ГЛАВА 3

Вывалились мы на берегу небольшого озера. Уже наученная горьким опытом, внимательно осмотрелась вокруг, остановила взгляд на кудрявом. Стоит спокойный как танк, смотрит вдаль, а я уставшая, злая, голодная и грязная! Понимаю, не повод, но так вдруг захотелось и кудрявого вывести из себя, и я даже рот открыла, предварительно поглубже вдохнув, а он просто повернулся ко мне, посмотрел с улыбкой, и я сдулась, как воздушный шарик. Стало даже обидно, что не дал мне пар выпустить.

— Иди отмывайся, мы здесь одни. А я пока поесть соображу, — подмигнул мне и растворился в воздухе!

Дело близилось к вечеру, но солнышка еще вполне хватало для купания. Так я думала ровно до того момента, пока не скинула с себя серебристое пайеточное безобразие и не забежала в воду, громко взвизгнув от того, насколько ледяной она оказалась. Именно тогда я и обрела супер способность, а точнее, супер прыгучесть! Оказалась на берегу в считанные секунды, подрожала, поматерилась, да только куда деваться? Грязь сама с меня не отвалится, еще и корсет этот никак не стянуть — шнуровка-то у него сзади!

— Ну, бабуля, — шипя сквозь зубы, пристроилась у берега, пытаясь размочить в воде свою русую гриву, залитую лаком. — Встретимся еще с тобой за углом в переулке, темном и безлюдном!

Волосы намочить мне удалось, они даже перестали торчать в разные стороны, но быстро поняла, что без шампуня или хотя бы мыла толку от такой помывки не будет.

— Какой вид, — восхищенно протянул кудрявый из-за моей спины.

На визги и возмущения уже не было сил, а невозможность нормально искупаться добила меня окончательно.

Сморгнула набежавшие на глаза слезы, плеснула в лицо ледяной воды и, откинув в сторону мокрые волосы, повернулась к божонку, зло сверкая глазами.

— О боги, — передернулся блондин, отступая от меня на шаг. — Лучше не поворачивайся к людям со слабой психикой.

— Сам сказал, что мы одни, а тебе вообще все нипочем, — села на берегу, обняв руками свои колени и, не сдержавшись, тихонько хлюпнула носом.

— Ты чего? — тут же оказался кудрявый возле меня. — Обиделась, что ли? Да не обращай на меня внимания, я хоть и бог, но еще слишком молод, и могу ляпнуть, не подумав. А ты чего до сих пор не отмылась? Даже не разделась толком, — смешно изогнувшись, постарался заглянуть мне в лицо.

И тут я поняла, что рядом со мной действительно ребенок. Он, конечно, может быть серьезным, иногда даже думает, но по большей части ведет себя как тринадцатилетний подросток. Если бы у меня был младший братишка, я уверена, он был бы похож на кудрявого.

— Сам купайся в ледяной воде и без мыла, а я и так обойдусь. Все равно от такого мытья толку никакого. Лучше помоги снять этот корсет, — встала на ноги, повернувшись спиной к божонку. — Голову даю на отсечение, что этот предмет гардероба изначально изобретали для пыточных.

— Не знаю, я тогда еще не родился, — щелкнул пальцами кудрявый мальчишка, и я едва успела поймать и прижать к груди падающий предмет гардероба. — Но если надо, могу узнать точно, — закончил, задумчиво разглядывая мое грязное, валяющееся на земле платье. — Очищу тебя своей силой, платье тоже почищу. Могу еще накормить и рассказать печальную историю этого мира. А после мне придется уйти.

— А я?! — вдруг испугалась того, что останусь одна в совершенно незнакомом месте и мире.

— А ты останешься тут, будешь приручать и воспитывать дракона, — потер он ладони, что-то пробурчал, пошевелил пальцами, и я почувствовала себя снова чистой. — Надевай, — протянул мне чистое платье и обновленные туфельки. Готова поклясться, что они не выглядели так хорошо даже после покупки!

Пока я одевалась, божонок, повернувшись ко мне спиной, о чем-то раздумывал, а потом выдал:

— Отправлю к тебе помощника.

Я возражать не стала, как и уточнять детали. Главное — одна не останусь, и ладно, а помощник — он на то и есть, чтоб помогать.

