Глава 22

Утром проснулась, а Марата уже нет рядом, и вот это плохо — он может просмотреть видео, где я шпионажем занимаюсь. Хотя мне уже всё равно, надоело бояться. После вчерашнего, это сущая мелочь. Почему-то я была уверена, что ничего страшного он мне не сделает.

Приняла душ, накинула халатик и спустилась вниз позавтракать. Я уже успокоилась и могла рассуждать более менее здраво. То, что Марат оказался отцом Алисы, это, конечно, из области фантастики, и в то же время хорошо — у неё будет родной отец. Моя же задача наладить с ним отношения, и если с умом подойти к этому делу, то она вполне выполнимая. На данный момент я знаю о двух его слабостях: секс, на котором он помешан, и он не переносит женских слёз. Отлично, этим и воспользуюсь, если вдруг запахнет жаренным.

Мне вчера не понравилась, что когда он рассказывал о нашем знакомстве, ограничился сухими фактами, не было и намёка на его чувства ко мне. Раньше он был эмоциональней, я ощущала, что нахожусь рядом с вулканом, который вот-вот начнёт извергаться. Я не знала, что и думать. С одной стороны, он как бы ко мне действительно неравнодушен, а с другой… Хотя есть вероятность, что я сама себя накручиваю, как говорят: обжёгшись на молоке, дуют на воду. Так и я боюсь вновь обмануться. Но меня к нему тянет, как магнитом, он словно паук окутывает меня паутиной, и чем дальше, тем сильнее я запутываюсь в ней.

— Доброе утро, — услышала над ухом голос джигита и непроизвольно вздрогнула. — Юля, ты чего такая с утра дёрганная? — взяв меня за плечи, резко развернул к себе и принялся сканировать внимательным взглядом.

— Всё нормально, это от неожиданности, — отмахнулась, как-то неловко ощущая себя при нём. Одно дело, когда обороняешься и ищешь пути спасения — он враг и точка, а сейчас…

— Русалка, ну что опять? — он явно почувствовал моё внутреннее состояние.

— Да так, пытаюсь свыкнуться с твоим отцовством. Знаешь, так быстро перестроиться нелегко, — не стала хоть в этом врать.

— Понимаю, тебе нужно время, — он прижал меня к себе, целуя в макушку. Мило. Я подумала, глупая, что после вчерашнего будут хоть какие-то изменения в поведении Марата, но он вдребезги разбил мою иллюзию ответом: — Но у тебя его не так много, скоро приедет дочь, не затягивай со своей рефлексией.

— Кстати, о дочери, — вывернулась из его объятий, и ему не понравился мой манёвр — покачав головой, он направился к столу, — она приедет через три недели, — решила ему дать понять, что времени не так уж и мало.

— Через две, и ни днём позже, в этом я уступать не намерен, — жёстко обозначил он срок.

Я тяжко вздохнула, понимая, что спорить нет смысла, он решил и точка.

Зараза!

— Ладно, пусть будет через две, — расположившись напротив него, я перешла к более щекотливой теме, от которой он явно будет не в восторге. — Но когда она вернётся, мне нужно будет её подготовить, а это означает, нам придётся некоторое время пожить на старом месте. — Марат впился в меня напряжённым взглядом. — Я не сбегу.

— Разумеется, не сбежишь, я тебе этого не позволю, — продолжая сверлить меня уже недовольным взглядом, отчеканил он.

Кто бы сомневался! Чувствую себя собачкой в строгом ошейнике: дёрнешься — и шипы тут же впиваются в горло. Бесит.

— Так как, мы договорились? — сдерживая злость, уточнила я.

— Хорошо, даю тебя три дня.

Что?! Я решила возмутиться, он меня перебил.

— Юля, три, на большее не рассчитывай.

Зараза! Чуть не вырвалось у меня, я в бешенстве от бессилия!

— Хорошо, — сдерживая клокочущую ярость, ответила спокойным тоном — нельзя сейчас давать волю эмоциям, не время. — И в садик она будет ходить в тот, что выбрала я, — продолжила, с нежностью смотря на него, а мысленно разбивала о его голову тарелку с завтраком.

— А тебе не кажется, что это уже две уступки с моей стороны?

