Глава 21

Даниил

*****

– К вам господин Рокотов.

Улыбающаяся секретарша быстро распахивает дверь в мой кабинет, пропуская внутрь частного детектива. Осматриваю паренька немигающим, чуть враждебным взглядом.

С самого утра у меня отвратительное настроение. Во-первых, Марина так и не объявилась самостоятельно. Я пробовал соединиться с женой, но монотонный голос каждый раз бубнил, что «Абонент временно недоступен».

Во-вторых, мне порядком успела осточертеть Катерина. Да, секс с ней был всё таким же фееричным, как праздник, но всё остальное доводило меня до белого каления. Она постоянно командовала своим визгливым голосом и называла меня разными липкими прозвищами. Поэтому я малодушно сбежал с самого утра, оставив Катю отыгрываться на прислуге.

И, в-третьих, мне не давало покоя завещание отца. Вчера вечером позвонил нотариус и пригласил меня с супругой через месяц, к нему в офис – для оглашения завещания. Узнав, что смогу присутствовать только я, он недовольно крякнул, и заявил, что без Марины Вячеславовны он не станет оглашать завещание.

Что он о себе возомнил? Это – мой отец и Марина не может иметь к его завещанию никакого отношения!

Зеленоволосый парнишка врывается в мой кабинет подобно урагану. Распространяя вокруг себя запах дорогой туалетной воды, он молниеносно поднимает руку вверх в качестве приветствия и беспардонно плюхается в кожаное кресло.

– Кофе!

Иронично выгибаю бровь дугой. Если Рокотов пришёл в мой кабинет, чтобы попить кофе, то я немедленно вышвырну этого наглеца вон. Прошла уже неделя с того момента, как моя жена бесследно пропала, а он даже не предоставил мне отчёт о своей работе.

– Принесите два кофе, пожалуйста.

Киваю секретарше, барабаня костяшками пальцев по столешнице. Жан расплывается в довольной улыбке и тотчас бросает несколько листов бумаги передо мной.

– Что это?

– Отчёт за неделю, Даниил Игоревич.

– Я думал, через неделю Марина будет стоять тут, смиренно опустив глаза в пол! Вместо этого, вы приносите мне несколько листов бумаги?

Взрываюсь, вскакивая с кресла. Мне просто необходимо на ком-нибудь отыграться и, кажется, я нашёл хорошую мишень для этого. Совершенно не понимаю, почему в качестве частного детектива мне посоветовали этого юнца-дилетанта, но я очень недоволен его работой!

– Ваша жена затерялась в городе весьма качественно, Даниил Игоревич.

– Сам знаю. Марина оказалась далеко не дурой.

– Но в Москве её искать, пожалуй, бессмысленно.

– Почему?

Парень пододвинул ко мне листы бумаги, выжидательно уставившись на меня.

Пожевал губами, решительно фыркнув.

– Объясни своими словами. Мне твои письменные отчёты без надобности.

– Я запеленговал мобильный телефон Марины Вячеславовны. Последний раз она выходила в сеть со станции «Томино».

– Что? Где это?

– В Подмосковье. И, я думаю, ваша супруга спряталась где-то там. В подтверждение моей догадки я вам скажу, что последний раз она снимала деньги с карточки именно на вокзале.

– Так надо ехать в это Томино и найти там Марину!

Взревел, вскакивая с места.

Я готов прямо сейчас поехать с Жаном в эту деревню и притащить Марину домой за волосы!

– Сядьте, Даниил Игоревич. Томино уже прочесали. Вдоль и поперёк. Ещё позавчера.

– И?

– Ничего. Никто из опрошенных жителей не видел вашу супругу. Так что, полагаю, она двинулась дальше по ветке. Томино – лишь начало, и ваша супруга могла выйти на любой другой станции.

– Сколько там станций?

– Порядочно. Штук десять, наверное. Чтобы прочесать их все, потребуется пару недель.

Зеленоволосый пожал плечами.