— Спасибо, — искренне поблагодарила молодого бога за все сразу и приняла поданную мне руку.

Каблуки и лес не совместимы, даже если это ровная полянка с развалившейся избушкой.

— Раньше здесь жила могущественная ведьма, — пояснил мне бог, усаживая на низкий пенек и, подав мне чашку со вкусно пахнущей едой, сел напротив. — Но даже все ее могущество не смогло дать ей того, чего она так отчаянно желала, — продолжил бог свой рассказ.

— И чего же она так сильно хотела? — не выдержала я молчания блондина.

— Вечной жизни, конечно же, — ухмыльнулся кудрявый.

— И, судя по виду этого места, своей мечты она так и не достигла, — сделала я вывод.

— Ты права, — согласился со мной собеседник. — Ее затоптал последний дракон.

Я сначала не поняла, а когда до меня дошло, густая похлебка застряла у меня поперек горла.

— И этот последний дракон?.. — не договорив, уставилась на юного бога.

— Твой жених, — подтвердил он мои самые ужасные предположения. — Да ты его не бойся, — махнул блондин рукой. — Он совсем не буйный.

— Угу, — мрачно буркнула, сверля кудрявого тяжелым взглядом. — Настолько не буйный, что затоптал ведьму.

— Ты бы тоже ее затоптала, если бы узнала, что единственным драконом во всем мире ты осталась именно из-за нее, и теперь пришел твой черед умирать.

Я от неожиданности только и смогла, что нервно икнуть. Однако, какие страсти тут бушуют.

— И зачем она их всех убила? — несмело поинтересовалась, зябко передернув плечами, на которые тут же лег теплый плед.

— Драконы живут очень долго, настолько, что многие стали считать их бессмертными, но, будь это так, ведьме не удалось бы их убить. Именно из-за их долголетия и родилась легенда о том, что драконы могут поделиться своим бессмертием с женщиной. Их истинной парой. Вот только к тому моменту, когда легенда попала к ведьме, в ней уже не упоминалось об истинности. И она поняла ее по-своему, за что и поплатилась тем, чего желала больше всего — своей жизнью.

— Жалко, — зевнула я, уже засыпая, удобно устроившись на мягком ложе.

— Ведьму? — изумился кудрявый.

— Дракошек, — пояснила, окончательно уплывая в сон.

И снился мне сон, будто я есть, и меня нет. Меня нельзя было увидеть, но я видела все и всех, меня нельзя было услышать, но я слышала всех и вся. Мне были доступны слова и мысли всего живого, и я летела над всеми, заглядывая в их души.

Подо мной проносились леса и поля, реки и озера, города и деревни, люди и нелюди. Сочная зелень сменялась яркими красками, серость — пушистыми снегами. Но одно было неизменно: она поработила много существ, погубила сотни миров, и сейчас разрушала тот мир, который простирался подо мной.

Жажда…

Она принимала облик прекрасных юных дев, красивых мужчин, денег и драгоценностей, власти… Она была разной, но всегда приводила к одному — смерть и разруха шли с ней бок об бок.

Обратный отсчет для этого мира начался в тот момент, когда в обычной семье родилась зеленоглазая малышка с рыжими волосиками на макушке. Она росла прелестным ребенком, и мир подарил ей кусочек своей силы, он всегда делал подарки, когда кто-то ему нравился. Девочка выросла, отучилась и стала одной из самых сильнейших природных ведьм.

Шли года, все ее сверстницы вышли замуж, нарожали прелестных деток, которых все так же одаривал мир. И только рыжей ведьме не было покоя. А в один из дней ведьма и вовсе свернула не туда, полностью переписав свою судьбу. Мир и сам не знал, в какой момент все пошло не так, ведь в это время он одаривал родившихся деток в совсем другом месте и забил тревогу только тогда, когда почувствовал, что его силы утекают. Медленно… очень медленно, но перекрыть отток мир так и не смог.

А всему виной были погибающие стражи этого мира — драконы. Жажда бессмертия прочно завладела всем существом зеленоглазой ведьмы, когда-то бывшей природницей, теперь она черпала свою силу из хаоса и мрака.

Мир пытался остановить ведьму, но к тому времени она была слишком сильна, и тогда он взмолился о помощи своему создателю, не ведая, что тот уже давно уснул вечным сном. Но зов мира услышала я, жаль только — слишком поздно. Из всех хранителей остался только один, тот, который смог победить ведьму, но одичал от одиночества.

