Глава 135. Долгожданный ответ

– Фран? – с угрозой позвал меня Ренци, когда мое молчание затянулось.

– Ты же говоришь, что и так все чувствуешь, – елейно напомнила я. – Мол, я для тебя открытая книга. С какой стати мне отвечать? Или ты все-таки сомневаешься?

– Ты опять за свое? Нравится трепать мне нервы? – насупился он.

– Да! – честно признала я. – Прекрасное ощущение.

Не все же только Дориэну доводить меня?

– Фран, отвечай сейчас же! – потребовал он, пытаясь схватить меня за руку, но я отпрыгнула и показала ему язык, а потом припустила по коридору.

– Чаргетто, ты поплатишься! – погнался за мной Ренци.

Я взвизгнула и прибавила скорость, хотя и понимала, что догнать меня ему ничего не стоит. Правда, даже небольшая фора не сыграла мне на руку. Я успела добежать только до развила коридора, когда на моем пути возникло препятствие.

– Ой! – я влетела прямиком в Гвидиче, внезапно вывернувшую из-за угла. – Прости Покровителя ради!

– Я тоже хороша, – фыркнула Джемма, поднимая на лоб лабораторные очки. И я только теперь сообразила, что в ее внешнем виде показалось мне странным. Шикарное платье, в котором я наблюдала ее на балу, плохо сочеталось антимагическими перчатками и защитными очками. – Так торопилась на объявление результата экзамена, что по сторонам не смотрела. И вижу, все равно опоздала.

– Лорд Натори ускорил процедуру, – хмыкнул подошедший сзади Ренци и, поймав меня в объятия, шепнул на ухо: – Поймал.

– И? Судя по тому, что вы не расстроены, экзамен вам удалось сдать? Ну не томите!

– Мы сдали! Я первая в истории академии адептка, которая сдала экзамен раньше, чем попала на выпускную ступень, – широко улыбнулась я. На сердце у меня было легко, и казалось, что впереди меня ждет только хорошее.

Гвидиче запрыгала на месте, будто пятилетняя.

– Я знала, что вы справитесь! Когда буду навещать Дальтиго, обязательно ему расскажу.

– А что с ним? – напряглась я.

– Сотрясение, – отмахнулась Джемма. – было бы что сотрясать. Его уже выгнали из лазарета, но он изображает умирающего, чтобы Цецилия не отходила от него ни на шаг.

– А хороший способ... Надо взять на вооружение, – насмешливо протянул Ренци, разозлив меня. Я даже вспоминать не хочу, как сидела возле него, думая, что уже потеряла.

– Даже не думай! Если ты хотя бы чихнешь, я вызову твою мать!

– Эм… Я рассчитывал на другой эффект, – хмыкнул он. – Так и знал, что ты бессердечная.

– А ты почему в таком виде? – не утерпев, все-таки я пошла на поводу у своего любопытства.

Джемма вздохнула:

– Пострадавшие адепты в магическом плане поправляются очень медленно, может затянуться на несколько лет, и я надеюсь синтезировать ускоритель восстановления. Как раз перед балом запустила реакцию, и вот забежала проверить, что получается.

– И как? – было бы здорово, если бы у нее получилось. И хотя Ортия и Велия не вызывали у меня добрых чувств, как, впрочем, и Кантоцци с Милонсо, но это слишком жестоко. За мерзости они свое уже получили, а дознаватели не оставят и камня на камне от их обвинений и по головке за лжесвидетельство точно не погладят. Бамбола ничего не замышляла дурного, а Марино и Манчини ни в чем не участвовали вообще.

– Прогресс есть, – оптимистично ответила Гвидиче. – Думаю, рано или поздно у меня получится.

– Кстати, а что за руну оставили у Манчини? – вдруг спросил Ренци.

Я удивилась:

– Разве это еще имеет какое-то значение?

– Не люблю неясность. А мне непонятно, что Фосси хотел всем этим сказать? Просто запутать или что-то еще? Так что? Руна была?

– Да, была. Руна «дочь», – не стала скрытничать Джемма. Собственно, теперь в этом не было никакой тайны.