Вот же гад, не оценил мои старания! Я тут пыжусь, нежность изображаю, а он…

— Марат, что-то я тебя не пойму, ты жену хочешь или рабыню? Или тебе не ведомо, что брак — это постоянные компромиссы?

Ненавижу, когда он врубает тирана, огреть его чем-то хочется, аж руки зудят, и уже не мысленно.

— Юля, мне не нужна рабыня, но прошу, услышь и меня — этот садик мне не нравится.

Да что он прицепился к этому садику!

— А меня он вполне устраивает, — решила настоять на своём.

— Ладно, пусть будет по-твоему, но своё мнение я озвучил, — процедил он сквозь зубы.

— Спасибо, что пошёл мне навстречу, — решила немного сгладить обстановку.

Он мазнул по мне недовольным взглядом, коротко кивнув, и приступил к завтраку.

* * *

Сидя в машине, я не удержалась от вопроса, вспомнив, что он вчера говорил о каких-то видеозаписях, которые прольют свет на вопрос, было ли покушение. Что-то подсказывало, что утром он именно этим и занимался.

— Ты видеозаписи посмотрел?

— Ты какие имеешь в виду? — весело поинтересовался он.

— А ты? — я затаила дыхание в ожидании.

— Юль, дыши, — хохотнул он, — за шпионаж я тебя наказывать не буду, но учти на будущее — я этого не люблю.

— А кто сказал, что я по этому поводу переживаю? — постаралась сделать невозмутимый вид, но покраснела.

— А мне говорить не нужно. Я вижу, — продолжал он веселиться.

Странный мужчина, переменчив как погода. Иногда сложно предугадать его реакцию. И всё же мне нужно научиться это делать, если хочу, чтобы моя дочь жила в спокойной обстановке. И ещё нужно сегодня Соне позвонить, узнать, как у них дела, и поделится новостями. Думаю, девчонки будут в восторге.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌— Видит он, — пробурчала я, отворачиваясь к окну. Нечего ему наслаждаться моей красной физиономией.

— Не дуйся, я давно знаю о твоей шалости.

— Ну прям мистер откровенность! С чего вдруг? — не удержалась от едкого комментария.

— Не вижу смысла лгать, да и не люблю это.

— Наверное, изрядно повеселился, видя, как я из шкуры вон лезла, чтобы тебя отвлечь?

— Вернее будет сказать, получал выгоду.

— Какую? — во мне взыграло любопытство.

— Сама догадайся, — Марат прошёлся по мне игривым взглядом.

— Ну ты и… — начала я, потом, прерывисто вздохнув от бессилья, замолчала: матом ругаться не хочу, а другие слова на ум не приходят.

— Не пыхти как ёж, согласись, нам было хорошо.

Тут не поспоришь — было. Одарив его недовольным взглядом, решила не развивать эту тему.

— Я про другие видеозаписи спрашивала.

— Посмотрел, — тут же его весёлость как ветром сдуло.

— Ну?

— Я был прав, там есть момент, как твоя «подруга» разговаривает с парнем, который через пять минут тебя столкнул в воду. Забавное совпадение, правда? — Меня пробил озноб. — Кстати, перед пожаром твоя знакомая вылезла из окна, которое находилось на первом этаже. Интересно, это она сделала из-за того, что дверь не смогла открыть, или у неё привычка через окна выходить на улицу?

— Она жила на втором, и в другом корпусе. — Бесцветным голосом ответила я, отчётливо вспомнив, как Катя сетовала на то, что мы живём в разных корпусах. Вот же лицемерная…

— Юль, не переживай, она за всё заплатит, я не прощу её, что хотела убить тебя и мою дочь. Хотя по любому виновна, и заплатит за содеянное.

Приехав на работу, согласно закону подлости, мы наткнулись на несостоявшуюся убийцу. Та, увидев меня с Маратом, который придерживал меня за талию, немного растерялась, а затем её лицо исказила кривая ухмылка.

— Гадство, сейчас начнётся! — чуть слышно пробормотала я.

— Юль, откроет рот — припугну увольнением, а ей этого допускать никак нельзя.

Ох, как же меня сейчас распирало от любопытства!

Виновница, видать, почувствовала опасность и, войдя в здание, решила не подниматься на лифте, а шмыгнула на лестницу. Сотрудники компании с нескрываемым любопытством наблюдали за нами.

