Глава 9 Наталья

Весь день я словно на иголках. Голова не перестает прокручивать разговор с Андреем. Зачем я вообще ему позвонила? Может, стоило подождать или сформулировать свои мысли лучше… но нет, теперь уже поздно. Второй раз первого впечатления не произвести. Это еще больше выводит меня из равновесия. Никак не могу найти себе места. Вера тянет меня за руку. – Тетя Наташа, мы будем сегодня рисовать динозавров? – ее голос мягкий, тянущий меня обратно в реальность. – Конечно, будем, милая, – отвечаю я, стараясь улыбнуться. Но даже в ее присутствии я не могу расслабиться и сосредоточиться на работе. Мы проводим время за рисованием и играми. Я вижу, как Вера начинает раскрываться, улыбается чаще и смотрит на меня с доверием, которого раньше не было. Каждый момент, который я провожу с этой девочкой, приносит мне новое, светлое чувство. Когда она улыбается, я ощущаю, как все тревоги и заботы уходят на второй план. Она такая светлая, такая живая. Я горжусь тем, что могу быть рядом с ней. В голове не укладывается, как кто-то мог так безжалостно поступить с этой девочкой. – Тетя Наташа, а когда мы будем книжку читать? – спрашивает она, продолжая быть в своем мире. – Скоро, – отвечаю я, и в моей груди становится теплее. Она такая настоящая, такая простая в своих желаниях. Так хочется быть рядом с ней. Чтобы она не чувствовала, что ее бросили. Чтобы исцелить ее детские раны. Чтобы она вновь поверила в чудеса и маленькие семейные радости. Но в каждой сказке есть конец. И сейчас он тоже наступает. Директор вызывает меня в кабинет. Внутри все леденеет от страха, но отказаться я не могу. Отвожу Веру на полдник и иду, как на эшафот. Неужели он узнал, что я была в его кабинете и украла информацию? А может эта Инна ему нажаловалась? А может… гадать можно очень долго, но времени нет. Негромко стучу в дверь и заглядываю в кабинет. – Владимир Петрович, можно? – Наталья, проходите, – его голос звучит ровно. Вхожу в кабинет и осторожно прикрываю за собой дверь. Взгляд директора всегда холодный и строгий, будто не допускает ни малейших отклонений от заданной линии. Я знаю, что он спросит о Вере. – Наталья, как девочка адаптируется? – вкрадчиво интересуется Владимир Вера открывается. Она улыбается все чаще, разговаривает со мной. Я ощущаю ее доверие, и мне это нравится. Мне нравится быть рядом с этой девочкой. Но я знаю, что директор ждал других слов. – Вера адаптируется сложно, – говорю я, но не могу скрыть легкое напряжение. Я вижу, как его глаза изучают меня, в них нет ни жалости, ни эмоций. – Помогите ей социализироваться. Эта девочка долго здесь не пробудет. Ее нужно готовить к новой семье. Это не просто, Наталья, но вы постарайтесь. Слова директора как холодный душ. Мое сердце сжимается. – Но… Я хочу возразить. Хочу сказать, что у Веры есть отец, что у нее есть шанс на другое будущее, но я прикусываю язык. – На таких детей очередь, – сухо напоминает мне Владимир. – Чем быстрее девочка появится в базе, тем лучше. Неподходящий момент, чтобы раскрывать правду. Он не поймет. Он все равно будет уверен, что все идет по плану, и девочка – это всего лишь временный объект, которого нужно поскорее пристроить. Конвейер. – Да, я понимаю, – говорю тихо, стараясь скрыть все, что переполняет меня внутри. Я понимаю, что это не конец. Но для меня, для Веры, для всех нас, это только начало пути. И в этот момент я решаю для себя: я буду бороться за нее. Буду бороться за то, чтобы она не потеряла себя. И если ее отец существует, я найду его. Но пока сама буду рядом. Вечер подкрадывается незаметно. Я провожаю Веру до ее комнаты, а сама спешу на автобус. Город погружается в серые сумерки. На улице стремительно темнеет, мигают огни, прохожие укутаны в шарфы. Я едва замечаю это. Все мысли о разговоре с директором. Надо что-то придумать. Как-то связаться с Андреем. В автобусе я занимаю место у окна и пытаюсь расслабиться. Смотрю на мелькающие здания, на светящиеся окна квартир, представляя, что в каждой из них своя жизнь, своя история. Моя же жизнь кажется мне какой-то чужой. Бесцветной. Ненужной. Внезапно звонит телефон. Я вздрагиваю от неожиданности так, что едва не роняю сумку. Дрожащими руками беру телефон и смотрю на экран. – Незнакомый номер, – шепчу себе, понимая, что это может быть Андрей. Нет, я знаю, что это он. Я помню цифры, хоть и не записала их в телефон. Мгновение я просто смотрю на цифры на экране, сердце бьется так сильно, что кажется, его слышно на весь автобус. Я чувствую, как все тело начинает мелко дрожать. Автобус приближается к моей остановке, но я не могу заставить себя встать. Я проезжаю мимо, все еще держась за телефон, будто он может меня обжечь. – Вдохни… Просто вдохни, – шепчу я себе и нажимаю на кнопку приема вызова. – Алло… – мой голос звучит тише, чем хотелось бы. – Наталья? Это Андрей, – его голос узнаваемый, но теперь в нем нет раздражения. Только интерес и легкое напряжение. Я собираюсь с мыслями и отвечаю, чувствуя, как в груди постепенно отпускает тугой узел тревоги. Но разговор только начинается, и от его исхода зависит многое. – Да, Андрей, здравствуйте, – выдавливаю из себя. – Извините за утренний инцидент. Я был немного не в себе, – говорит он вкрадчиво. – Ничего… – нервно сглатываю и шумно втягиваю воздух. Мне надо срочно взять себя в руки и начать говорить. – Вы хотели о чем-то поговорить? – Нет. То есть да… Господи, как же сложно. – Может тогда встретимся?