58. Арслан

— Мой отец умер, — отвечаю я незнакомцу. — И уже не важно, что Вы можете мне сообщить. Я его все равно никогда не видел.

— Ты ошибаешься, — слышу в телефон. — Я про твоего настоящего отца. Арслан, мы должны встретиться. Это важно и для тебя, и для меня. Я поклялся твоему отцу.

— Хорошо, — недолго думаю и назначаю ему встречу.

В этот же день, вечером, мы встречаемся в кафе.

Он сам подходит ко мне.

— Алексей, — протягивает руку и я пожимаю ее в ответ.

Этот мужчина мне незнаком. Я вижу его впервые.

— Что Вы хотели рассказать мне? — спрашиваю, поглядывая на часы. — Про Руслана я знаю. Я ни разу не видел его. Так что не думаю, что рассказ о нем меня тронет.

— Не горячись, Арслан, — успокаивает он меня. — Дай мне возможность рассказать тебе.

Складываю руки на столике и внимательно смотрю на мужчину.

— Мы с тобой незнакомы, — начинает он. — Хотя я знаю твоего отца очень давно. Еще с того момента, как он чуть не сел в тюрьму. У нас с ним много общих дел было в молодости. Я там так и остался в этих делах. А вот твой отец смог переломить себя. Измениться. Женился. Завел детей. Бизнес легальный.

— О чем Вы? — хмурюсь я. — Какой бизнес? Какая жена? Мой отец погиб в тюрьме.

— Не торопись, — недовольно мотает головой мужчина. — Дай мне сказать.

Молча смотрю на него.

— Твой отец, Арслан, не Руслан, старший брат Давида, а сам Давид.

Стараюсь не показывать вида, но чуть не падаю со стула. Какой-то мужик, которого я вижу в первый раз в жизни, говорит о том, что мой отец тот, кого я до недавнего времени таковым и считал, но который им не являлся.

Это сложно для понимания. Зажмуриваюсь, пытаясь привести мысли в порядок.

— Я знаю, Арслан, знаю, — слышу голос и ощущаю, как чья-то рука ложится мне на плечо. — Это сложно понять и принять. Но ты мужчина и ты достойный сын своего отца. Ты справишься.

— Я не верю Вам, — говорю в ответ, открываю глаза и стряхиваю его руку со своего плеча. — Это бред. Рузанна рассказала мне про Руслана. Он мой отец.

— Нет, Арслан, — твердо произносит он. — Нет. Я не знаю, чем руководствовалась Рузанна, но то, что она в курсе, я знаю. Давид рассказал ей перед смертью. Но давай я обо всем по порядку.

Он подзывает официанта и просит принести нам виски и легкую закуску. В этом я с ним согласен — надо выпить. Иначе в моей голове так и не прекратится ураган мыслей. И что самое ужасное — я не могу выловить хоть одну из них. Они все скачут, не давая мне возможности сосредоточиться на чем-то одном.

Мы молча ждем, пока официант принесет заказ. Потом Алексей наливает мне и себе и мы выпиваем. Не чокаясь. И не закусывая.

Он морщится и, наконец, продолжает:

— Ты уже знаешь про свою мать?

— Знаю лишь, что она умерла при родах. И что мой отец… — осекаюсь, — Руслан изнасиловал ее. Но погодите. Если ее изнасиловал Руслан, то как моим отцом может быть Давид? Не понимаю…

Наливаю сам себе еще и залпом выпиваю.

— Правильно не понимаешь, — ухмыляется Алексей, протягивая мне закуску. — Рано напиваться-то. Еще ничего и не узнал. А такими темпами и не запомнишь ничего. Хорош.

Отставляет от меня бутылку.

— Мать твою звали Дания. Ей было девятнадцать, когда все это произошло. Я подробностей не знаю. Все это мне рассказал Давид. Где-то за месяц до своей гибели.

Сокрушенно качает головой.

— В общем, Данию эту насиловал не Руслан, а Давид.

Ударяю кулаком о стол. Что он такое говорит?!

— Да, Арслан, Давид, — смотрит на меня в упор. — Она была дочерью знакомых его родителей. Но не отвечала ему. И тогда он подкараулил ее вечером. И изнасиловал. Наказать хотел что ли, не знаю. Или получить свое. Не суть. Сделал он это сзади. Так, что она его даже не увидела. И не узнала, естественно. Он бросил ее там же, в подъезде. Но случайно потерял там кепку. Пока боролся с жертвой. Дома только обнаружил пропажу. И понял, что попал. Кепка была фирменная, с логотипом компании его отца. Если бы взяли ДНК с нее, то сразу же поняли бы, кто это сделал.

