Глава 75. Детали всегда важны

– Получается, что среди адептов случайных жертв нет? – я вертелась перед зеркалом в новеньком платье, которое после подгонки село идеально.

Какое же оно красивое.

Я не удержалась и покружилась, чтобы полюбоваться тем, как всколыхнутся юбки.

Нежный цвет радовал мое сердце.

Ренци не отвечал, и я обернулась к нему, чтобы понять, в чем дело.

Дориэн смотрел на меня со странным выражением лица.

– Что-то не так?

– Ты впервые улыбнулась, – хмуро ответил он.

Моя радость немного увяла:

– У меня, знаешь ли, не так много поводов, – огрызнулась я.

Щека Ренци дернулась.

– Хочешь еще одно платье?

Похоже, мой напарник перегрелся.

– Будет достаточно, если ты перестанешь меня злить, – помрачнела я. – Или тебя раздражает, когда мне не плохо?

– Ну ты и скажешь, Чаргетто…

– Хватит пялиться, – осекла его я. – Иначе я подумаю, что новое платье хочешь ты. Так что? Я правильно поняла, что, зная с самого начала, кто пострадал во время покушения в резиденции, мы могли бы предположить, каким адептам угрожает опасность?

– Выходит, что так. И если бы мы могли быть уверены, что жертв планируется всего семь… На это указывает одна из рун. Но я бы на это не рассчитывал. Представь, всего семь рун, которые нам присылает преступник, подкладывая их на тела. И вот послание закончено, и что? Допустим, Фаджио не успеет вычислить злоумышленника, и что? Он вот так просто возьмет и остановится? Ах, да… У тебя еще не было курса по криминологии…

Я вытаращилась на Ренци:

– А у боевиков есть и такой курс?

– Факультативный, но ты же не собираешься его пропускать? Это полезнее, чем помолвки всякие… Если верить тому, чему нас учили, то будет и восьмая жертва. Чтобы понять, кто главная цель, у нас данных недостаточно.

Я наморщила лоб.

– В прошлый раз, главной целью был император, разве нет?

– Что-то тут не так… – засомневался Дориэн. – И даже, если в этот раз покушение будет на Кассиана, что вряд ли, согласись, есть что-то еще… Надо как следует поразмыслить над фразой, которая получается. И выяснить, каким боком тут замешан Русполли.

– И Монферо, – вставила я свои пять медяшек. Декан не давал мне покоя. Может, я была предвзята из-за того, как он со мной поступил, однако, моя интуиция буквально кричала, что нельзя сбрасывать его со счетов.

– И Монферо, – согласился со мной Ренци.

К нам подошла помощница Алессии и протянула мне приведенную в порядок ученическую мантию. Даже даль было скрывать новое платье под этой хламидой.

Впрочем, у нее были свои достоинства. Как минимум защитные свойства мантии мне сейчас весьма пригодятся. Я не думала, что Эрмина совершит еще одну попытку мне навредить прямо сегодня, но береженого Покровитель бережет.

Леди Лирди подошла с нами попрощаться.

– Кажется, стоит попробовать создать для ЗИМы форму поизысканнее, – прокомментировала она. – Она явно портит эффект и настроение.

Трудно было с ней не согласиться.

Ренци уже взялся за дверную ручку, когда Алессия вдруг добавила, глядя ему прямо в глаза:

– Эрмине лазурный ведь совсем не идет, правда?

Дориэн ничего не ответил. Он молча распахнул передо мной дверь, и мы покинули ателье, каждый погруженный в свои мысли.

До гостиницы, в которой остановилась Эрмина, было рукой подать, но мы не сговариваясь выбрали путь в обход, через малую площадь, ту саму, где был удивительный фонтан, не замерзавший даже зимой. Стихийники городского совета выложились на славу, и жители любили это место. Вот и сегодня здесь было полно народа. Бегали дети, швыряясь опавшей листвой, на лавочках дремали пожилые горожане, прогуливались парочки.

Ренци что-то взбрело в голову, и он, ухватив за руку, потащил меня к лотку со сладостями. Дориэн выбрал самое красивое зефирное пирожное и вручил мне.

– Ты опять улыбнулась, – прокомментировал он с видом ученого, узревшего необычный феномен.

– Это нормально, разве нет? – вредничая, ответила я.

