Глава 114. На его месте

Если Ренци был прав, то тянуть со вскрытием шкатулки не стоило.

То есть, конечно, можно было от неё избавиться как от потенциальной опасности, ведь если без ее содержимого артефакт в чужих руках будет бесполезен, то и беспокоиться будет не о чем.

Однако отец сохранил эти вещи. Может, даже поплатился именно за-за них, и я должна была понять, что за историю хранит эта коробка.

Ну и да, любопытство тоже играло немалую роль. Гадкий ректор был прав. Во мне просыпались азарт и желание обставить высокопоставленных интриганов на их поле. И пусть шахматы с их стратегической мудростью не были моим коньком, однако я была в первую очередь девушкой. Тётя всегда говорила, что если женщина не могла обыграть мужчину, значит, не очень хотела.

Так что, скрепя сердце, я решилась.

Тем более что Ренци пообещал снова побыть героем и взять откат на себя.

С одной стороны, не очень умное решение в преддверии экзамена, с другой – до него оставалось больше суток, а Дориан на удивление быстро восстанавливался.

– Ну и как ты предлагаешь мне трансформировать свою родовую энергию в мою? – вздохнула я, давая понять, что сдалась.

– На тебе есть мои щиты. С первого «Родника» я оставлю их бессознательно. Ты пробьешь в них брешь, а я подпитаю плетение и запущу туда закольцовку, чтобы она тянула мою силу. У тебя же нет моей проблемы с разрушением собственных щитов, значит, как только закольцовка отстроится, магия перестанет тратиться на заклинание и начнёт накапливаться.

– И все равно это будет твоя сила.

– Дальше ты должна будешь её не собирать в одной зоне, а распределять по вторичным магическим каналам.

– То есть я должна смешать её со своим резервом?

– Вроде того, сначала мою магию ты будешь ощущать как нечто чужеродное, но в какой-то момент, когда подчинишь её себе, она трансформируется в твою.

– Звучит слишком легко, – не поверила я в заявленную простоту.

–  Это и не должно быть сложным. Очень похожее на нечто подобное проводится и во время ритуалов допуска к родовой силе. Но вот поскольку вторичные каналы у тебя ещё не развиты, будет неприятно.

– То есть больно… – помрачнела я.

– Нет, но это правда неприятно. Я постараюсь помочь, однако я все-таки не специалист в этой области.

– И сколько времени занимает трансформация?

– От часа до суток, – не внес конкретики Дориэн.

– А сколько времени займёт вливание? – я напряглась, а то вдруг нам придется обниматься неделю друг с другом.

– Ты гипотетически ненамного слабее меня, – задумался Ренци, который и не думал от меня отстраняться и вроде бы даже не замечал, что мы по-прежнему стоим в обнимку. – Однако предстоит влить серьезный объем, и родовая магия не особенно охотно перетекает, в отличие от нашей резервной, так что процедура может затянуться. Есть хочешь?

Я вспомнила, как после нашей первой тренировки Дориэн отволок меня в столовую, брюзжа о том, что хороший боевой маг – это сытый маг.

– Нет, – отказалась я.

Меня все ещё немного мутило после вмешательства Цецилии. Может, и стоило подкрепиться, но я решила, что совершить набег на столовую будет полезнее после. У Ренци отлично получалось вымогать еду у поварихи.

– Где расположимся? К твоей кровати доступ мне заказан. Не желаешь снять запрет? – невинно захлопал на меня ресницами Дориэн.

– Нет уж, – фыркнула я. – Я вообще предпочитаю стул или кресло, чтобы некоторым лишнего в голову не лезло.

Ренци посмотрел на меня скептически:

– Оно все равно будет лезть. Точнее, оно оттуда и не вылезало. Но я в состоянии сдерживаться, когда это важно. Однако мы не знаем, сколько времени на это уйдёт, так что предлагаю устроиться с комфортом.

Разумное зерно в его рассуждениях было.

Я вздохнула:

– Тогда пошли в твои покои, чтобы был выбор, – я не собиралась снимать запрет на приближение Ренци к моей кровати. Он и так повадился ночевать вместе со мной. Один раз дашь слабину, так Дориэн обнаглеет окончательно. – Но начнём все равно прилично в кресле. Даст Покровитель, также и закончим.

– Ты такая скучная… – проворчал Ренци, но отказываться и не подумал.

Он взял меня за руку и провёл к себе через смежные двери, которые все ещё раздражали меня своим наличием.

Лишь добравшись до спальни, я осознала, что если я сяду в кресло, то Ренци придётся работать со мной, согнувшись в три погибели. Сила наложенных им на меня щитов хоть и не достигла максимума, но серьёзно возросла по сравнению с тем недоразумением, что закрывало меня до колен. И пробить защиту, не повредив остального, проще всего было в районе солнечного сплетения.

Поэтому в кресло уселся Дориэн, а я встала напротив него, рассчитывая, что, если потребуется, он меня удержит.

