Глава 27

Когда мы всей гурьбой зашли в дом, дети наперебой начали показывать Мэлори, что где у нас находится.

Девочка была новенькой в нашей маленькой семье, и я чувствовала, что ей нужно было время, чтобы привыкнуть к шумному хаосу, который царил в нашем доме. Заодно отвлечётся от гадкого поступка Аннет.

Перекусив остатками блинчиков с крепким сладким чаем, мы принялись за уборку. Сегодня нам предстояло разобраться со вторым этажом.

Наверх вели скрипучие ступени, стены были обшарпаны, а потолки покрыты инеем и паутиной, но в этом была своя прелесть.

Я чувствовала, как дом наполняется новой жизнью, когда мы принялись за уборку. Дети с восторгом разглядывали каждую деталь, словно это были древние сокровища (так, возможно, и было!).

На втором этаже было несколько комнат, и мы решили, что каждая из них будет принадлежать кому-то из нас.

Мне дети отдали комнату Алиенны, где она хранила свои «сокровища»-артефакты. Она была светлой, с больши́м окном, откуда открывался вид на заснеженный сад, который мы также планировали вернуть к жизни будущей весной.

Я представила, как буду сидеть там с книгой, слушая, как дети играют во дворе, и от этой мысли мне стало тепло на душе. У нас всё получится. Мы точно справимся!

Следующей комнатой стала комната для Мэдди, Мэлори и Молли. Сестрёнки с готовностью взяли «шефство» над новенькой, и я видела, что они искренни в своих намерениях.

Мэдди, как старшая, уже привыкла заботиться об остальных, а потому я не сомневалась, что они найдут общий язык и подружатся.

А сестринские тёплые отношения, на мой взгляд, могли показать несчастной Мэлори, что семьи бывают разные.

Когда мы вымыли стены, оказалось, что они были окрашены светло-голубой краской, очень даже приятной. Я предложила девочкам позже нарисовать «картины», чтобы сделать комнату уютнее.

Кара и Элис получили третью комнату, чуть поменьше, чем у троих девочек. Эта комната была тёмно-синего цвета, но мы сразу же придумали, как оживить её.

Нарисовав и вырезав несколько десятков звёздочек, мы разместили их на их ночном небе, чтобы создать атмосферу волшебства.

Четвёртую комнату мы определили комнатой для наших маленьких «мужчин». Взяв пример с предыдущей комнаты, Кара предложила мальчикам разукрасить их комнату бледно-жёлтого цвета рисунками животных.

Около часа, пока я готовила обед, дети всей гурьбой рисовали кособоких кошечек и собачек, но было что-то прелестное в этом непосредственном детском «искусстве». Наверное, любовь и радость, которые дети вкладывали в каждого зверя.

Ещё две комнаты остались нетронутыми пока: та, что была наполовину разрушена и использовалась нами как холодильник, и ещё одна, угловая с небольшим балкончиком и жутко сифонящими окнами.

Окна, кстати, в каждой комнате мы заклеили и забили тряпками и ветошью. Сваренный из муки клейстер был для детей настоящей магией: такого они ещё не видели, а мне было приятно их удивить знаниями из моего мира.

На следующий день я обещала научить их делать с его помощью папье-маше. Слово детям тоже было незнакомым, а оттого жутко интересным.

Людвиг с гордым видом инспектировал комнаты, перебегая из одной комнаты в другую, словно проверяя, всё ли в порядке.

Временами он помогал нам, используя магию, чтобы поднимать тяжёлые предметы и выкидывать мусор. А также чинить мебель: из них с Карой получилась отличная команда магических слесарей.

Это было действительно похоже на настоящую командную работу, и я чувствовала, как с каждым мгновением наш дом наполняется смехом и радостью.

После долго дня, переходя из комнаты в комнату, мы дружно цокали языками и с гордостью осматривали содеянное.

Спать в своих новых комнатах, правда, было ещё рано: нам осталось ещё разобраться с системой отопления.

Но сил (да и знаний) у меня уже не было, и мы решили отложить это на завтра. Дерек, правда, с воодушевлением заявлял, что сам может пролезть по всем трубам и всё почистить прямо сегодня ночью, чтобы спать в новых комнатах.

Но я отнеслась к этой идее скептически, заметив, что потом его одежду надо будет выкинуть, но сама ничего дельного предложить не смогла. Нужно подумать.

Сидя за ужином и поедая аппетитное рагу, мы много смеялись и шутили. И я вдруг осознала, что сегодня каждый из нас восстанавливал не дом, каждый стал частью чего-то большего, чем просто стены и крыша. Мы действительно становились маленькой, но дружной семьёй.

Но в самый разгар веселья вновь раздался стук в дверь.

Это было так неожиданно и так настойчиво, что сердце заныло от плохого предчувствия. Слишком уж хорошо прошёл день.

Я подошла к двери, приоткрыла её и с тревогой выглянула в щель.

Как все разы до этого, дверь резко распахнулась, и я подумала, что нам пора уже установить цепочку на неё…

Твою мать, а это кто⁈

На пороге стояла миловидная блондиночка с объёмной сумкой в руках.

— Это сиротский приют? Я хочу пожертвовать вам две тысячи золотых, если вы не против, — немного нервничая, произнесла девушка. — Могу я зайти?