Глава 19

Марсэль

— Ты насовсем к нам? Дядя такой злой… — Лисандра не отходила ни на шаг, заглядывая в глаза.

Деслер дал час на то, чтобы пообщаться с девочкой. Услышала от неё все новости, как она тут была без меня и что Кларисс заставляла зубрить арифметику.

— Нет, Лисандра, с Деслером мы больше не будем вместе.

— Понимаю, — опускает малышка взгляд.

Я сглатываю подступивший ком и прижимаю Лиси к себе, обнимаю крепко-крепко, целую в макушку.

— Мне так тебя не хватает, я очень по тебе скучаю, — шепчет Лисандра.

— И я по тебе скучаю, Лиси, очень-очень, тебя очень люблю…

Мы сидели так в обнимку несколько минут, пока не раздался громом голос.

— Твоё время вышло.

Деслер словно тень оказался в дверном проёме спальни. Лисандра отстраняется и хмурится.

— Можно она ещё немного побудет со мной? — жалобно просит.

— Нет, — жёстко отрезает.

Девочка смотрит на него прямо, без страха. Какая же она отважная и решительная, хотя всего лишь ребёнок. Я поднимаюсь с края стула, шурша одеждой. Не могу предположить, что он задумал, но я должна как-то пробраться в его кабинет.

— Выходи, — командует Веньер.

Покинув комнату, я прохожу по коридору под его пристальным взглядом. Кларисс мгновенно выскочила из своей спальни, будто только и дожидалась, когда я появлюсь.

— Зачем ты её впустил?! — набрасывается она. — Эта блудница недостойна находиться в нашем доме!

— Я разберусь, мама. Иди в свою комнату, — командует Деслер.

— Хм, — надменно вздергивает она подбородок и презренно кривит на меня губы, но всё же слушает взрослого сына.

К моей удаче, он ведёт меня в свой кабинет, мы проходим по освещённому люстрой коридору и заходим в полумрак кабинета. За окном ночь, здесь пахнет горьким табаком и терпким парфюмом, на столе початая бутылка крепкого напитка.

Кругом царил беспорядок, разбросанные вещи — пиджак, шейный платок, газеты, будто Деслер не выходил отсюда несколько дней подряд. Мой взгляд скользнул в сторону тайника. На котором стоял горшок с зелёными листьями растения. Прикусываю губы. Как же я раньше не догадалась заглянуть в него, Деслер всегда держал его закрытым, только мне в голову не приходило выяснить, что в нём. Я привыкла, что он был занят своими делами.

Деслер даже не включает свет и медленно подходит ко мне, обходит стороной.

— Кажется, я придумал, что с тобой сделаю, ты понесёшь наказание, — его глаза недобро сверкают.

Внутри меня всё сжимается, я знаю, что Веньер жёсткий человек, и несложно представить, что его месть может быть изощрённой.

— Я думала, мы договоримся… — делаю непроизвольно шаг в сторону, устремляясь в сторону стола, на котором стояла тяжёлая бутылка.

Но он быстро просчитал мой планы — преграждает путь. Тонкие губы кривятся в оскале.

— Я была неправа и согласна на твои условия, — выталкиваю застывшие слова из горла.

Грубая пятерня капканом перехватывает мою шею, сжимает. Я дёргаюсь, но Деслер рывком притягивает меня к себе.

— Отпусти меня, мне больно, — цежу сквозь зубы, вонзая ногти в его руку, которая перекрывает доступ воздуху.

— Ты унизила меня, дрянь. И ответишь за это, — резко разворачивает и толкает силой вглубь кабинет. Я отлетаю, наскакивая на стул, который переворачивается, и только чудом удерживаюсь от падения, хватаясь за край стола.

Деслер в два шага пересекает комнату и хватает за волосы, заставляя подняться и смотреть ему в лицо.

— Теперь ты будешь делать всё, что я скажу. Будешь ползать на коленях и вылизывать мои ботинки, исполнять каждую мою прихоть, и только попробуй сбежать, я тебя из-под земли достану и уничтожу. Пожалеешь обо всём, шлюха!

В потемневших от ярости глазах вспыхивает грязная похоть, оставляя на лице звериный отпечаток. Его взгляд скользит вниз по моему телу. Я пытаюсь прикрыть себя руками, но он больно встряхивает меня, почти вырывая волосы. Я его ещё никогда не видела таким, и это помогает.