Этот невинный жест просо вывел меня из себя и, если бы в данный момент в кабинет не вошла секретарша с подносом кофе в руках, я бы набросился на этого щенка прямо тут.

– Спасибо.

Процедил, глядя вслед удаляющейся девушке. Что мне в ней нравится – спокойствие и молчаливость. У других моих партнёров по бизнесу секретари – взбалмошные особы, любящие болтать по телефону и самозабвенно хлопающие ресницами. Галочка же – тихоня и скромница, полная их противоположность.

Кажется, она собиралась поступать в какой-то институт и срезалась на экзаменах. Вот я подобрал её на один год, усадив в приёмной. На самом же деле я просто наслаждался видом этой девчонки, а в особенности – её закрытым ротиком. И даже не боялся при ней обсуждать важные дела, зная, что галочка всегда спокойно впитает информацию и уйдёт, блеснув обворожительной улыбкой.

Я даже начал подумывать, а не уложить ли мне её в свою постель, но тут произошёл тот самый эпизод с взбалмошной Катериной, которая спутала мне все карты.

Чертовка.

Дверь за секретаршей закрывается, и я молниеносно кидаю на частного детектива уничтожающий взгляд.

– У меня нет двух недель! Марина мне нужна уже сегодня!

– Простите, но на всё нужно время. Торопливость нужна лишь при ловле мышей, разве нет?

– Нет!

Вскричал, с яростью долбанув по столешнице. Белая фарфоровая чашка, доверху заполненная обжигающей жидкостью, жалобно звякнула и развалилась на черепки. Коричневая липкая лужа тотчас стала расплываться по столу.

– Галя!

Вдавливаю кнопку селектора, вызывая секретаря. Она молчаливо кивает, увидев хаос на моём столе, и осторожно начинает собирать черепки ни в чём неповинной чашки в мусорную корзину.

– Жан, я заплачу вам вдвое больше, если Марина будет в этом кабинете уже через пять дней! Я не могу больше ждать.

– Я вас понял.

Зеленоволосый кивнул и, многозначительно посмотрев на убирающуюся Галочку, исчез из моего кабинета.

*****

– Даниил Игоревич, можно?

Мой помощник, правая рука и близкий друг неспешно входит в кабинет. Тёмные глаза Стёпы внимательно ощупывают моё лицо и вдруг светлеют, превращаясь из тёмно – карих – в ореховые.

– Ты чем-то доволен?

– Угадал. А теперь отгадай, кому отдал предпочтение певец Лонго?

Хитрые глазки призывно заблестели.

– Ну, скажи мне, с кем он решил подписать контракт на внушительную сумму? И кто теперь будет заниматься изготовлением мебели для его загородного дома?

– Мы?

– Бинго!

Стёпка моментально хлопает в ладоши, плюхаясь в кожаное кресло. Оно податливо скрипнуло под его массивной тушей пятьдесят шестого размера, но не развалилось.

Да, всё-таки, моя компания делает самую лучшую мебель. И теперь я в этом чётко уверен.

– Правда, Рысаков снова старался перебить нашу цену. Уж очень, гад, хотел, чтобы этот контракт достался ему. Ведь после того, как мы начали сотрудничать с Калашниковым, его дела резко пошли на спад. Говорят, Витя как никогда близок к разорению.

– Пофиг мне на этого нищеброда.

Нервно растягиваю губы в дрожащей от нетерпения улыбке. Если суперзвезда нашей эстрады решил отдать предпочтение моей фирме, то я должен незамедлительно схватить его за жабры и подписать этот контракт. А он, должно быть, получится шикарный и, непременно, с шестью нулями!

– Твоя правда. Но, как я полагаю, он во что бы то ни стало захочет с тобой переговорить. Ведь после того, как «МебеЛюксосс» стал обыгрывать контракт за контрактом, его фирма стала трещать по швам.

– Мне не о чем с ним говорить. Давай, поручи юристам состряпать контракт для загородного дома певца, и мы незамедлительно его подпишем. Потом похороним Рысакова с почестями, под грудой опилок из его же собственной мебели.

– Я в тебе не сомневался!

