Глава 5

В бальном зале по-прежнему царила веселая суматоха, перемежаемая чьими-то радостными возгласами и громкой музыкой.

Дарриэль вел меня вперед твердо и уверенно, но я все-таки замедлила шаг. Почувствовав это, он с удивлением посмотрел на меня.

— Все в порядке, леди Квинси? — спросил с легкой ноткой беспокойства.

— Да, просто… — Я невольно обернулась и посмотрела назад.

Подумать только, комната, где умерла Вейда, совсем рядом! А тут люди продолжают смеяться и танцевать, не подозревая, какая трагедия произошла всего в нескольких шагах от них.

Дарриэль продолжал выжидающе смотреть на меня, и я неохотно добавила:

— Простите, это глупо, наверное. Но так странно. Бедняжка Вейда и представить себе не могла, что этот вечер завершится для нее таким образом. Ужасная несправедливость! А остальные по-прежнему беззаботно проводят время…

Замолчала, осознав, как сбивчиво и несвязно прозвучали мои слова.

Наверняка верховный маг сейчас поднимет меня на смех.

Но вместо этого Дарриэль вдруг накрыл своей ладонью мою руку. Сжал пальцы, словно пытаясь приободрить меня.

— Эйган был прав, вам надо отдохнуть, — сказал с искренним сочувствием. — Простите, что заставил вас вернуться. Но обещаю, что позволю вам уйти, как только это не будет вызывать подозрений.

— Спасибо, — негромко поблагодарила я.

Наверное, я и впрямь переоценила свою выдержку. Но от слов Дарриэля, произнесенных таким теплым и ласковым голосом, глаза как-то подозрительно увлажнились, и я торопливо отвела взгляд.

Вот только разрыдаться мне в присутствии верховного мага Озранда не хватало! Ивори, соберись! Вспомни, что ты прирожденная Квинси, пусть семья и считает тебя позором рода. Если верить многочисленным свидетельствам очевидцев, твоя знаменитая прабабка не плакала даже по дороге на костер. Напротив, держалась с невозмутимостью и честью, и не подумав молить короля о пощаде. Не плакала и ее дочь, всего пяти лет отроду, которую вынудили наблюдать за казнью матери. А ты переживаешь из-за смерти какой-то там девицы, которую знала-то меньше часа.

Неожиданно я осознала, что пауза как-то странно затянулась. Дарриэль не торопился продолжить свой путь. И я вдруг ощутила, как он легонько прикоснулся к моему подбородку. Растерянно подняла голову и быстро-быстро заморгала, уставившись в его непроницаемые глаза, полные синего пламени.

Опять почудилось, будто Дарриэль хочет поцеловать меня. Как-то вдруг его губы оказались так близко от моих, что сердце сжалось в восторженном ужасе предвкушения. И я сама не понимала, чего хочу больше: отпрянуть или же податься навстречу мужчине.

— За что вас исключили из академии?

Увлеченная своими эмоциями, я не сразу поняла, что Дарриэль обращается именно ко мне. Хотя это было глупо, потому что рядом с нами по-прежнему никого не было. Но в ушах рвано и гулко отдавался отчаянный пульс, поэтому я не услышала его вопрос, а, скорее, прочитала по губам.

— Леди Квинси, за что вас исключили из академии? — улыбнувшись одними уголками рта, повторил Дарриэль, наклонившись еще ниже.

Потянулся было убрать мне за ухо выбившуюся из прически прядь волос, но я резко отступила назад.

Все волшебство момента растаяло, словно и не было никогда.

Неужели верховный маг считает, будто я влюбилась в него? Но, по-моему, я не давала ему оснований для подобных выводов!

«Ивори, обычные человеческие эмоции не должны иметь над тобой власти, — Сухой голос матери так отчетливо прозвучал в моей голове, что я невольно вздрогнула. — Не забывай, что ты Квинси! Любовь, страсть, желание и тому подобная чепуха — делают нас слабыми и уязвимыми. В пылу чувств так легко выставить себя в глупейшем свете. Поэтому не теряй голову ни при каких обстоятельствах».