— Чего ты хочешь? — пытаюсь воззвать к разуму.

— Чего я хочу? Сейчас узнаешь…

Он выпускает меня, а следом пальцы сжимают ягодицы. Я с шумом выдыхаю через нос, внутри всё выворачивает от его гадких прикосновений. Он склоняется ко мне, но я уворачиваюсь, жёсткие губы прижимаются к шее, пятидневная щетина колет кожу, отталкиваю его, не в силах вынести его грязные прикосновения.

— Куда же ты вырываешь? — пыхтит он, стискивая в руках ещё больнее. — Ты моя жена и должна подчиняться мне! Проси прощения!

— Нет! — упираюсь ладонями в грудь, но Деслер всё больше теснит к столу, кусая за кожу.

Лихорадочно шарю рукой по столу, чтобы найти бутылку. Нащупываю холодное стекло, но горлышко выскальзывает из рук, и бутылка падает на ковёр с глухим стуком. Деслер окончательно заваливает меня на стол.

— Перестань! — из последних сил пытаюсь отбиться.

Яркий свет фар, мелькнувший в окнах, ослепляет. Кто-то подъехал к дому. Дерслер издаёт рык, прерывая домогательства, тяжело дышит, так что вздрагивают крылья носа, губы блестят от влаги. Мне становится он противен до помутнения.

Быстрые шаги послышались из коридора, проникая в приоткрытую дверь.

— Деслер! — голос Кларисс раздаётся в кабинете. — Кадан Раннэр приехал сюда! Что делать?

Кадан Раннэр

Надавливаю ещё раз на звонок, сжимая пальцы в кулаки на косяке дверного проёма. Дверь никто не спешит открывать. Я знаю, что Марсэль там, чувствую её. И только усилием сдерживаю себя, чтобы не разбить окно и не ворваться в дом.

Замок все же щелкает, и на пороге появляется напуганная до бледности женщина.

— Добрый вечер, мистер…

— Марсэль здесь?

Она начинает мотать головой и что-то невнятно говорить.

— Деслер Веньер тоже, значит, тут?

Женщина растерянно кивает.

— Да, проходите, — отступает, раскрывая дверь шире.

Я вхожу в дом и тут же сталкиваюсь с пристальным взглядом этого ублюдка. Он стоял посреди гостиного зала, расставив ноги, вальяжно сунув руки в брюки, смотрел надменно и с явным превосходством.

— Где она? — смотрю в сторону дверей.

С лестницы спускалась мадам Кларисс, и Марсэль рядом с ней не было. Где он ее держит, сукин сын?!

— Кажется, ты что-то спутал, — начинает говорить этот ублюдок, — в этом доме я хозяин и могу тебя выставить прямо сейчас. Что касается Марсэль, она сделала свой выбор. Она вернулась ко мне, раскаялась в своём поступке и очень жалеет, что связалась с тобой. Очень горько плакала, мне стало жаль её.

— Лжешь! — цежу сквозь зубы, понимая, что ещё немного, и взорвусь.

Деслер фыркает, я ощущаю, как магия приливает раскаленным свинцом к рукам.

— Что? Не нравится? Моя жена блудница, она такой была и останется. Она быстро насыщается мужчинами.

— Закрой рот! — рычу я, в глазах темнеет от ярости, я понимаю, что он намеренно выводит меня, чтобы я атаковал. Ублюдок не понимает, что ничто меня не может сдержать, сотру его в порошок.

— Ты ведь в розыске? — вдруг переводит он тему разговора. — Через несколько минут, — смотрит он на часы, — здесь будут законники. Ты проиграл и потерял все. Сдавайся.

Он ухмыляется, а я делаю шаг, надвигаясь на него, одновременно магия проливается из рук, выходя за пределы моего тела.

— Деслер, осторожно! — вскидывает ладонь ко рту мадам.

Деслер напрягается, в глазах мелькает сомнение, он пятится назад, одновременно рука сжимает что-то в кармане.

— Мистер Раннэр! — детский голос врывается в помутневший рассудок. Лисандра быстро сбегает с лестницы.

— Кэт, я приказывала тебе запереть дверь! — кричит Кларисс, останавливая ребёнка, преграждая ей путь. — Лисандра, марш наверх!

— Нет!! — упрямо топает ногой девочка.