— Жизнь этого мира в твоих руках, — возникло передо мной молодое лицо в обрамлении блондиныстых кудряшек, и я поняла, что только что смотрела и чувствовала этот мир через юного бога, это он, а не я, услышал зов о помощи. — Жизни миллионов зависят только от тебя, и твое счастье тоже… От тебя и немножечко от дракона, — быстро затараторил божонок, увидев мой нехороший прищур. — Ты уж давай, не подведи! — выдал напутствие и исчез.

А я заснула, теперь уже нормальным, глубоким сном, и, казалось, проспала не больше нескольких минут, но когда все же заставила себя открыть глаза, поняла, что проспала всю ночь и захватила большую часть утра. Солнышко было уже высоко в небе и приятно грело своими яркими лучами.

— Верь старшим, они знают, как лучше, — тихим голосом передразнила бабулю, вспомнив свой потрясающий, во всех смыслах, сон.

Сбросив одеяло, нехотя села и только тут заметила, что сижу на воздухе и им же укрывалась ранее.

— Нунефига ж себе! — выдала и тут же оказалась сидящей на зеленой траве.

На всякий случай поводила руками примерно там, где спала ранее, но ничего похожего по ощущениям на кровать и одеяло не обнаружила. Оглянулась в поисках кудрявого, но ничего не указывало более на его присутствие, и даже пеньки, на которых мы сидели вечером, исчезли. Осталась только заросшая поляна, развалины дома и я с сундуком посреди всего этого великолепия.

— Притащил, рассказал, что надо спасти мир, и исчез, — буркнула, совсем загрустив. — Никуда не ходила, никого не спасала, а на спасение мира меня все равно подписали! — выдала эмоционально, задрав голову к небу.

Может быть эта сдвинутая богиня, которая моя бабка, услышит меня и чем-нибудь поможет? Чем-нибудь на этот раз полезным, а то ни мое преображение, ни женихи, ни совет, который я получила от нее напоследок — не работали!

Не услышала ответа на свою эмоциональную речь, не увидела ни единого знака, божонка тоже рядом не наблюдалось, и единственное, что попалось мне на глаза — сундук. Им-то я и решила заняться за неимением других дел. Но как бы ни было сильно мое любопытство, сундук открыть у меня не получилось. Я и так его, и эдак, а он ни в какую! Гномы такие гномы… Надеюсь, сейчас они все дружно икают и вспоминают меня.

От сундука меня отвлекли непонятные шумы, причем, раздавались они и снизу, и сверху. Решила, что как только устроюсь в этом мире и очеловечу своего дракона, непременно наведаюсь с ним к этим мелким скрягам с претензией и отберу у них еще один сундук, чтоб неповадно было!

Шум становился все громче, и, оторвавшись от ковыряния замка, я огляделась вокруг. Все тихо и спокойно, высокая трава, из-за которой едва виднеются развалины ведьминого домика, никого рядом не наблюдается, только отчетливо раздается треск веток и какой-то непонятный не то свист, не то шум. Да и ветер странный…

Задрала голову и расплылась в улыбке. Летит! И чем ближе он подлетал, тем сильнее на меня накатывал страх. Нет, я, конечно, знала, что драконы большие и чешуйчатые, но что они настолько огромные, я понятия не имела! Да в одной его голове будет как минимум шесть меня! И в голове вдруг возникла мысль: «А как, собственно, мне с ним вести диалог, если он одичал, и в этой форме еще и не разговаривает?» Очень своевременная мысль… Аха…

Синяя махина продолжала приближаться, поражая меня своими размерами. Не меньше пятиэтажного дома, отметила для себя и гулко сглотнула. Я бы, может, даже пересмотрела свою любовь к драконам и бросилась бежать со всех ног, да только некуда было отступать. Подо мной сундук с сокровищами, который я ни открыть, ни унести не могу, да и мир рухнет в бездну, если последний хранитель скопытится. Ну-уу, не то что прям рухнет, и быть может не в бездну, но однозначно где-то рядом. В общем, все, что происходит с драконо-хранителем, в точности отражается и на мире. Дракон одичал, и мир начал деградировать. Постояла, подумала, можно ли данное выражение применить в сложившейся ситуации, и пришла к выводу — да все равно! Главное, мысль свою выразила, а на более глубокий анализ ситуации времени у меня не остается.

