19

– Так много вопросов? – После затянувшегося молчания Ноэль повернулся ко мне. – Всего один. Оливия… – я запнулась, но потом выпалила все на одном дыхании. – Оливия сказала, что защита не сработала, и ты пострадал именно из-за этого. Но кое-кто говорит, что ты прикрыл ее от удара. Так что именно произошло на тренировке? Загоревшиеся было глаза Ноэля словно погасли. Он пожал плечами. – И то и другое. Дилан решил, что будет отличной идеей отвлечь меня, и направил атаку на Оливию. А у нее не хватило сил, чтобы растянуть щит и закрыть нас обоих. Пришлось подставиться под удар. – Разве атаковать защитников не запрещено? – На поле боя никто не станет соблюдать правила. Мэтр Тигернан не запрещает подобное. Но всегда настаивает проводить подобные атаки в первой половине тренировки, когда у всех еще достаточно сил. А в этот раз все немного увлеклись. Я покачала головой. – Все из-за Рэя с Итаном? – Если мы хотим достичь их высот, нам нужно много тренироваться, Айри. Он замолчал, а я подумала, что все боевики одинаковые. Амбиции кружат им голову, а желание приблизиться к славе дракона заставляют забыть обо всем. – Если бы не форма, ты не отделался бы швами. – Значит, хорошо, что я ее ношу, верно? – На его лицо вернулась улыбка. А я никак не могла понять, как можно настолько легкомысленно относиться к собственной безопасности. Да, может быть, Рэй и мог себе позволить подобные тренировки, но внутри него была еще и сила дракона. И если у него кончатся силы, дракон подпитает его. А в случае чего – даже полуоборот может спасти жизнь. Я не видела лично, но говорили, что в случае опасности кожа мгновенно покрывается непробиваемой чешуей. Такое безрассудство не оставило бы на Рэе ни царапины. Но ведь Ноэль – обычный человек. И может рассчитывать только на свои силы, да на защиту напарницы. У которой магия тоже не бесконечна. – Оливия – хороший защитник? – Мне почему-то было важно знать, что спину Ноэля прикрывает достаточно умелый маг. – О, она лучшая! – Ноэль широко улыбнулся. – Я бы сказал, что она может посоперничать с кем-нибудь со старшего курса. У меня в душе неприятно заскребло. Я отвела взгляд, ненавидя себя за то, что чувствую. Но я не могла этого отрицать. Ревность. Глупая, бессмысленная ревность. И злость на Оливию, которая должна была прикрывать атакующего. Мы снова замолчали. Я смотрела прямо перед собой, стараясь не переводить взгляд на Ноэля. Он тоже не спешил заводить разговор. Тишина висела плотным куполом, опускаясь на плечи, начинала давить. Нужно было либо уходить, либо хотя бы попытаться заговорить о чем-то незначительном. Лишь бы не сидеть вот так с прямой, как палка спиной и дрожащими на кончике языка словами, о которых я могу пожалеть, стоит им вырваться наружу. – Ты больше не появляешься на тренировках. Я все-таки взглянула на Ноэля. Он, как и я до этого, смотрел в стену перед собой. – Я достаточно насмотрелась. – Это произошло до или после того вечера в городе? – Его голос ничего не выражал, но я прекрасно поняла, что он имеет в виду. До или после того, как ему пришлось оттаскивать от меня Юджина. До или после того, как в глазах Ноэля я стала той, с кем можно позажиматься в темном углу, если переусердствуешь с вином. Но если рассказать ему даже часть правды, придется объяснять, почему я не могла сама дать отпор Юджину. Почему переборщила с успокоительным. А я совсем не хотела, чтобы Ноэль знал про мою глупость. – Не ты один имеешь право на ошибку. Я поднялась на ноги и вышла из палаты, плотно прикрыв за собой дверь. Ноэль не произнес ни слова. Остаток ночи я провела, листая справочник по алхимии. Все остальные навевали на меня сон, а так я хоть как-то могла отвлечься от собственных мыслей. То желала наплевать на гордость и вернуться к Ноэлю. Потом вспоминала, что моя откровенность ничего не даст. Я и рядом не стояла с Идеальной Оливией. Максимум, что может сделать Ноэль, чтобы сгладить неловкость – сочувственно улыбнуться и найти пару подбадривающих слов. Но мне было бы этого недостаточно. Поэтому я предпочла оставаться в приемной и вчитываться в сочетания ингредиентов, которые нашему курсу только предстояло изучать. Из палаты Ноэля не доносилось ни звука. На рассвете я, как и обещала, разбудила Эланель и попросила ее посмотреть, как там наш единственный пациент. Она вернулась уже через пару минут. Сказала, что Ноэль спит. Жара нет, а значит, мы не допустили никаких ошибок. Уже вдвоем мы дождались, когда проснется мэтрисс Трезир. Расписались в журнале дежурств и отправились в свои спальни. Эла – переодеваться и готовиться к завтраку, а я – рухнуть на кровать и провалиться в сон.