Ну, давай, можно даже поесть на свежем воздухе, у них там зонты стоят. Мы здесь застрянем только в очереди на полчаса. Сам посмотри.

Ринат оглядывает вереницу машин перед нами и, выруливая, паркуется напротив ресторана быстрого питания.

Я занимаю столик на улице. И вскоре Ринат появляется с подносом еды.

— Теперь ты довольна? — осведомляется он, оглядывая поднос.

— Более чем. Ты почти идеальный старший братик, — отзываюсь и принимаюсь за гамбургер. Откидываюсь на стуле и закидываю ногу на ногу. Оглядываю все вокруг.

— В чем смысл? — спрашивает Ринат и кивает на мою майку.

— Вот именно, — хмыкаю, — в том-то и вопрос.

— Очень остроумно.

— Я без понятия, — честно признаюсь, — я сперла эту майку у Стаса. Могу дать номер, спроси у него.

— Это у того друга, который напивается? — вспоминает парень.

— Ага, именно, — бормочу и отпиваю колы.

— У вас отношения?

— Со Стасом? — смотрю на Рината, словно у него выросла вторая голова. — Пф… вот еще. Отношения вообще фигня, а чувства еще больший бред. Во всяком случае, для девушки точно. Для парня польза, что не надо искать каждый раз место для своего дружка.

— Саша, — Ринат не успевает сдержать ухмылку.

— А что, — слегка пожимаю плечами, — хочешь, докажу?

— Валяй.

— Например, ты и Ира. Только без обид, — сразу предупреждаю, он кивает, — вот она тебе и готовит, и убирает, и любит, и сюсю и мюсю, а потом обнаруживает меня, полураздетую, кстати, это просто совпадение, я собиралась в ванну. Так вот. Все на ее стороне, она везде права. А в итоге ты ее выгнал, и за сегодня не позвонил ни разу. Это разбивает сердце, особенно если есть чувства.

— Это неправильный пример, — медленно проговаривает парень, — ты не знаешь наших отношений. Со стороны всегда все кажется легче, чем есть. А отношения и чувства важная составляющая жизни. Ты ошибаешься.

— Ой, брось, — отмахиваюсь, — у меня куча примеров: моя подруга в вечном поиске любви и парни вечно ее оставляющие и заставляющие рыдать. Да что далеко ходить. Вот все моё детство, моя мама. Сколько бы сердца она не отдавала, его постоянно топтали. И так по сей день. Поэтому не надо мне тут ля ля. Чувства — это чума. И без них все намного проще. Ты никому ничего не должен, и тебя не топчут.

— А кто топтал тебя?

Один простой вопрос, заставивший все внутри меня перевернуться, и на мгновенье замереть.

' — Повернись, посмотри на меня…

— Нет, нет… мне не нравится… — начинаю хныкать. Где мама, когда она так нужна мне?

— Цветочек, — его шепот чувствуется на моей коже, — но тебе же нравится, то, что я тебе даю потом? Я люблю тебя. Пусть ты кроха, но нужно запомнить: всему есть своя цена. Это будет наша с тобой большая тайна, верно?'

— Не пытайся залезть ко мне под кожу, — шиплю, оставляя недоеденный гамбургер. — Все. Я поела. Мы едем домой?

Я отворачиваюсь в сторону. Ринат допивает колу и встает. Мы молча садимся в машину. Он поворачивает голову и с сожалением в глазах, собирается мне что-то сказать, но в то же мгновенье передумывает и кивает на мою дверь:

— Открой окно.

Это единственная фраза за весь последующий вечер.