Глава 28

Через три дня хоронили Ярославу.

В день похорон не прекращался снегопад. Ветер на кладбище был настолько ледяным, что на щеках замерзали слезы.

Ярославу положили рядом с Сергеем, было там еще одно место. Пришедших проводить в последний путь Надину тетку было немного: все же погода давала о себе знать, к тому же никто особенно не любил Ярославу — слишком склочной она была при жизни, всем успела насолить.

Надя уже давно так не плакала, как в тот день на кладбище. Перед глазами стоял Сережа, любимый старший брат, такой живой, такой веселый.

«Все будет хорошо, Надя! Поживем еще! Эх, поживем!» — вспомнились его слова накануне отъезда в Москву.

А теперь что? Лежат с Ярославой рядом, а Надя с Метелиным, как неприкаянные, даже домой вернуться не могут.

— Надь, ну все, успокойся, родная! Не надо так убиваться… — укрывая от ветра, крепко прижимал ее к своей груди Метелин, и ему казалось, что это какое-то дежа вю: совсем недавно он стоял на этом же кладбище, только хоронил свою родную мать.

А Надя растерянно смотрела на графитовое надгробье, под которым уже несколько лет лежал ее любимый старший брат, и оплакивала свою жизнь, которая на полной скорости неслась совсем не по той дороге.

— Если бы я не согласилась на предложение Сережи поехать вместе в Москву! Если бы только не согласилась… — тихо шептала она.

— Мы с тобой бы тогда не полюбили друг друга, — обжег ее шею ответный шепот Метелина. — Все случилось, как случилось. Не изменить нам прошлого, Надя. Надо смириться и вперед смотреть.

— Не видно ничего впереди, Вова! Понимаешь?

Он ободряюще погладил ее по спине.

— Ты плохо смотришь, любимая.

…Поминки по усопшей устроили в ее ресторане. Тихо сновали с блюдами официанты, с печалью в глазах сидели за большим столом на втором этаже гости.

— Дамир, я в ближайшие дни не выйду. Тяжко все это… — сев рядом с горцем, тихо произнесла Надежда. — Не знаю, смогу ли вообще сюда вернуться после того, что произошло в доме.

— Я тебя понимаю, Надь. Будет лучше, если ты пока закроешь ресторан. Сегодня утром мы работаем только на гостей, которые пришли попрощаться с Ярославой. Кухня пустая, новых поставок мы не заказывали. Персонал сегодня получит расчет.

— Ты прав. Как всегда, прав. — Она печально кивнула и придвинула к себе полную стопку водки. — Выпьем. Пусть земля будет ей пухом.

Выпила, едва закусила и снова всхлипнула:

— Как же я теперь без нее управлюсь?

Сзади к ней подошел Метелин.

— Надюш, всего трое гостей осталось. Давай я отвезу тебя к детям. Поспишь — завтра уже легче будет.

Она сжала его руку.

— Да, отвези меня к моим малышкам. Они Виктора и аниматоров уже измотали, наверное…

— Мы все уберем и закроемся, — пообещал сидящий рядом Дамир. — До встречи, Надя!

— До встречи.

Она коснулась его мощного плеча и поднялась из-за стола.

— Пойдем, Вова.

Метелин накинул ей на плечи шубу и подставил свой локоть.

Они медленно направились к выходу.

— Такое чувство, будто я не только с Ярославой, но и с рестораном прощаюсь, — глотая слезы, проговорила Надя.

— Надь, ну, как ты сама ресторан потянешь? — Он прижал ее к себе. — Давай немного в себя придем, а потом подумаем, что с рестораном делать.

Она взглянула на засыпанный снегом парк и вдруг горько усмехнулась.

— А ведь я говорила тебе, Вова: уезжай! Помнишь? Говорила, что, если останешься, наломаем дров! Наломали… теперь не разгребешь…

— Наломали, — согласно кивнул он и открыл ей дверцу машины, приглашая внутрь.

— Наломали! — вытирая слезы, повторила она и села вперед.

В окно машины громко постучали снаружи, и Надя вздрогнула.

Двое полицейских знаками просили Владимира выйти из машины. В одном из них Надя узнала Бештоева.

— Владимир Георгиевич, вам придется пройти с нами.

— Что-то случилось? — напрягся Метелин. — Мы только с похорон, ребята! Пожалейте! Если ничего серьезного, просто отпустите нас. Нам сейчас ни до чего.

— Верим, Владимир Георгиевич, — вздохнул Бештоев. — Да только тело вашей жены нашли рядом с дорогой, ведущей к ущелью. Два выстрела в голову, там без вариантов.

— Как — жены?.. — ошеломленно взглянул на полицейских Владимир. — Вы шутите?!

— Какие уж тут шутки! Труп на трупе! У меня уже волосы на голове шевелятся! Такой тихий край, сроду такого не было, а тут…

— Дайте, угадаю: вы полагаете, что я имею к ее смерти прямое отношение?

— Я не полагаю, Владимир Георгиевич. Я опираюсь исключительно на факты. Будет лучше, если кто-то подтвердит, где вы находились с двадцати двух часов вечера до полуночи.

— Я был в небольшом супермаркете, у нас с Надей остались чеки на покупки. Девушка точно меня запомнила, я покупал у нее двух игрушечных зайцев для дочек, а она помогала выбирать. Потом я поехал в отель, в котором мы с Надей и детьми остановились. Охрана и персонал отеля подтвердят, что видели меня. Дорога, ведущая к ущелью, в другой стороне. Чтобы туда добраться, нужно время.

— Мы проверим ваши слова, Владимир Георгиевич. А сейчас необходимо, чтобы вы поехали с нами в морг. При вашей жене нашли сумку с документами, но надо провести процедуру опознания.

— Твою ж мать… — Метелин провел по лицу рукой. — Надо Дамира позвать, пусть он тогда Наденьку к детям отвезет.

— Я поеду с тобой, Вова! — твердо произнесла Надежда.

— Надь, это морг. Не надо тебе туда!

— Я же сказала: поеду с тобой! Покончим с этим скорее.

— Что ж, как скажешь. Потом не жалуйся, — нахмурился он.