В глазах Дарриэля зажглись досадливые огоньки после моего резкого маневра. Более того, от мужчины упругой волной ударила не злость, а какое-то обиженное удивление, как будто он не ожидал от меня подобного. Но я лишь повыше вскинула подбородок и негромко сказала:

— Простите, лорд Тиррольд. Но мне неприятно вспоминать о моем исключении. При желании вы можете ознакомиться с документами. Полагаю, лорд Трибальд Арчейн, который, как вам прекрасно известно, является деканом общего факультета первой ступени обучения, без проблем удовлетворит ваше любопытство.

— Лорд Трибальд Арчейн, стало быть, — с какой-то непонятной интонацией протянул Дарриэль.

Открыл было рот, желая добавить еще что-нибудь, но в последний момент передумал. Еще пару секунд напряженно вглядывался в мое лицо, как будто ожидал, что я передумаю. Но затем дернул кадыком и вновь предложил мне руку.

На этот раз мы вошли в бальный зал не через главный вход, где недвижимой статуей застыл церемониймейстер, объявляющий о прибытии на торжество новых участников, а через один из боковых. Но все равно я почувствовала всплеск общего удивления.

Впрочем, ничего удивительного. Насколько я поняла, Дарриэль Тиррольд является лакомой добычей для местных прелестниц. Поэтому любое его появление будет отслеживаться.

— О, лорд Тиррольд! — Одна из ближайших дам в изысканном пепельно-розовом шелковом наряде, тут же подскочила к нам. Взволнованно приложила руку к сочной груди, которая бурно вздымалась в декольте, и защебетала: — Скажите, пожалуйста, с бедняжкой Вейдой все в порядке? Мы все так переживаем за нее.

Правда, даже не будь я эмпатом, и то ощутила бы нескрываемое злорадство, прозвучавшее в тоне светловолосой девушки.

— Леди Торн вряд ли сегодня вернется на бал, — уклончиво отозвался Дарриэль. — Она себя слишком… э-э… неважно чувствует.

— А что с ней?

В едином вопросе слилось сразу несколько голосов. И я обнаружила, что нас плотно обступила стайка девушек, каждая из которых то и дело томно вздыхала, бросая на верховного мага воистину плотоядные взгляды.

— Прошу меня извинить, но вопросы чужого здоровья я не обсуждаю, — непреклонно отрезал Дарриэль.

— Какой вы строгий! — восхищенно вздохнула та же особа, которая первая подошла к нам. И тут же без паузы деловито осведомилась: — Позвольте пригласить вас на танец? Сейчас будет вальс. Все при дворе знают, что о таком партнере, как вы, можно только мечтать.

— Извините, но все мои сегодняшние танцы уже обещаны, — усмехнувшись, сообщил Дарриэль.

Обещаны?

А в следующее мгновение ладонь Дарриэля как-то очень по-хозяйски расположилась на моей талии. Другой рукой он перехватил мою и прижал ее к своей груди, лукаво добавив:

— Не правда ли, леди Квинси?

Наверное, стоило возмутиться от такой бесцеремонной наглости. Но я настолько растерялась, что просто не успела придумать достойный ответ. По залу вдруг полились первые аккорды музыки, и Дарриэль настойчиво потянул меня на середину зала.

— У вас оригинальная манера приглашать на танец, — все-таки фыркнула я.

— Но она ведь сработала, не так ли?

Как оказалось, неизвестная мне блондинка не солгала. Вальсировал Дарриэль и впрямь прекрасно. Он с такой властной и в то же время нежной уверенностью вел меня в танце, что очень скоро все недовольство от его самоуправства растаяло без следа. А еще через неполную минуту я неожиданно осознала, что улыбаюсь. От души и искренне улыбаюсь, совершенно позабыв об ужасной смерти Вейды.