– Чушь какая, – фыркнул Дориэн. – Бессмыслица. Честь, цена, семь, марионетка, отрицание, ложь, дочь.

Гвидиче рассмеялась:

– Я уже говорила Франческе и повторю тебе: учите древнехвиссинский. Ты перечисляешь названия рун, если составить предложение по правилам, то получится: «Семь лживых марионеток лишены чести, и дочь заплатит». Ну все, ребята. Я за вас рада, но мне уже пора.

И она упорхнула в сторону кабинета ректора.

– И что означало послание Фосси? – я все равно не понимала. – Для него же было важным, чтобы все получилось. К чему эта показуха? Неужели он хотел, чтобы его остановили?

Дориэн усмехнулся:

– Это только в приключенческих романах злодеи искренне жаждут, чтобы их остановили. Что-то мне подсказывает, что все дело в задетом самолюбии мэтра. Сначала его гениальное предложение отвергли и высмеяли, потом сорвали план, а еще, как я слышал, его хотели попросить освободить должность по возрасту. Вот Фосси и хотел утереть всем нос. Мол, я вам все на блюдечке преподнес, а вы не справились. Мэтр был уверен, что ему никто не сможет помешать, но он нас недооценил, – Ренци потянул меня за руку. – Пойдем.

Мы шли, и я думала о том, что Натори и Фаджио, конечно, молодцы, но план Фосси пустила под откос всего одна маленькая неучтенная им деталь. Все рухнуло, потому что Ренци был на моей стороне. Без него бы я не справилась.

Я крепко сжала пальцы Дориэна, и почувствовала, как моего сердца коснулась теплая волна. Ректор был прав, за самое дорогое в жизни цена не имеет значения. Если все, что мне пришлось перенести – это плата за возвращение в мою жизнь Ренци, то я ни о чем не жалею.

Уже в покоях мой взгляд упал на коробку с вещами отца. Я вздохнула:

– Мы так и не узнали, что это за странные часы и как среди всего этого оказалась запонка…

Но Дориэна волновало совсем другое.

– Фран?

– М?

– Ты так и не ответила, – напомнил он.

– Неужели? – я округлила глаза в наигранном удивлении.

Не мог же Ренци всерьез опасаться моего отказа? Не после всего. Но его настойчивость так грела мою душу, что я продолжала его дразнить.

– Именно, – Дориэн притянул взял меня за руку и притянул к себе, и когда наши пальцы переплелись, я почувствовала, что один из них буквально сковало холодом. Тот самый палец, на котором был хранитель знаний. И метка на руке тоже как будто покалывало морозными иголочками.

– Ты чувствуешь? – мне стало немного страшно. – Артефакт?

– Да, – нахмурился Ренци. – Похоже, настройка закончилась.

Я хотела спросить, что дальше, но в этот миг из наших сердец вырвались серебристые лучи, они прошли насквозь наши тела, изогнулись дугой и устремились друг к другу, чтобы сойтись над нашей головой.

Вспышка от столкновения на миг ослепила, но когда в глазах прояснилось я увидела, что над нами разверзлась проекция. Какой-то манускрипт на древнелидванском, который я знала немного лучше чем древнехвиссинский, и если я ничего не путала, то…

– Это описание способа как собрать венец не используя накопитель в виде человека, – подтвердил Ренци. – Я половину не понимаю, это, видимо, формулы запретной магии.

– Я тоже могу перевести через слово, но могу точно сказать, что способ подойдет только Арицетти. То есть нам, – облизнув губы, я уставилась на Дориэна.

– Э нет! – он отпустил мою руку, и проекция растворилась. – Мы не пойдем сейчас к Натори. Пусть сначала найдут остальные семь звеньев венца. А сейчас у нас на повестке совсем другой вопрос. И если ты сейчас же мне на него не ответишь положительно…

Сердитый Ренци выглядел так мило, что я сама прижалась к нему.

– Я готова за тобой на край света, и если для этого надо выйти замуж, то я согласна.

– Ну наконец-то, – выдохнул Дориэн, подхватил меня на руки и понес в свою спальню.

Похоже, Ренци был прав. С внутренними дверями намного удобнее.