— Почему? — спросила я в лифте.

— Потому, — усмехнувшись, он поцеловал кончик моего носа.

— Марат… — с мольбой посмотрела на него.

— Ладно, когда всё закончится, расскажу, — не успокоил.

Чёрт! Придётся самой искать ответы, иначе я свихнусь от неизвестности.

— А может, сейчас? — решила ещё раз попытать удачу, пока он в хорошем расположении духа.

— Нет, — упёрся он.

Хоть плачь, чтобы его разжалобить, но это грозное оружие я решила не применять по пустякам. Ладно, сама как-то докопаюсь до истины. А может, сладкими пытками получится информацию добыть?

Марату кто-то позвонил, и он скрылся в кабинете. Потом у него началось совещание. Его помощник — Антон Викторович, дал мне задание сходить в аналитический отдел и взять отчёт по одному из предприятий по переработкой нефти. Делать нечего, Антошка сказал — Юляшка метнулась исполнять. С горем пополам нашла кабинет, а там моя драгоценная «подруга». Увидев меня, её лицо озарила коварная улыбка.

— О, смотрите, девочки, кто к нам пожаловал, очередная подстилка босса, — начала она. Наверное, надеясь, что я сейчас заплачу и убегу. Ага, мечтай.

— Катя, завидуй молча, — усмехнувшись, обвела других сотрудниц взглядом и продолжила, — и, вообще, я куда зашла, в аналитический отдел или в камеру для заключённых? Извините за сравнение, ну уж больно похоже приветствие.

— Юля, неплохая попытка, — облокотившись на стол задом, продолжила язвить Катя, — но это не отменяет, что ты как была шалавой, так и осталась ей.

— Ты за языком-то следи, а то я как любовница босса, могу ему на ушко шепнуть, что тебе не терпится уволиться. Как думаешь, он порадует свою подстилку, пока она ещё новая и не надоела ему, такой мелочью? — вспомнив слова Марата, что той никак нельзя увольняться, решила припугнуть и остановить её словоблудие: не хочу развлекать народ разборками.

— Он пальцем не пошевелит ради тебя, да и подстилка из тебя никакая, ты же фригидная.

— А вот тут ты неправа, — усмехнулась я, — не бывает фригидных женщин, бывают хреновые любовники.

Она полоснула меня злым взглядом — видать, я в точку попала. Явно Сергунчик её не удовлетворяет в сексуальном плане, ведь у неё было с кем сравнить. Тогда вопрос, зачем она терпит? Может, действительно любовь?

— Как-то некрасиво обливать грязью человека, которого ты предала, смирись, что он предпочёл меня. И ещё, уволить босс меня не сможет, я беременная, так что твои угрозы мне не страшны, — со злорадством поделилась она новостью.

— От кого?

— Что значит от кого? — возмутилась она. — От Сергея, разумеется.

— Однако… — хохотнула я, вспомнив, что он бесплоден, — и он уже знает? Рад?

— Не твоё дело.

— Дело-то, конечно, твоё, но на всякий случай ты его свяжи, а то он уж больно бурно воспринимает такие новости.

— Не суди по своему опыту. Ни ты, ни твоя ублюдочная дочь, которую ты нагуляла с каким-то ничтожеством, нахрен были не нужны Сергею.

— Ты на это «ничтожество», тварь, работаешь, — вздрогнула я от неожиданности, услышав полный ярости голос Марата, — ещё раз рот откроешь на мою жену, и ты уволена, — продолжая испепелять всех сотрудников в кабинете взглядом, он подошёл ко мне, обнял за талию, давая понять этим жестом, что не даст меня в обиду.

— Марат, уволить не получится, она беременна, — поделилась я информацией.

— От кого? — задал он закономерный вопрос.

— Утверждает, что от моего бывшего.

У моего удивлённо приподнялась бровь, но он сумел взять себя в руки.

— О как… Забавно, — усмехнулся он и посмотрел на Катю таким взглядом, что мне стало страшно за неё. — Девочки, покиньте ненадолго кабинет, нам нужно с дамой в положении поговорить. Если узнаю, что кто-то из вас сплетни про мою жену распускает, уволю, не задумываясь.

Через две минуты мы остались втроём.