– Улыбнись мне, – потребовал Ренци.

Мне было несложно, но он смотрел на меня так серьезно, что у меня не получалось. Синий настойчивый взгляд вызывал у меня волнение, никак не располагающее к улыбкам. Мне хотелось совсем другого.

Невозможного.

Чтобы Ренци был не Ренци, а я не была Чаргетто.

– Зачем тебе мои улыбки, между нами только напарничество, – попыталась я скрыть неловкость.

– Не знаю… Сам в замешательстве… Что-то такое всплывает, когда у тебя сначала приподнимается левый уголок губ…

Надо же. Надо будет посмотреть потом в зеркале.

– Забудь, – вдруг разозлился Дориэн и потащил меня дальше в своей привычной манере.

У крыльца гостиницы я предприняла последнюю попытку образумить Ренци.

– Давай я посижу в той кофейне, пока ты беседуешь с Эрминой. Поверь, так будет лучше. Вопросы, которые ты собираешься ей задавать и так создадут напряженность. Мое присутствие ее только усугубит.

– А ты, значит, предпочитаешь разряжать обстановку? – хмыкнул Дориэн.

– А зачем ее накалять?

– Затем, что ты уже никуда не денешься из моей жизни. Мы напарники, как минимум до итогов экзамена на выживание. Эрмине стоит смириться, принять это и не совершать больше глупостей, о которых я могу заставить ее пожалеть.

Он очевидно уперся, и мне было его не переубедить.

Смыться от него тоже не получится, Ренци крепко держал меня за руку. Так крепко, что мне казалось, будто мои перчатки истончились и пропускают тепло его ладони.

Устраивать же скандал я не умела, за что меня в свое время ругала тетя, которая считала, что это искусство настолько же важно, как умение держать себя в руках.

«Милая, умело используя эти два инструмента, ты всегда будешь получать то, что хочешь».

Увы, здесь я была нерадивой ученицей.

В отличие от Эрмины, которая, стоило нам с Ренци войти в комнату отдыха, где она нас ожидала, могла бы эту науку преподавать.

Если бы я не познакомилась с леди Лирди каких-то два часа назад, я бы сочла Эрмину неприлично красивой. Однако хоть она и обладала выдающейся красотой, Алессия ее затмевала, так что нового приступа комплекса неполноценности не последовало, хотя нравиться больше мне невеста Ренци не стала.

Ей хватило нескольких мгновений, чтобы поменять мило-благожелательное выражение лица на оскорбленно-надменное, стоило мне попасть в поле ее зрения.

– Зачем ты притащил с собой эту… Убери ее. Не хочу даже в одной комнате с ней находиться!

Такого приема даже я не ожидала.

Как только стало в академии стало известно, из какого я рода, я наслушалась предостаточно, однако говорить обо мне в моем присутствии в третьем лице?

Краска бросилась мне в лицо, я развернулась, чтобы покинуть комнату, но на моем пути оказался Ренци. Он не только загораживал мне, остановившись в дверях. Дориэн самым возмутительным образом не дал мне протиснуться мимо него. Он обхватил меня за талию прямо на глазах у Эрмины.

– Чаргетто уйдет только со мной. Ты настолько не рада меня видеть? – давно я не слышала от Ренци столь холодного тона. Пожалуй, со мной он так разговаривал лишь при первой встрече.

– Дор, это не смешно, – скривилась Эрмина. – Я проехала через всю страну не для того, чтобы ты привел ко мне свою… напарницу.

Последнее слово она словно выплюнуло, и было совершенно очевидно, что Столезе хотела сказать нечто погрубее.

Я снова дернулась, надеясь вырваться из хватки Ренци.

Вторая попытка провалилась ровно так же, как и первая.

– Я просил тебя не называть меня этой дурацкой кличкой, – Дориэн лишь сильнее прижал меня к себе.

– Ты находишь сейчас это важной темой для обсуждения? Обесчещенный род, нищий, неужели, легенда про приворот Чаргетто – это правда?

Я обернулась к ней. Я уже в который раз слышу про эту легенду. Что за приворот? В письме тете я спросила у нее и об этом, но, может, Эрмина расскажет прямо сейчас?

Однако Ренци осек ее:

– Не мели чушь. И откуда, спрашивается, ты уже знаешь, кто мой напарник?