Еще несколько взмахов кожистых крыльев, и дракон будет здесь, на этой полянке, прямо возле меня, а быть может и на мне. Дикий же! Но спасать его все равно надо, поэтому, набравшись храбрости и выпятив свою немаленькую грудь, я храбро сползла на землю и притихла за сундуком. Хорошо, гномы не поскупились и дали большой, пришла ко мне благодарная мысль, которая тут же перекрылась ехидным: «Это потому, что они знали, что ты его никогда не откроешь!»

Дракон меж тем завис прямо надо мной, лишь изредка взмахивая своими крыльями, посылая прямо в меня приличные порывы ветра, которые сдували с травы пыльцу, смешивали ее с пылью и кидали все это мне в лицо с такой силой, что волосы вставали дыбом. Не держись я за сундук, меня бы еще первым порывом снесло далеко в кусты.

Дракон спустился ниже, и смотрел он прямо на меня, недобро так смотрел своим желтым глазом с вертикальным зрачком, в котором не отражалось ни капли разумности. «Глупо было прятаться от дракона за сундуком, ему-то сверху все видно как на ладони», — была моя последняя мысль перед тем, как, растопырив лапу с огромными когтями, дракон спикировал вниз с явным намереньем схватить свою добычу.

Крик застрял в горле, от страха перехватило дыханье, я почти ощущала, как в мое тело впиваются острые, черные когти, слышала скрежет железа… Резкие порывы ветра, от которых меня мотыляло по всему полю — один, второй, третий. В голове билась одна мысль: «Только бы не налететь на обломки дома!»

Когда все закончилось, с трудом поднялась на ноги, поминая недобрым словом бабулю, которая меня сюда закинула, божонка, который меня тут бросил, и дракона, который спер мой сундук! Последнее было самым обидным по нескольким причинам: сперли мой откуп, и тяжелый короб показался дракону привлекательней меня.

Сделала из этого вывод — дракон явно не в себе, был бы он правильным, он бы тащил в пещеру не сундук, а прекрасную деву в моем лице! Надо срочно спасать чешуйчатого!

— Я спасу тебя, прекрасная дева! — раздался рев раненого бизона.

Молча обернулась в ту сторону, откуда услышала восклицание, но никого сквозь траву и густой кустарник не разглядела, зато отчетливо слышала пыхтение, треск ломаемых веток, бряцанье железа, тихие чертыхания и звуки, очень похожие на падение чего-то железного на землю. Молча скрестила руки под грудью и спокойно стала ждать, когда пред мои очи явится обещанный мне помощник. В том, что это он, не сомневалась, да и после встречи с драконо-хранителем я уже ничего не боялась.

Шло время, треск веток стал громче, бряцанье железа усилилось, и, кажется, я даже смогла разобрать несколько тихих слов о том, что кричал он рановато, а вот теперь в самый раз.

— Я спасу тебя, прекрасная дева! — снова раздался рев, и из кустов в нескольких метрах от меня вывалилась консервная банка, ибо громыхало так, будто сие изделие привязали к хвосту кота и после отпустили испуганную животину на волю.

На самом же деле терзало меня смутное подозрение о личности того, кого ко мне отправил кудрявый. И если мои догадки окажутся правильными, то неизвестно, кого мне стоит опасаться больше — бабку или же юного бога-недоучку с красным дипломом.

- А где прекрасная дева? — задал мне вопрос огромный железный доспех сквозь опущенное забрало.

— Я за нее! — огрызнулась от души, обидевшись уже на весь белый свет.

— А дракон? — поднялся рыцарь на ноги и принялся озираться по сторонам, опираясь на свой здоровенный меч.

— Улетел, — буркнула, отвернувшись от груды железа, но тут же повернулась и мстительно пнула меч, на который этот рыцарь доморощенный опирался.

Грохот железа от падения моего горе-спасителя пролился на душу бальзамом. И нет, я не злая, просто за своими словами надо следить. Этот же мало того, что хмыкнул, так еще и заявил, что отлично понимает дракона, и он бы тоже от такой…

Договорить рыцарь-консервная банка не смог.