Глава 117. Секрет из шкатулки

Я пыталась сфокусироваться, чтобы разглядеть что-то это такое мелкое, но в отличие от меня Ренци, казалось, наша добыча не волновала вовсе.

Он развернул стул вместе со мной и, обхватив лицо ладонями, вгляделся в мои глаза:

– Фран? Ты в порядке?

– Да, – промямлила я.

Слабость накатила нешуточная, но все же ничего общего с магическим истощением я не ощущала. Даже восстановитель не требовался. И хотя во вторичных каналах родовой силы почти не осталось, я по-прежнему чувствовала себя полноценным магом, однако нахмурившийся Дориэн не поверил моему слабому голосу.

– Точно? Сколько восходящих потоков в пружинном контуре?

– Семь, – закатив глаза, ответила я.

– Сколько энергетических колец в поглощающем щите?

– Семь!

– Сколько раз ты меня поцелуешь?

– Се… Ренци! – я с возмущением уставилась на Дориэна, но он сделал невозмутимый вид в своём стиле. Выражение его лица говорило: «Не прокатило в этот раз, получится в следующий».

Ренци осмотрел мои ладони. Ранка уже затянулась, корочка была ещё свежей, но выглядела не ужасно. Наверное, родовая магия постаралась.

– Больше ты никакие шкатулки не открываешь, – отрезал Дориэн.

– Я сама буду решать, что мне делать! – тут же зашипела я. – У тебя нет права указывать!

Атмосфера сгустилась.

– Пока нет, – поправил меня Ренци, и я не успела сказать, что и не появится, потому что нас прервали.

– Послушайте, может, вы отлепитесь друг от друга? – заворчал Дальтиго, которому было не видно, что там лежит на столе.

Бросив говорящий взгляд на Дориэна, я снова развернулась и уставилась на то, что нам досталось.

Э?

– И что это такое? – из-за моего плеча спросил Ренци.

– Не имею ни малейшего понятия, – честно призналась я.

– Дуболомы, – фыркнул Рамис и влез вперёд.

Между нами вспыхнула руна, подтверждавшая, что договор исполнен.

– Ну и? – нетерпеливо затеребила я Дальтиго. – Что скажет наш эксперт Седьмого факультета?

Рамис сопел, разглядывая артефакты, но отвечать не спешил.

– Только не говори, что ты не знаешь, – пригрозил Дориэн.

– Я не то чтобы не знаю, что это, – противно протянул Рамис. – Я не знаю, как этим пользоваться. Не факт, что даже Гвидиче знает.

– А кто может быть в курсе? – мне очень нужна были ответы на вопросы, но Дальтиго меня расстроил:

– Мой дядя, магистр запретного искусства уровня Мастер.

– Неужто он разбирается лучше Джеммы, наследницы Запретной магии? – поразилась я.

– Бесспорно, – вздохнул Рамис. – Джемма – гений и ей «запретка» дается не в пример легче, но в теории пока еще сильнее Кристиан.

– Так что это такое? – нетерпеливый Ренци вернул Дальтиго к основной теме.

– Это инструкция, – кисло ответил он.

– Не понял, – растерялся Дориэн, и я в кои-то веки была с ним солидарна.

Как это могло быть инструкцией?

Я смотрела на два небольших полых цилиндра и не понимала.

Подцепив один из них карандашом, я осмотрела гладкую внешнюю поверхность, отполированную почти до зеркального блеска.

– Их можно брать в руки, – прищурился Дальтиго, – не вижу заклинаний, наносящих вред.

Доверившись ему, я положила артефакт на ладонь, он был прохладным и мощно напитанным магией. Заклинаний этих я не знала, но оно и не удивительно.

Посмотрела насквозь: изнутри было что-то выгравировано, но так мелко, что не помогла даже сотворённая Ренци увеличительная линза.

– Я узнал только древнелидванскую «Ар», – расписался в бессилии Рамис.

Дориэн предположил:

– Может, через неё надо посвятить?

– Или направить магию? – внесла я свою лепту в разгадывание.

Я была разочарована.

Я так жаждала ответов на все вопросы, возлагала на содержимое шкатулки столько надежд, и вот они в руинах.

Ничего не прояснилось.

В задумчивости я просунула палец внутрь, чтобы пощупать, нет ли там чего еще, и почувствовала, как в меня впились ледяные магические иглы. Пискнув, хотела тут же снять, но ничего не вышло. Цилиндр сидел плотно, закрывая две фаланги, и, удивительное дело, стал пластичным, позволяя пальцу сгибаться.

– Оно не снимается, – запаниковала я.

– Больно? – тут же вскинулся Ренци.

– Нет, – всхлипнула я, – но мне страшно.

– Оно тебе не вредит, – попытался успокоить меня Дальтиго. – Возможно, что эти штуки работают в паре.

Дориэн нахмурился:

– А это точно не какой-нибудь ограничитель или древний вариант кандалов? – обеспокоился он. Какая предусмотрительность для того, кого не волнуют мутные новообразованные узы с неизвестными последствиями!

– Точно, – голос Рамиса звучал уверенно, и я попробовала надеть и второй цилиндр, но он на пальце не держался.

– И как мне теперь снять первый? – несчастно спросила я.

Ренци, недолго думая, нацепил тот, что остался свободным, и у него получилось. Надеть, но не снять.

– И что нам теперь делать?

Никакого дискомфорта артефакт мне не доставлял, но вызывал опасения, как любой магический предмет, чье действие было мне неизвестно.

– Это проходят в магистратуре. Вы походите с этой штукой ещё годик, и я точно разберусь, – пошутил Рамис.

– Ренци, я разрешаю тебе прибить Дальтиго!

– Давно бы так…

– Эй, вы чего? – заволновался самопровозглашенный эксперт Седьмого факультета.

– Того, – скривилась я. – Мне не нравится, что придётся идти к лорду Натори.

– Зря, – осудил Рамис. – Он нормальный, когда не занят, не в бешенстве и не ректор. Последнее даётся ему особенно тяжело, но, кажется, скоро он снова вернётся ко двору.

– И оставит невесту? – изумился Ренци, который свою невесту преспокойно забыл сначала в столице, а потом в гостинице.

– Кристиан – порталист, – напомнил Дальтиго.

– Аргумент, – согласился Дориэн.

Рамис почесал затылок:

– Есть ещё вероятность, что эти штуки снимутся, когда закончится настройка.

– И долго ждать?

– Ну, не дольше жреческих старых суток.

– Это тридцать шесть часов, – прикинула я. То есть до экзамена мы от них не избавимся, если, конечно, кто-нибудь нам не поможет.

– Вроде того, чуть поменьше, но в целом так, – подтвердил Дальтиго.

Я прикидывала, как пока прятать это «украшение», уж слишком необычно оно выглядит. Перчатки подойдут далеко не всегда…

– О нет… – голос Дориэна отвлек меня от размышлений.

Я недоуменно посмотрела на него, затем проследила за его взглядом.

Посреди гостиной в воздухе зависли два вестника, полыхавшие красным, что означало наивысшую срочность.

Именно сейчас ректор желал нас видеть.

И немедленно.