— Мистер Раннэр, Марсэль здесь, она в кабинете! — кричит Лисандра, указывает в сторону коридора. — Мой дядя запер её!

Я шагаю в сторону коридора, Деслер преграждает путь.

— С дороги, — рычу сквозь стиснутые зубы.

— Ты больше её не увидишь, а если хочешь достать, давай попробуй, через мой труп, — скалится зверем.

— Ты и так уже труп.

Марсэль

" Третья полка книжного шкафа, десятая книга слева", — так мне сказала Лидже.

Как только Деслер покинул кабинет, я бросаюсь к шкафу и раскрываю стеклянные створки. Третья полка, десятая слева. Хватаю книгу, лихорадочно раскрываю ее, переворачивая последнюю страницу. Только бы успеть. Только бы успеть!

Пробегаю глазами и застываю. Бух, бух. Стук сердца отдается в затылке. Может, неправильно посчитала? Снова поднимаю взгляд, считаю. Все верно, в руках десятая. Начинаю листать страницы, трясти книгу, может, шифр записан на листочке? Но нет, никаких записок. Сердце замирает и болезненно сжимается. Неужели… обманула?!

Не верю, просто не верю. Она не могла, ведь Кадан ей помог! Возвращаю книгу на полку, хватаю следующую, пролистываю. Ничего. Беру другую. Снова пусто. Внутри все клокочет разочарование вместе с отчаянием. Неужели все зря?! Нет, не может быть.

Громкий крик Лисандры слышится через запертую дверь. Бросаю книгу на пол, хватаю следующую. Он должен быть здесь, наверняка Деслер переставил. Но книг на полках почти не осталось. Отчаяние топит, думать о том, что сейчас происходило в зале, даже не хотелось. Нет, нельзя сдаваться.

Добравшись до верхней полки, хватаю толстую книгу, но, на удивление, она оказывается лёгкой. Горло пережимает страх, руки подрагивают от волнения. Облизываю губы, раскрываю, и тут из пустого проема вместо страниц выскальзывает ключ, падает к носкам моих туфель. Бросаю книгу и хватаю ключ.

Подлетают к тайнику, осматриваю его, ища замочную скважину.

Как хитро придумано: кнопки шифра служили как отвлекающий манёвр. Выходит, Шарлотта не знала об этом. Не с первого раза попадаю в замок, спешка заставляет сильно переживать, я боюсь, что вот-вот вернётся Деслер.

Повернула ключ, замок щёлкнул. Распахиваю тяжелую металлическую дверь и заглядываю внутрь. В полумраке ничего почти не видно. Хватаю стопку папок целиком.

Бегу к двери, хватаюсь за ручку — заперто.

— Проклятье.

Подлец запер меня. Разворачиваюсь, окидывая взглядом комнату. И останавливаюсь на окне.

Бросаюсь к нему. Открываю оконную раму. Холодный зимний сквозняк проникает внутрь комнаты, ворошит шторы и смахивает какие-то бумаги со стола. Смотрю вниз. До земли больше нескольких метров, высоко. Бросаю папки вниз, раскрываю окно настежь, сажусь на подоконник, перекидываю ноги через него и свешиваюсь вниз.

— Стоять! — рявкает ворвавшийся в кабинет Деслер.

Разжимаю пальцы.

Разжимаю пальцы, короткий полет, падаю прямо в сугроб, накалывая руки о голые ветки кустарников. Хватаю бумаги и подскакиваю на ноги.

Деслер перелетает через окно и прыгает словно зверь на тоже место, где я была секунду назад.

— Стоять!! Убью! — слышу угрозу позади.

Утопая в сугробах, я бегу к дороге, прижимая к груди документы. Но Деслер оказывается быстрее — хватает край подола моего платья, дёргает. Ткань с треском рвется где-то в поясе, затрудняет движение. Я спотыкаюсь, падаю, Деслер застревает в сугробе, на мою удачу. Не выпуская ценные бумаги, я не сдаюсь, поднимаюсь и бросаюсь вперёд.

Но тут тяжелой глыбой Деслер обрушивается на меня со спины, заставляя упасть вперёд.

— Убери от неё руки! — Кадан появляется будто из ниоткуда.

Я не успеваю ничего сообразить, загребая снег руками, который попадает за шиворот, облепляет лицо и руки, поднимаюсь и ползу к дороге. Прямо передо мной завязывается борьба. Кадан держит Веньера, замахивается, его тяжёлый кулак обрушивается на Деслера, заставляя того утонуть в сугробе.