Ладонь Дарриэля, лежавшая на моей спине, была настолько горячей, что я чувствовала это даже через плотную ткань платья. Взгляд синих глаз, в которых плескалось неподдельное восхищение, опьянял лучше любого вина. Мир вокруг словно исчез, растворился в небытии. На всем целом свете осталось лишь двое: я и верховный маг. А еще мягкая плавная музыка, словно качающая меня на своих волнах.

— Почему вы так не любите говорить о своем исключении из академии?

Дарриэль задал вопрос очень тихо, прижав меня к себе гораздо плотнее, чем того требовали правила этикета. Да что там, я почти почувствовала прикосновение его губ к мочке своего уха. Лишь каким-то чудом не перепутала после этого шаги, прекрасно осознавая, что на нас смотрит сейчас, пожалуй, весь зал.

— А почему вас так это интересует? — сердито ответила вопросом на вопрос.

— Потому что, леди Квинси, вы, пожалуй, один из сильнейших эмпатов, которых я встречал в своей жизни, — на удивление серьезно проговорил Дарриэль. — И это с учетом того, что вы не прошли инициации, то бишь, используете свой дар в лучшем случае на треть. Я просто не понимаю, по какой причине такого самородка могли выгнать из академии. Что такого ужасного вы натворили?

— Я уже сказала, что этот вопрос лучше адресовать лорду Арчейну, — огрызнулась я. — Он принимал решение о моем исключении.

— Я бы с превеликой радостью расспросил его, — спокойно сказал Дарриэль. — И поверьте, он выложил бы мне всю правду как на духу. Да только вот беда — лорда Арчейн умер где-то пять месяцев назад. И что-то мне подсказывает, что это произошло сразу после того, как вы покинули Родбург.

Умер?!

Я потрясенно ахнула от этой новости. И все-таки перепутала шаги, едва не споткнувшись. Положение исправил Дарриэль, который ловко крутанул меня вокруг оси. Мы вновь заскользили по паркету в вальсе.

— Вы не знали об этом.

— Понятия не имела! — прошипела я. Возмущенно добавила: — Уж не думаете ли вы, что я причастна к его смерти?

— Честно говоря, до сегодняшнего дня я был абсолютно уверен в том, что в смерти Трибальда не было ничего загадочного или преступного, — после короткой паузы проговорил Дарриэль. — И, только между нами, не особо горевал о нем. Что скрывать, тип он был премерзостный. Но друзей в высшем свете у него хватало, поэтому снять его с поста декана не представлялось возможным. Да, придирок к его работе было с избытком, но всех этих недочетов недоставало, чтобы компенсировать тот скандал, который неминуемо разразился бы после его отстранения. Подумаешь, пьет без меры. Подумаешь, берет щедрую мзду с родителей богатых оболтусов, для которых диплом академии — красивая бумажка и лишний повод похвастаться перед знакомыми и родственниками. Но двери академии для бедных студентов он не закрыл. Приударял лишь за теми девицами, которые и сами были не прочь закрыть сессию благодаря красивым глазкам, а не знаниям. Да и в общем-то особо не лез с ненужными распоряжениями и советами в работу преподавателей, чей слаженный костяк сложился задолго до его прихода на эту должность. Поэтому его терпели на этом посту. Подыскивали, конечно, замену, но без должного рвения и спешки.

После чего замолчал, вновь весь сконцентрировавшись на танце.

Я хмурилась, обдумывая услышанное. Вальс уже не приносил мне того удовольствия, что в начале. Напротив, музыка отвлекала, не давала сосредоточиться. Поэтому я даже обрадовалась, когда раздались финальные аккорды.

Дарриэль мягко подвел меня к дальней стене, где толпилось меньше всего народа. Галантным поклоном поблагодарил меня за танец, и я рассеянно кивнула ему в ответ, по-прежнему размышляя о незавидной участи лорда Арчейна.

