Глава 62.

Следующие несколько дней я почти не вижу Диму, но постоянно чувствую, что он рядом. Не приближается ко мне, как я и просила, но ночами я знаю, он бывает в моей комнате, охраняет мой сон. И мне стыдно признаться в этом даже самой себе, но я жду его. Мне спокойнее, когда он рядом. А ещё я новыми глазами смотрю на них с сыном.

Раньше меня поражало, как посторонний мужчина умудрялся находить общий язык с Артёмом.

Оказывается, не посторонний…

Вот и не верь в зов крови, но Артём точно всё чувствует. Он требует постоянного внимания Димы, а тот с удовольствием играет с ним, гуляет, укладывает его спать.

Сейчас я с балкона смотрю, как Дима учит Артёма кататься на трёхколёсном велосипеде. У Артёма не получается рулить, и Дима терпеливо объясняет малышу, как правильно держать руль. Бантик крутится рядом, лижет Артёма за ногу, тот звонко смеётся, и Дима вместе с ним.

Меня вдруг простреливает его улыбка и смех. Они так ярко напоминают время, когда мы были счастливы, как мы мечтали, что у нас будет дом, собака, дети… Всё точно, как сейчас, за исключением того, что между нами руины.

Я помню, как муж смотрел на меня тогда… Потом я все эти воспоминания закрыла в дальнем углу, убедила себя в том, что все они были ложью. А теперь… Теперь у меня в голове и душе такая каша из ненависти, обиды, злости и … любви.

Глупо отрицать, но я всё ещё реагирую на этого мерзавца. Мне больно от его предательства, старые шрамы снова обнажены.

Дима ловит мой взгляд, становится серьёзным. Смотрит не отрываясь…

Не выдерживаю, отвожу взгляд первой, ухожу в свою комнату.

Рёбра всё ещё болят, синяки и ссадины уже проходят, но всё ещё выглядят ужасно. Но чувствую я себя намного лучше, чем в первый день после падения.

Вскоре дверь в мою комнату открывается. На пороге Дима.

– Можно? – смотрит выжидательно.

– Заходи, – киваю. – Что ты хотел?

– Мне показалось, ты хотела поговорить?

Почувствовал! Вот как он почувствовал? Я даже про себя не говорила этого! Но он прав, хотела.

– У меня появились вопросы.

– Я не сомневался, что так и будет, – садится в кресло около кровати. – Я слушаю тебя.

Тяжело втягиваю воздух, пытаясь собраться с мыслями. Вопросов у меня много, но я не знаю, как озвучить большую часть.

– Дай угадаю, – усмехается Дима.

– Попробуй.

– Тебя гложет моя измена? Ты думала, как давно я был с Кариной?

– И это тоже. Но ещё меня интересует ваш ребёнок.

– Это был не мой ребёнок. Я проверял. А насчёт измен… Агния, – отводит взгляд, – это больно для тебя в любом случае. Я не буду строить из себя святошу. Скажу только, что до нашего с тобой “развода” я с ней не спал. И потом делал это не из удовольствия и желания.

– Ты врёшь, она была в тот день в нашей квартире, – слёзы наворачиваются на глаза, хоть я уже была уверена, что переболела и всё отпустила.

– Агния, – пересаживается Дима на кровать, – повторяю, так было нужно. Мне важно было, чтобы всё выглядело так, как выглядело. Это был спектакль не для тебя. Но всё вышло из-под контроля…

– Это всё грязно и очень больно…, – констатирую я.

– Да, я признаю, – сокрушённо качает он головой. – Но когда я уже понял, что потерял вас окончательно, я окунулся в эту грязь с головой. Я понимал, что иду ко дну, и единственное, о чём тогда думал, как не утянуть вас с собой.

– И это всё может повториться опять…

– Нет, – горячо восклицает он.

– Может, – усмехаюсь я. – Вокруг тебя всё ещё много врагов, хотя, если я правильно поняла, ты и со старыми не разобрался.

– Я в процессе. Сейчас мне доступно больше рычагов, на нашей стороне выступают другие силы.

– Что с Кариной сейчас? Она получила в наследство твои деньги?

– Не она, её отец. Карина подсела на наркоту и сейчас в плачевном состоянии в клинике.

– Это они искали меня?

– Да. Но их тебе больше не следует бояться. Отец Карины уже под стражей, как и его покровители.

– И кто сейчас передо мной? – смотрю грустно на Диму. – Орлов или Рокотов?

– Считай, прямо сейчас происходит процесс моего перерождения, – усмехается Дима. – Тимофея Рокотова официально признали погибшим. А вот Дмитрий Орлов в ближайшие дни восстанет из мёртвых.

– И что? Всё начнётся опять?

– Нет. Наоборот. Всё закончится. Ты ещё не слышала, сегодня дед Ефим пришёл в себя.

– Правда? – чувствую неподдельную радость. – Это здорово.

– Да. Он поправится. И успеет передать все дела мне официально. Его родня уже ничего не сможет сделать.

– Тебя обвиняли в убийстве, – вспоминаю я.

– Ложно. Я не мог убить Тимофея Рокотова, потому что в тот момент находился в России. Тогда в больнице это был больше психологический ход и отвлекающий манёвр, который мог бы сыграть им на руку, если бы не успел вовремя Макар Данилович.

– И кто хотел похитить меня?

– Теперь это уже неважно, Агния. Все эти люди уже получили по заслугам.

– Это важно, Дим. Это очень важно. Ты опять недоговариваешь, чтобы защитить? Значит, ничего не поменялось.

– Я тебе всё рассказал. Но если ты так жаждешь подробностей, это был отец Карины и зять Людмилы Аркадьевны. Они объединились в тот момент, каждый преследуя свои цели.

– А теперь? Ты думаешь, они успокоятся?

– Теперь у них нет выбора. Все зачинщики под стражей или на том свете.

– Как Ярик?

– Он поправляется. Просил простить его, если сможешь.

– Передай, что я простила. Как девушка его и сын?

– Они снова вместе. Аня, так зовут его девушку, простила Яра. Хотя ещё недавно он был уверен, что потерял её навсегда.

– Ты намекаешь, что она простила, а я не могу? – сверлю его взглядом.

– Нет. У них своя история, у нас своя. Но я за них рад. И да, я всё ещё надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь меня простить.

– Я не знаю. Но пока я не чувствую что смогу. Ты мне рассказывал про свою умершую любовь… Это был вымысел?

– Это была полуправда, ты же поняла это…

– Нет, Дима, это чистая правда. Ту женщину ты убил, и воскресить её вряд ли получится.