Раннэр оставляет его и настигает меня, сжимает плечи, поднимает на ноги и быстро беспокойно осматривает меня.

— Ты цела?

— Да, кажется, да, — киваю. — Вот, я достала, они у меня!

— Что это? — не понимает Кадан.

— Это…

Короткий треск металлического барабана бросает в холод, по позвоночнику скользит лёд смертельного страха. Я с ужасом смотрю на холодное металлическое дуло револьвера, которым Деслер прицелился в нас, сжимая в руке.

— У вас есть пара секунд решить, кто из вас пойдет на тот свет первым. Ты, — целится в Кадана, — или ты, — направляет дуло на меня.

Кадан закрывает меня собой, я цепляюсь за его пальто, лоб покрывается липким потом, сердце ломится из груди дробью. Деслер — преступник, самый настоящий убийца!

— Деслер, ты не посмеешь, тебя посадят, — говорю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Кадан оттесняет меня к дороге. В глазах Деслера горят дьявольские, совершенно безумные огни, из ноздрей и полости рта вырывается пар.

— Поверь, мне не составит труда избавиться от вас обоих, но так будет скучно, — кривится он, — несложно придумать сцену ревности изменщицы и ее любовника.

— Убери револьвер, тебе никто не поверит, — предупреждает Кадан.

— Поверят, ещё как, — скалит зубы в обезумевшей ухмылке. — Я предоставлю все улики и доказательства.

Он перестает ухмыляться и плотнее сжимает в руке револьвер. Весь мир переворачивается, опрокидывая в ледяную бездну.

— Прости, Кадан, — лишь шепчут мои губы, а пальцы до боли сжимают любимого мужчину.

Зажмуриваюсь, дрожу и… вырываюсь вперёд.

— Нееет! — слышу голос Кадана, который хватает меня, но поздно, его крик перебивает оглушительный выстрел, пронизывает слух, отзываясь звоном во всем теле, заставляет зажмуриться.

Замираю, всё вокруг замирает, замедляется ход времени, так что снежинки медленно падают с неба, слышу лишь тяжелые удары сердца, как что-то внутри обрывается, а по щекам катятся слезы, оставляя горячий обжигающий след на коже.

Я не чувствую боли, только страх, пуля должна была попасть в меня, но… Оборачиваюсь. Горящие золотом глаза Кадана вспыхивают, он поворачивает голову в сторону дороги. И я смотрю туда же. Прямо на дороге стоит мужчина, он опускает револьвер, из которого идёт дым, воздух наполняется едким запахом серы. Нисс Раннэр смотрит прямо и хмуро, взгляд совершенно нечитаемый.

Все звуки и чувствительность разом возвращаются, обрушиваясь водопадом. Острый пронзительный рёв сотрясает воздух. Деслер падает на колени, держа свою руку, по кисти которой стекает ручьями кровь, окрашивая снег в алый цвет.

Меня обхватывают мужские руки, и Кадан резко разворачивает к себе.

— Марсэль, ты с ума сошла?! — встряхивает меня Кадан. Я моргаю, замираю, когда на его лице отпечатывается след боли. — Не смей, слышишь, не смей больше так делать!! — трясет он меня, а мои ноги становятся ватными. Раннэр прижимает меня к себе так крепко, что становится нечем дышать. Из глаз хлынули слезы. — Не смей… — хрипло шепчет, прижимает ладонь к моему затылку, вороша волосы.

Мужские руки обхватывают моё заплаканное лицо, гладят. Кадан вглядывается, убеждаясь, что со мной всё в порядке.

Я только пришла в чувства и, уединившись с любимым в машине, дала волю слезами. Раннэр утешал, целовал лоб, щёки, губы, согревал своим телом, и, только забравшись руками под его пальто и прижавшись к его телу, я почувствовала безопасность и защиту. Выдох облегчения срывается с моих губ.

— Всё позади, — шепчет он, касаясь губами моего виска.

Да, я знаю, кошмар закончился, и сейчас Деслера сковали наручниками и держат в машине. Допрашивают.

Дверь машины открывается, впуская холодный воздух и снежинки. Я отстраняюсь, когда вижу Нисса Раннэра. Если бы не он, страшно представить, какой бы исход нас ждал.