— Так из-за чего умер лорд Арчейн? — спросила я Дарриэля, машинально приняв из его рук бокал с шампанским.

— Леди Квинси, ну не здесь же обсуждать подобное. — Дарриэль укоризненно цокнул языком и выразительно покосился на очередную девушку, которая весьма целеустремленно спешила к нам.

— Вижу, что при дворе вы пользуетесь огромной популярностью, — не удержалась я от ехидного замечания.

Дарриэль лишь обескураженно всплеснул руками, словно говоря — я не виноват, так уж получилось.

— И что вы предлагаете в таком случае?

— Почему бы нам не прогуляться? — спросил Дарриэль. — Погода сегодня просто замечательная. Полагаю, вы еще не успели оценить красоту королевского сада. Я с превеликим удовольствием проведу для вас небольшую экскурсию по нему.

— А… — начала было я, но в этот момент грянул торжественный марш.

Девушка, которая почти достигла нас, от испуга аж присела. Растерянно зарыскала глазами вокруг.

— Встречайте его величество короля Озранда Эйгана Второго! — раздался громкий возглас церемонийместера.

Одновременно с этим Дарриэль весьма бесцеремонно подхватил меня под локоть и настойчиво потащил к одному из боковых коридоров.

— Быстрее, быстрее, леди Квинси! — поторопил он меня, видимо, почувствовав, как от неожиданности я принялась упираться. — Зуб даю, Эйган первым делом подойдет к нам. И придется остаток вечера провести рядом с ним, попутно отбиваясь от настырных девиц, жаждущих пригласить меня или его на танец.

Мгновение, другое — и мы покинули бальный зал. А еще через несколько минут услужливый стражник распахнул перед нами огромные дубовые двери, за которым начиналась свобода.

Первым делом я вздохнула полной грудью. Как и говорил Дарриэль, ночь была просто чудесной. На черном бархате неба таинственно перемигивались огромные бриллианты льдистых звезд. Полная луна, чуть поддернутая по краям дымкой, повисла прямо над вершинами деревьев. Ее призрачный свет отражался в спокойной воде небольшого прудика, к которому от высокого каменного крыльца сбегала дорожка из мраморных плит. Желтые пятна магических фонарей, скрытых в глубине парка, подсвечивали листья и траву, создавая причудливую иллюзию игры теней.

— Пойдемте? — Дарриэль с улыбкой предложил мне руку. Но на сей раз не сгиб локтя, как было положено правилами этикета. Он крепко сжал мою ладонь, как будто боялся, что я могу убежать. Но я не стала протестовать. Напротив, это почему-то давало мне странное чувство полной защищенности.

Молча мы спустились со ступеней. Я блаженно щурилась, чувствуя в воздухе сладкий аромат каких-то ночных цветов. После шумного и душного зала казалось, будто я угодила в настоящую сказку.

— Вы очень близки с его величеством, — наконец, проговорила я, осознав, что пауза несколько затянулась.

— О да. — Дарриэль чуть замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. Взглянул на меня и строго сказал: — Леди Квинси. Я, конечно, не верю, что вы причастны к смерти бедняжки Вейды Торн. Но на всякий случай хочу предупредить, учитывая бурное мятежное прошлое вашего рода. Если я узнаю, что вы замыслили нечто дурное по отношению к Эйгану — то я вас уничтожу. Не моргнув и глазом при этом. Потому что он мне как брат. Нет, он мне больше чем брат.

В душе шевельнулась обида. Значит, Дарриэль все-таки допускает мысль, что я могу представлять угрозу королю.

— Между прочим, я на бал не напрашивалась, — ответила, пожалуй, чуть резче, чем требовалось. — И я могу покинуть дворец хоть сегодня, сейчас, если вы меня в чем-нибудь подозреваете!

— Не обижайтесь, — мягко попросил меня Дарриэль. — Как говорят, береженого и демоны десятой дорогой обходят. Я не такой параноик, как Филипп, но согласитесь — ваш род сильно отличился в прошлом.