И Давид испугался. Сесть за изнасилование ему не хотелось. И тогда он рассказал матери. Отцу побоялся. И не зря. Узнав от матери, он заставил его жениться на Рузанне. Давид долго сопротивлялся этому браку. Теперь у него не было выхода. Только в этом случае отец обещал помочь.

Алексей сам наливает нам виски и мы опять молча выпиваем. Он продолжает:

— У Давида был старший брат Руслан. Больной ребенок. Родился с отклонениями. В принципе, их не было заметно. Они лишь иногда проявлялись. Но этого хватило, чтобы родители уговорили его взять вину на себя. Родители хотели спасти здорового ребенка. За счет больного. Тот все равно был не жилец.

Руслан написал явку с повинной. Но так вошел в роль, что почти доказал родителям Дании, что она сама его соблазнила. Заигрывала с ним все время. Позволяла многое, но не все.

Руслана осудили. А Дания оказалась беременной после изнасилования. Ее семья с позором изгнала ее. Там у них какие-то заебы были на этот счет. Я не вникал. Давид просто обмолвился, что выгнали. И он решил приютить ее.

Когда Давид рассказывал мне это все, я подумал, что он, наконец, пожалел ее. Почувствовал свою вину. Но нет. Он продолжал трахать ее. Тайком от Рузанны. А Дания ничего и поделать с этим не могла — ей некуда было идти.

Сколько это продолжалось бы, неизвестно. Но Дания родила. Здорового пацана.

Ее не стало. Не стало и проблемы.

Рузанна хотела избавиться от ребенка. Отдать в интернат. Но Давид настоял, что он должен остаться.

Я слушаю, как мой новый знакомый рассказывает такие вещи. Абсолютно спокойным тоном. А ведь ребенок этот — это был я! Он обо мне говорит! Меня хотели отдать чужим людям. Хотели избавиться от меня!

— Ну, в общем, вот такая история, Арслан, — он опять наливает нам. — Ты бы, наверное, никогда и не узнал бы ее. Но Давид попросил меня найти тебя и рассказать. Если его не станет. Я тогда лишь посмеялся. А потом узнал, что он…

Машет рукой и выпивает.

— В общем, это не было самоубийство, — он опять как будто дубиной ударяет по моей голове очередной новостью. — Я так думаю.

Замолкает. Как будто задумывается. И это ожидание, оно просто невыносимо.

— Продолжайте! — требую я.

— Незадолго до того, что случилось, твой отец застал свою жену с этим, как его, партнером. Борис, кажется?

Крепче сжимаю пустой стакан.

— Когда Давид пришел ко мне, то был сильно пьян. Но сказал, что знает, как отомстить. Он решил забрать долю у Бориса. А потом с позором выгнать Рузанну. Он уже все продумал. Но пришел ко мне не просто так. Он всерьез опасался за свою жизнь. Потому что ему удалось подслушать разговор этих уродов. Они планировали избавиться от него. Тогда он усилил охрану. Но это не помогло…

— Но экспертиза показала, что он сам сделал это… — робко спорю я, уже и сам не веря в то, что говорю.

— Экспертиза… — задумчиво произносит Алексей. — Экспертизу, Арслан, делают живые. Мертвые никак не могут на нее повлиять. Твой отец никогда не сделал бы это. Он был настроен решительно. И он чувствовал. Знаешь, почему?

Внимательно смотрю на него.

— Потому что в нашу последнюю встречу он сказал, что, если с ним что-то случится, я должен найти тебя и ты должен отомстить за него. Прежде всего, Борису.

Опускаю взгляд. И опять воцаряется тишина.

— Меня не было в стране. Поэтому вот только сейчас говорю тебе. Арслан, слышишь меня?

Он толкает меня в плечо. А я чувствую приближение того, что давно уже не ощущал. Я уже и забыл, что такое может быть. Вспоминаю слова врача: «Никакого стресса. Это чревато. Старайтесь не пропускать через себя всю полученную информацию».

— Рузанна знала? — спрашиваю, глядя отстраненным взглядом на собеседника.

— Да, — вздыхает Алексей. — Давид ей признался. Тоже незадолго до разговора со мной.

— Я пойду, — встаю и прямо чувствую, как кровь отхлынивает от рук и ног.

— Арслан, ты в порядке? — спрашивает Алексей.

Молча киваю и иду на выход.

— Подожди, — останавливает он меня. — Отец просил письмо тебе передать. Возьми.