Глава 28

Соня

– Малыш, сегодня придут наши друзья, мы собираемся немного посидеть, выпить. Ты с нами?

– Пожалуй, откажусь, мам. Я устала с дороги, и меня до сих пор немного подташнивает.

– Дать тебе таблетку? Я рассчитывала, что ты составишь нам компанию. Лада и Влад Дмитриенко придут со своим сыном Макаром. Он неплохой парень, учится в Киеве и тоже приехал на выходные.

– Ты решила меня сосватать? – спрашиваю не без удивления.

Обычно мама не пыталась с кем-то меня познакомить, да и вообще была против, чтобы я встречалась с мальчиками.

– Ни в коем случае, малыш. Макар мог бы стать тебе другом. Неплохо иметь знакомого парня в другом городе, разве нет? Тем более это столица, там ведь может произойти что угодно.

– Ты же знаешь, что я никуда не хожу, – успокаиваю маму. – Мы со Стефой только учимся. Иногда возвращаемся поздно из библиотеки, но у нас неплохой район, да и до квартиры от университета каких-то несколько минут. Там безопасно, мам.

– Ладно-ладно, – говорит с улыбкой. – Но я уже пообещала Ладе и Владу вас познакомить. Может быть…

– Хорошо, – соглашаюсь, чтобы не расстраивать маму. – Я буду.

Решаю, что это не такой уж и плохой способ провести вечер. Тан куда-то уехал, а значит, его вместе с нами не будет. Если Макар хотя бы наполовину так хорош, как говорит мама, то будет неплохо просто пообщаться.

– Помочь тебе собраться? – интересуется мама.

– Я помню, как надевать платье, – отказываюсь.

– Ладно-ладно, ухожу.

Мама покидает мою комнату, а я в предвкушении готовлюсь к вечеру. Настроение возникает словно ниоткуда. За предстоящую встречу я цепляюсь, как за прекрасную возможность отвлечься от тревожных мыслей, поэтому, едва время переваливает за шесть, я выхожу из комнаты. Вместо обещанного маме платья на мне белый брючный костюм. Купила его в Киеве, когда со Стефой ходили по магазинам.

Когда спускаюсь вниз, оказывается, меня уже ждут. Знакомлюсь вначале с парнем, а затем и с его родителями. Макар оказался высоким широкоплечим брюнетом в новомодных очках и довольно стильном костюме. При виде меня он улыбается и протягивает руку для пожатия.

Вечер проходит так себе. Первое впечатление часто оказывается обманчивым, и с Макаром вышло именно так. Несмотря на привлекательную внешность, он довольно своеобразный. У него странные и непонятные мне шутки, а словечки, которые он часто использует, мне приходится гуглить. Я даже переспрашиваю, сколько ему лет, потому что создается впечатление, что кто-то из нас так и не вышел из подросткового возраста.

Когда чета Дмитриенко собирается домой, даже выдыхаю. Вечер, вопреки ожиданиям, вышел вовсе не таким, каким я его себе представляла. Отчим немного перебрал, так что провожать гостей мы идем с мамой. Макар обещает позвонить, и я жалею, что так опрометчиво дала ему свой номер. Не стоило. Точно не стоило. Общения у нас точно не выйдет. Я и с глазу на глаз его не до конца понимала, а уж по телефону, уверена, и вовсе не разберу, о чем речь.

– Наташка моя, – пьяным голосом говорит Богдан Петрович, едва мы оказываемся в гостиной. – Идем-ка наверх!

– Ты иди, а я посуду помою и приду. Прислугу я отпустила, так что придется самой.

– А давай я, мам, – предлагаю. – Спать мне не хочется, так что мне несложно.

– Вот какую дочь вырастила! – хвалит Богдан Петрович. – Не то что мой оболтус.

Когда они уходят, я поднимаюсь к себе. Переодевшись в пижаму, спускаюсь вниз и приступаю к уборке. При мытье посуды в голову снова просачиваются мысли о Тане. О том, что он сказал. Так сильно хочется ему поверить! Но я ведь помню, как с ним бывает. Сложно, тяжело, больно. У нас со Стасом так и не вышло построить нормальных отношений. Все время были какие-то преграды, недомолвки, вранье. Я не хочу так. Если отношения, то прозрачные, честные, настоящие.

От мыслей отвлекает резкое отключения света, какой-то шум и неприятный запах перегара, вбивающийся в ноздри. Я не успеваю обернуться, чтобы посмотреть, что стало причиной отключения света, как ко мне сзади прижимается массивное тело.

– Ни звука, – слышу рядом с ухом пьяный голос Богдана Петровича.

От страха сковывает все тело. Я не могу даже пошевелиться, лишь чувствую резко подкатывающую к горлу тошноту и головокружение. Лишь бы не упасть в обморок, лишь бы не упасть… Мысленно представляю себе самые различные варианты развития событий. В голове проносятся картинки одна страшнее другой. И каждая неминуемо ведет к тому, что привычный мир рухнет.

Мне так и не удается прийти в себя, я не отталкиваю Богдана Петровича, когда его ладони прикасаются к моей груди и скользят к талии. Это неприятно и омерзительно, но я словно умираю в этот момент. Мне кажется, что я сплю. Уснула, когда ушла к себе в комнату, и то, что сейчас происходит – жуткий кошмар, а я никак не могу проснуться. Мне страшно, холодно и неприятно, но я никак не могу вернуться в реальность.

К сожалению, это не сон. Отчим действительно меня трогает. Говорит что-то о том, что он давно обо мне мечтал, что я другая, что он хочет меня и давно хотел. Я отказываюсь верить. Не хочу знать, что это правда. Хочу вернуться назад и не предлагать маме свою помощь в мытье посуды. Пусть бы она делала это сама! Но к сожалению, возврата назад нет. С тошнотворной реальностью приходится столкнуться лоб в лоб.