Пауза перед ответом была настолько короткой, что я могла бы ее не заметить, если бы в этот момент не вглядывалась в лицо Столезе.

– Велия мне написала, – на мой взгляд, чрезмерно равнодушно пожала плечами Эрмина.

– Удивительное дело. Наверное, находясь под стазисом, больше нечем заняться, кроме как писать подруге о всяких глупостях, – усмехнулся Дориэн.

– Под стазисом? – Столезе слегка побледнела.

– А об этом Велия не сочла нужным упомянуть? Какая жалость, но ты на нее не обижайся, – продолжал язвить Ренци, – наверное, все дело в том, что она была без сознания. Так кто же тебе рассказал, Эрмина?

– Я не буду говорить при ней, – она отвернулась, всем своим видом демонстрируя, что это ее последнее слово.

– Может, тогда поговорим о покушении на Чаргетто? – лед в голосе Ренци, казалось, остужал все вокруг. Я поежилась.

– Я в своем праве, – огрызнулась Эрмина. Не оборачиваясь к нам, она налила воды в бокал. – Ничего бы с ней не случилось. Ну сломала бы руку или ногу, подумаешь…

Защита сработала раньше, чем я успела осознать, что происходит.

И это были не мои щиты.

Я смогла бы остановить хитрую атаку Столезе, но Ренци среагировал быстрее.

Тот самый подозрительный щит, который охватывал нас двоих, активировался, но на этот раз он не поглотил заклинание, а отзеркалил его. Я даже не успела разобрать, что это было. Точно не боевое, но вряд ли что-то приятное.

Стоящая к нам спиной Эрмина, похоже, не ожидала такого. Ее уберегла родовая защита. Я заметила, как вспыхнула вышивка на вороте нижней сорочки.

– Дор, ты на меня напал! – шокированно произнесла Столезе. Сжимая бокал побелевшими пальцами, он оглянулась на Ренци. – Из-за какой-то…

– Эрмина, ты не в своем праве, – отчеканил Дориэн. – Это МОЯ напарница. Только я имею право. Хоть волосок упадет с ее головы по твоей вине, и весь род Столезе пожалеет. Тебе очень не понравится в роли моей жены, если ты меня разозлишь. Это понятно?

Я воззрилась на Ренци, у меня в голове не укладывалось то, что он нес.

Как он мог так разговаривать со своей невестой?

Даже если это не было помолвкой по любви, но все же имеет свой предел?

Бледные щеки Эрмины украсились красными пятнами.

– Понятно, – процедила она.

– Это радует. Может, у тебя еще хватит сил запомнить, что называть меня «Дор» не стоит.

– Я попробую, – ядовито отозвалась Столезе. – Что-то еще?

– Ну, конечно, – в тон ей ответил Ренци. – Я протащился через весь город не для того, чтобы тренировать твою память. Расскажи мне по Русполли.

У Эрмины сдали нервы.

Она швырнула бокал в стену, осколки брызнули в разные стороны, а на ткани, которой были обтянуты стены комнаты, расползлось мокрое пятно.

– Ты собираешься и дальше унижать меня при ней?

– Ты сама задала настроение этой беседе, Эрмина.

Столезе вздернула подбородок.

– Может, тебе развяжет язык тот факт, что Велия оказалась под стазисом в результате нападения? Став второй жертвой, она в своем неромантичном беспамятстве присоединилась к первой – Ортии. Обе они поддерживали общение с Русполли. Думаешь, ты избежишь подобной участи? Выкладывай.

– Тебе не понравится то, что ты услышишь, Дор… иэн, – Эрмина нарочно продолжала злить Ренци.

Словно пыталась добиться от него человеческих эмоций, но, к моему удивлению, в отличие от наших перепалок, он был крайне хладнокровен. Злость его была того же толка, какого и тогда, когда он ставил на место моих одноступенников, начавших травлю.

В сторону Эрмины больше чувствовалось раздражения, чем чего-либо иного.

Единственное, что его пробивало, так вот это «Дор».

И что с ним не так?

Дориэн не самое удобное имя, чтобы выдумать нечто ласковое. Не «Ори» же его звать…

Ори!

Воспоминание обрушилось на меня целиком в одно мгновение.

В долю секунду у меня перед глазами пролетели картины прошлого.

Это было для меня слишком.