— Ты кому угрожать вздумала, мышь офисная? Или ты думаешь, твоя беременность тебя защитит от моего гнева? Вылетишь с работы как пробка из бутылки. И на другую работу не устроишься, а у вас, насколько мне известно, серьёзные проблемы в финансовом плане, муж-то оказался игроком.

— Серьёзно? — не удержалась я.

— Да, любовь моя, — от его слов у меня в душе потеплело. Увидев или почувствовав моё состояние, он добавил: — Видишь, как судьба к тебе благосклонна — избавила от проблем и подарила богатого мужа.

— И не говори.

Чуть ли не мурлыкая, ответила, млея от слов «любовь моя». Эх, как же женщинам мало нужно: ласковое слово — и мы таем. Катерина смотрела на нашу идиллию бледная, как снег, только глаза её горели лютой ненавистью. Не пойму, а сейчас чего она злится? Каков посыл, таков ответ. И только, наверное, из-за её взгляда я ей ответила так:

— Учись, Катя, вот так нужно изменять — раз и в дамках.

— Ты всё поняла? — обратился к ней Марат.

Та коротко кивнула, и мы покинули кабинет.

— Ой, отчёт забыла! — спохватилась я.

— Антон сам сходит, — процедил он как-то зло имя помощника.

Нет, я сейчас заберу, а ты не жди, — не давая вставить ему слова, развернулась и пошла обратно. Зайдя, обнаружила Катю в гордом одиночестве.

— Отчёт по нефтеперерабатывающему заводу, что в Саратове дай. — Та молча взяла папку, протянула её мне, я взяла, и меня словно прорвало: — Хочу предупредить — Сергей бесплоден, и может навредить тебе и твоему ребёнку, когда узнает правду. Вспомни меня, я чудом не потеряла дочь.

— Ты лжёшь! — зашипела она, прожигая меня взглядом, полным ненависти.

— Дело твоё, можешь не верить, но я тебя предупредила, а ты решай, что для тебя дороже: ребёнок или мужчина. Я выбрала первое, как ты поступишь — дело твоё.

Развернулась и ушла. Ну не смогла я промолчать, она хоть и предала меня, но её ребёнок ни в чём не виноват. Выйдя из кабинета, наткнулась на джигита, он смотрел на меня взволнованно, и в то же время зло. Наверное, на помощника ещё злится, на меня не за что.

— Марат, ты не ругай Антона, он же не знал …

— Он не имел права тебе давать задание, не посовестившись со мной, — вскипел мой защитник. — Всё, дочь приедет, уволю тебя, сиди дома.

— Марат, ты чего завёлся? И вообще, что за замашки тирана, я, может, работать хочу.

— Представляешь, и я хочу, но только спокойно, а с тобой так не получится!

— Ты меня недооцениваешь, — стало как-то обидно.

— Юль, дело не в том, что недооцениваю, я просто боюсь, что тебя обидят, и я не успею тебя защитить, вот и всё.

— Знаешь, я сама в состоянии за себя постоять, раньше…

— Вот именно «раньше», когда не было меня.

— Марат, давай не будем горячиться, а? Я же не маленькая девочка, честное слово.

В приемной Антон был печален — досталось-таки ему. Зайдя в кабинет, задала волнующий меня вопрос:

— Ты действительно можешь навредить беременной? Ударить или что-то в этом роде? — если скажет да, то всё, он для меня как мужчина не существует, не смогу с таким жить.

— Юль, с чего такие бредовые мысли лезут в голову? — возмутился он.

— Ты же Кате угрожал…

— Юль, судьба Кати решена, она будет сидеть в тюрьме, заслужила. Тут дело не только в тебе, — он нервно запустил пятерню в волосы. Видно, это решение для него не из лёгких. Интересно, в чём же она замешена? — В тюрьме тоже рожают, так что успокойся. И знаешь, я не думаю, что она беременна. Или же… ей нужен ребёнок, чтобы удержать твоего бывшего. Не может будущая мать назвать другого выродком. Понимаешь, о чём я?

— Ты хочешь сказать, что она обманывает?

— Да. А если и нет, то это только способ удержать твоего бывшего.

— Странно, а он мне говорил, что Катя не хочет.

— Дурёха, неужели ты думаешь, он признается, что бесплоден?

— Нет, конечно, — согласилась я.