— Спасибо вам… — шепчу я.

Нисс сжимает челюсти, хочет что-то сказать, но в последний момент воздерживается.

— Мне нужно с тобой поговорить, — говорит не выражающим ничего голосом Кадану.

Кадан смотрит на меня, я киваю, понимая, что этот разговор необходим. Лишь бы только они помирились.

Кадан выходит, закрывая за собой плотно дверь. Мужчины отходят чуть поодаль от автомобиля законников, смотрят друг на друга. Первым начинает говорить Нисс, и я делаю выдох, откидываюсь на спинку сиденья и устало прикрываю веки. Меня все ещё потряхивает, но это сущие пустяки. Все обошлось.

Кадан Раннэр

Нисс смотрит с присущей ему строгостью.

— Ты ведь собирался уезжать? — первым нарушил молчание.

— Да, хотел, и уехал бы, как это было много раз. Но в последний момент передумал, я понял кое-что, — Нисс замолкает на секунду, раздумывая над каждым словом. — Я слишком часто покидал тебя.

Я хмыкаю, вижу таким отца первый раз, с ним явно что-то случилось.

— …И если оставил бы и в этот раз, то мог бы потерять тебя навсегда. Потерять своего единственного сына. Я следил за Деслером и заранее предугадывал его шаги… Я не мог вас оставить.

Отец шагает вперёд и заключает меня в стальные порывистые объятия. Даже не знаю, как реагировать, и просто хлопаю его по плечу.

— Марсэль я не оставлю, — говорю, держа его, пользуясь выгодным случаем.

— Я знаю. Не имею ничего против неё, просто… Я думал, что ты пойдешь по моему пути, но мой путь не совсем верный, на первое место я ставил свои интересы, а не интересы семьи. Это было сложно и… больно понимать.

Мы отстранились друг от друга, и снова неловкое молчание.

— Признаться, во мне взыграла отцовская ревность, раньше ты всегда был за меня. Но, если подумать, на твоём месте я не стал бы терпеть такого отца, а ты терпел, и это о многом мне говорит. Пожалуй, всё, что хотел сказать. Иди к своей возлюбленной.

Приподнимаю брови в удивлении, всё ещё ожидая подвоха, но его не последовало, и взгляд отца давно не был таким искренним, не прикрытым никаким налетом высокомерия и осуждения.

— Хорошо, раз можно, то я пойду, — не могу не съязвить, лишь ради того, чтобы разрядить обстановку.

Нисс усмехается. Разворачиваюсь и шагаю к автомобилю.

— И даже тут по его указке. Черт, — усмехаюсь ещё шире. — Надо исправляться.

— Мистер Раннэр, — задерживает инспектор.

Марсэль

Я нервничаю. Снова смотрю в окно, и мои губы трогает счастливая улыбка, когда я вижу, как Нисс Раннэр крепко обнимает своего сына. Кадан хлопает его по спине. Снег посыпал гуще, как хорошо, спокойно.

Самое лучшее, что могло случиться, и я этому очень рада.

Кадан отстраняется и направляется ко мне. Но его перехватывает инспектор, который забрал найденные мною документы на изучение. Я быстро выхожу на улицу.

Вид законника был серьезным и озадаченным, поправив фуражку, он бросил на меня короткий взгляд и повернулся к Кадану.

— Здесь очень серьёзные бумаги, — начинает он, — при первом просмотре обнаружилось несколько поддельных документов и столько же сделок заказных убийств.

Земля подо мной качается, Раннэр обнимает меня крепче.

— Эти документы, — закрывает папку законник, кладя сверху свою пятерню, — передам в отдел расследований. Мистеру Веньеру грозит не один год заключения и ссылки. И кстати, его мать, мадам Кларисс Веньер, тоже задержана как соучастница.

— А как же Лисандра? — замираю я.

— Ребенка нужно отправить к родственникам на время расследования.

— Но у нее нет поблизости родственников, а другие, насколько я знаю, не слишком поддерживали с этой семьёй связь.

— Мистер Бронвир, — вмешивается в разговор Нисс Раннэр, который незаметно приблизился, — можно с вами обсудить один момент?

Инспектор кивает, и вместе с лекарем они отходят. Я смотрю в сторону дома, Лисандра сейчас с Кэт, как она воспримет такое известие?

— Не волнуйся, все будет хорошо, — говорит Кадан, будто читая мои мысли.