Застыв перед Дориэном, видя его синие глаза, стремительно наливающиеся грозовой синевой, я вдруг оробела и растеряла всякую решительность.

В это мгновение воспоминания о прошлом разе лавиной накатили, заставив сердце взволнованно забиться.

– Может, стоит попробовать другое заклинание? – облизнув враз пересохшие губы, шепотом спросила я. – «Родник» ведь не единственное, и тебе не придется тогда брать на себя откат.

– Ты и сама знаешь, что они не такие эффективные. А родовая магия – капризный зверь. На нашей стороне играют узы и одинаковый вид магии. Самый лучший способ – проверенный. Боишься не устоять, Чаргетто?

Боялась.

Даже тогда, когда Ренци воспринимался мной исключительно врагом, я потеряла голову.

Разумеется, признаваться в этом Дориэну я не собиралась.

– Не говори глупостей, – вздернула я нос, только в голосе моем не было уверенности, и Ренци это уловил. Это было заметно по его взгляду. Однако он не стал меня дразнить.

– Приступим?

Я кивнула и, сосредоточившись, разорвала плетение в самой слабой точке. Даже жаль было его рушить, настолько оно было красивое.

Ренци скривился как от зубной боли.

– В чем дело? – напряглась я, готовая в любой момент трусливо отменить всю затею.

– У меня ощущение, будто происходит что-то противоестественное. Эта защита должна там стоять, и я сейчас это исправлю.

Легко касаясь кончиками пальцев, он погладил мои ключицы, словно подцепляю оборванные нити плетения, проследил ими до бреши в щите до солнечного сплетения, и меня бросило в жар, хотя Дориэн еще не приступил.

Ренци накрыл ладонь дыру в защите, и я почувствовал лёгкий бодрящий холодок. Сегодня я была на месте реципиента, и мне предстояло узнать какого это. Уже знакомое чувство наполнения пришло почти мгновенно, и вдруг обожгло.

– Ой, – пискнула я скорее от неожиданности, чем от боли, потому что неприятные ощущения покинули меня почти сразу, уступив место другому жару.

– Я закольцевался, – хрипло пояснил Дориэн, от голоса которого мурашки побежали вдоль позвоночника. – Как только почувствуешь, что начинает распирать, открывай вторичные каналы.

Мне вдруг захотелось прижаться к Ренци. Это совсем не походило на то, что происходило во время отката. Не было болезненной необходимости, была потребность стать единым целым.

О, как я сейчас понимала тот порыв Дориэна, когда он как сумасшедший принялся меня целовать. Только мне терять контроль было нельзя, нужно было отслеживать состояние потоков, и я отчаянно цеплялась за остатки самообладания.

Противостояние тяге отнимало все силы, я даже пошатнулась и была вынуждена ухватиться за плечи Ренци, чтобы не повалиться на него.

Его синий взгляд проникал в самую душу.

– Как ощущения? – спросил Дориэн, хрипотца в его голосе усилилась

– Все в порядке, – выдавила я откровенную ложь.

– Врушка, я же чувствую…

В любой другой момент я бы обязательно смутилась, но не теперь.

Сейчас я боролась с внутренним желанием спровоцировать Ренци, чтобы он сам меня поцеловал. Кажется, я вот-вот обзаведусь таким же пунктиком, как и он.

И вдруг я поняла, что магии, проникающей в меня, стало слишком много. Это немного отвлекло меня, помогло сдержать недостойные порывы. Я сконцентрировалась на вторичных каналах и с трудом пропустила туда чужую силу.

Это действительно не было больно. Скорее, странно. Неприятно в начале, а потом словно будило во мне желание получить больше.

Видимо, я ненадолго выпадала из реальности, потому что в какой-то момент обнаружила себя на руках у Дориэна. Сидеть с ним в обнимку в кресле было бы уютно, если бы не та горячая нужда, что все сильнее разгоралась в моем теле, заставляя льнуть к Ренци.

Меня лихорадило, Дориэну, кажется, тоже было нелегко.

– Фран, ты так смотришь? – в его глазах был темный голод. – Я могу сопротивляться себе, но тебе.

Горячие губы прижались к моему виску, дразня обещанием.

Я чувствовала, как ноют, почти стонут мои каналы растягиваясь и распрямляясь, но все это было мелочью по сравнению с тем, как мне хотелось ощущать на себе руки Ренци, как мешала мне одежда, как горела кровь, требуя неизведанного и приливая куда-то в низ живота.

Когда я применила «Родник» к Дориэну это было мимолетным слиянием, сейчас же эта сладкая пытка растянулась, превратившись в полноценное соблазнение, которому я не могу позволить себе отдаться.

Я уже была близка к отчаянию, когда ощутила, что дышать стало легче, тело расслабилось. Да, мне еще предстоит откат, но это было ни с чем несравнимое, сумасшедшее ощущение.

Будто я всемогуща.

Что-то снова пошло не так, потому что это не могло быть связано с доступом к родовой силе, только задать вопрос Ренци я не успела, потому что он закрыл мне рот поцелуем.