Глава 44

Соня

– Матери скажешь?

После радостных поздравлений Стефания, как и подобает настоящей подруге, задает самый неудобный вопрос.

– Нет.

– Совсем?

– Не знаю.

Я решила не до конца. Мы обговорили с Таном возможность рассказать нашим родителям о том, что у нас будет ребенок, но как-то обоюдно пришли к выводу, что ни моей матери, ни уж тем более его отцу это будет неинтересно. Но сейчас я сомневаюсь. Мне все-таки сложно смириться с отсутствием матери, которая всегда была рядом и поддерживала. Вот и сейчас я каждый раз порываюсь позвонить и поделиться приятной новостью. Останавливает только то, что в ответ я могу услышать абсолютно неожиданные и даже обидные слова. Да и новость для мамы после всего случившегося может оказаться не совсем приятной.

– Я думаю, сказать стоит. Вдруг она возьмется за голову и хотя бы материально поможет?

Я лишь тяжело вздыхаю в ответ. У нас со Стефой немного разные представления о степени обиды, которую нанесла мне мама. Стефания считает, что эту обиду можно залить материально, а я уверена, что никакие деньги мира здесь не помогут. В тот единственный раз, когда мне нужна была абсолютная, стопроцентная поддержка матери, она от меня отвернулась. Такое если и забывается, то не через финансовую поддержку.

– Так что, идем ко мне в гости? Тан обещал сегодня приехать позже обычного, так что я целый день буду скучать и…

Замолкаю, прислушиваясь к разговору мимо проходящих студенток. Не знаю, что конкретно меня цепляет в их разговоре, но когда до меня долетают обрывки фраз – понимаю. Они говорят о заезде. Сегодня. Буквально через полчаса. Тан сказал, что он сегодня на работе и вернется… Я смотрю на часы, прикидывая, сколько времени обычно длится заезд, и понимаю, что озвученного периода его задержки с лихвой хватит на участие.

Внутри почему-то все холодеет. Тан обещал, что не станет, но кроме обещаний я вижу в нем упрямство и сильную жажду заработать. Не мирового признания и славы, а денег. Для того, чтобы нас с ребенком обеспечить. Амбиций у Тана хоть отбавляй. И это при том, что у него уже есть работа. Нашел. Несколько средних заказов, которые он исполнит довольно быстро, но вместо этого поехал на гонки, потому что там быстрые бабки.

– Что? – Стефа тоже настораживается, смотрит на меня с волнением. – Что-то не так?

– Ты знаешь, где сегодня соревнования проходят?

– Нет, но девочки в группе писали, могу посмотреть, а нам зачем?

– Туда поедем?

– Зачем?

По ее настороженной реакции понимаю, что варианта два. Стефа знает о его участии и сегодня собирается ошиваться рядом со мной, чтобы отвлечь. И второй – она ничего не знает и просто не понимает, зачем нам туда ехать.

Почему-то ставлю на первый. Уверена, если бы Стас захотел скрыть от меня свой заезд, он бы не скрывал его от Стефании, а наоборот, заручился поддержкой лучшей подруги и спокойно отъездил гонку.

– Ты знаешь?

– О чем?

По ее реакции сразу же становится понятно – знает. Стефа отлично врет лишь тем, кто понятия не имеет, как ее раскусить, так что вранье я сразу чувствую. И она это понимает.

– Поехали… – командую.

По пути Стефания все пытается меня остановить и отговорить ехать. Вот “Зачем?” и “Куда?” – главные аргументы, но и их она умудряется не произносить, когда видит меня, полную решимости. Я попросила Стаса не участвовать. Хотела, чтобы деньги нам доставались честным путем. Возможно, не так быстро, но зато совесть будет чиста, а это важнее, разве нет?

Чтобы доехать до места проведения гонок, мы используем одногруппника. Стефа неплохо с ним поладила, так что он надеется на отношения с ней, а я просто прибиваюсь рядом. Мне без разницы, к кому, лишь бы отвезли к Тану, и я смогла бы его оттуда забрать. По пути все нервничаю, ведь случиться может что угодно. Прямо сейчас, через пять минут или когда мы подъедем. Готовлю себя к самому разному развитию событий.

Но стоит оказаться рядом с местом, и шагу сделать не могу. Смотрю на толпу людей вдалеке и понимаю, что не могу. Если с ним что-то случится – я не должна подвергать риску ребенка. Господи, конечно, нет! Я теперь ответственна не только за себя, но и за малыша внутри.

– Стеф… ты можешь пойти?

– Я? Могу. А что сделать?

– Если он еще не участвовал – скажи, пусть возвращается. Я прошу. Скажи, тут его жду.

Стефа быстро бежит к месту проведения, но как-то резко замирает. Присмотревшись, понимаю, что замирает она, потому что навстречу ей идет Тан. Прямо к нам шагает. То ли ему кто-то сказал, то ли…

Он в полной экипировке. Одетый с ног до головы. И меня видеть явно не ждал.

Едва подходит, набрасываюсь на него с кулаками. Молочу по плечам со всей силы, но ему словно нипочем. Хотя в таком-то наряде – совсем неудивительно! У него куртка довольно грубая, защитка.

Как только Стас снимает шлем, заношу руку для пощечины, но так и зависаю с поднятой в воздух рукой. Стою, смотрю и начинаю плакать.

– Эй, я передумал, слышишь? Проебал залог, ну и хуй с ним. На старте понял, что никакой гонки не будет. Не смогу, переступив через тебя. Ну же, хватит. Ну что за слезы? Я здесь, целый и невредимый.

– Поверить не могу, что ты собирался покалечиться!

– Не совсем так, – пытается оправдаться, но, наткнувшись на мой взгляд, замолкает.

– Никогда больше, слышишь? Мы вместе будем работать, но ты туда – ни ногой.

– Я один буду работать, – по-прежнему стоит на своем.

Не дает тоже проявить инициативу, хотя мне бы безумно этого хотелось. Я ведь беременная, а не больная. Но спорить прямо сейчас нет никакого желания, так что я соглашаюсь. Лишь бы подальше уйти от этого места, увести его и не позволить снова участвовать в этих заездах. Впрочем, этот вроде как уже все?

Домой едем в абсолютной тишине. Мотоцикл Тан оставил на знакомого, он должен его забрать после гонки. На этом все разговоры и заканчиваются. Нам отчасти мешает Стефа. Так бы уже обсудили все что можно, возможно, даже разругались бы, а так, когда приезжаем домой, пыл спадает, и вместо скандала мы просто садимся на диван. Я забираюсь вместе с ногами, прижимаюсь к Стасу под бок и чувствую его горячие объятия на себе.

– Ты правда сам ушел?

– Правда. Сел, услышал свисток и дал стартовать всем, а сам остался. Не поехал. Вспомнил тебя и понял, что кончить так жизнь не планирую. Хочу видеть, как будет расти мой ребенок. Так что с этим покончено. Точно. И мотоцикл я продам.