Степан расплывается в сладкой хищной улыбке и, хлопнув меня по плечу для одобрения, быстро выходит из кабинета. Откидываюсь в кресле, заложив руки за голову, и мечтательно прикрываю глаза. Да, мой покойный отец сейчас бы непременно мной гордился и это не может не радовать. Ведь с тех пор, как старик отошёл от дл, вручив управление мебельной компанией в мои руки, я провёл целый ряд отличных сделок, которые вывели «МебеЛюксосс» на новый уровень. До этого мы перебивались случайными заработками и могли, в лучшем случае, претендовать на изготовление мебели для небольших заказов.

Теперь же – мы являемся ведущей фирмой, у которой, на минутку, начинают появляться такие богатые и именитые клиенты, как певец Лонго. Да если мы обставим его загородный дом так, как он того захочет, то получим не только внушительную сумму денег, но и широкую известность. После этого, скорее всего, к нам рекой потекут разнообразные заказы.

И это не может не радовать!

Хоть одна хорошая новость на сегодня!

Настойчивое жужжание мобильного раздаётся рядом с монитором, и я с раздражением смотрю на экран. Ну, Стёпка как в воду смотрел – на смартфоне высветилось имя моего заклятого врага, который, жутко недоволен взлётом моей фирмы.

Чёрт с ним. Мне бояться нечего.

И контракт с бизнесменом Калашниковым на изготовление мебели для его фирмы, и предстоящий контракт с певцом Лонго – не случайность, а вполне нормальная закономерность. Мы, в отличии от Рысакова давно отошли от дешёвых материалов, отдав предпочтение более дорогим и долговечным, и – вот результат.

– Алло?

– Лебедев Даниил Игоревич? Добрый день.

Надтреснутый, с хрипотцой, голос звучит в трубке телефона чуть глухо, как-то угрожающе.

– Действительно добрый, Виктор Егорович. Вам ведь уже известно, что моей фирме удалось заполучить ещё один выгодный контракт?

Секундное молчание повисло в наэлектризованном воздухе.

Думаю, если сейчас поднести зажигалку к смартфону – всё тут же вспыхнет синим пламенем. Рысаков явно взволнован и разозлён. Ещё бы! Его детище идёт ко дну со скоростью «Титаника» и вряд ли он чем-то сможет ему помочь.

– Вот как раз по поводу контракта с певцом Лонго я бы и хотел с вами переговорить.

– Да? Вы уверены, что нам нужно разговаривать по этому поводу? Тут, по-моему, всё ясно.

– И всё же, Даниил Игоревич. Вы же деловой человек.

Крякаю.

Да, люди старой закалки вроде Рысакова и моего отца привыкли договариваться друг с другом. Вот поэтому они долгое время сидели в глубокой яме, перебиваясь случайными заказами. Это – только их вина, но никак не моя.

Я – действую по-другому. Жёстко, напористо, с огоньком. И, возможно, поэтому, продажи «МебеЛюксосса» значительно взлетели. Не это ли – лучший показатель правильности шагов?

– Ваш отец бы обязательно встретился со мной, поговорил. Мы с Игорем Дмитриевичем долгое время были партнёрами, вам это известно?

Сцепливаю зубы до боли.

Похоже, я стал слишком сентиментальным – разговоры о покойном отце отчего-то больно бьют меня под дых, тревожа раненую душу. Да, похоже, я ещё толком не смирился с его потерей. И Рысаков сейчас умело давит на больную мозоль.

Что ж.

Если этот старикан думает, что у меня не хватит духу послать его, глядя в глаза, то он глубоко заблуждается – я сделаю это.

– Хорошо, я согласен встретиться с вами.

– Чудесно. Тогда жду вас в восемь вечера, в ресторане «Макбет». До скорого, Даниил Игоревич.

Слушаю частые гудки, звоном отдающиеся в моём ухе и поджимаю губы. Надеюсь, Рысаков не вздумает валяться у меня в ногах, вымаливая этот контракт, потому что я ни за что его не отдам.