— Мой род… — протянула я.

Как-то вдруг вспомнилось, как я глотала слезы, спешно заталкивая вещи в сумку после злосчастного скандала с матерью. Как мне в спину неслось гневное — не моя кровь!

Да уж. Поневоле задумаешься о злой насмешке судьбы. Для обычных людей я что-то вроде воплощения древнего зла, темная ведьма, не знающая пощады. А для своей родной семьи — настоящий позор рода.

— Давайте сыграем в игру, — внезапно предложил Дарриэль, с легкой снисходительной улыбкой наблюдая за мной.

— Какую же?

— Очень простую. — Дарриэль пожал плечами. — Откровенность за откровенность. Я отвечаю на любой ваш вопрос, а вы — на любой мой. Честно и подробно.

Улыбка еще играла на губах верховного мага. Но взгляд вдруг стал цепким и внимательным. И, смутившись, я невольно опустила глаза. Подняла ко рту бокал с шампанским, который до сих пор держала в руках. Но опять не пригубила его, просто посмотрела на Дарриэля через почти выдохшиеся игристые пузырьки.

— А давайте, — с неожиданной даже для себя смелостью ответила я. — Полагаю, как мужчина вы уступите право первого вопроса мне.

— Естественно. — Дарриэль благосклонно кивнул. Продолжил говорить, не дожидаясь моего вопроса: — Как я уже сказал вам ранее, в смерти лорда Трибальда Арчейна никто не заподозрил ничего дурного. Вы знаете, что он злоупотреблял алкоголем. В одно не очень прекрасное утро он не вышел на завтрак. В принципе, в этом не было ничего удивительного. Трибальд частенько засиживался до самого поздна с бутылкой-другой вина. Порой засыпал прямо за столом, не в силах добраться до кровати. Это было настолько обычное дело, что в его доме всегда держали большой запас отрезвляющего порошка. Но на сей раз спасительное зелье оказалось бессильно. Когда слуга открыл дверь кабинета, то увидел своего хозяина на полу. Тело уже окоченело, поэтому звать целителя было бессмысленно. Судя по всему, Трибальд в очередной раз набрался спиртным. Встал, желая идти в спальню, но споткнулся, или же его не удержали ноги. И он на редкость неудачно упал, виском ударившись прямо об угол стола. — Сделал паузу, подарив мне еще один долгий изучающий взгляд. Но я помалкивала, поэтому он добавил: — Собственно, именно к такому выводу пришла полиция, которую вызвали на происшествие. Лорд Арчейн занимал высокое положение, поэтому расследование было проведено очень тщательно. Я лично ознакомился с результатами вскрытия его тела. Никаких ядов. Никаких остаточных чар. Никаких следов борьбы или подозрительных синяков. В той части города, где располагался его дом, ночью не было зафиксировано никаких загадочных всплесков энергии. А вот алкоголя в крови Трибальда и впрямь хватало с избытком. Поэтому и было озвучено, что он погиб в результате несчастного случая.

— Большое спасибо за столь подробный рассказ, — вежливо поблагодарила я. С лукавой усмешкой заметила: — Однако, лорд Тиррольд, позвольте напомнить, что я не спрашивала о судьбе бедолаги. Точнее, спрашивала, но до того, как мы договорились об игре на откровенность. Получается, у меня осталось право на первый вопрос. Не так ли?

Дарриэль явно не ожидал от меня такого. Он недоуменно сдвинул брови, а в синих глазах жарко полыхнуло недовольство. Но почти сразу он весело рассмеялся, хотя и с некоторым принуждением.

— Туше, леди Квинси! — признал он, отсалютовав своим бокалом. — Вы поймали меня. Ну что же, сам виноват. Никто за язык не тянул. Так что вы хотели у меня узнать?

Я задумчиво провела подушечкой большого пальца по кромке хрустального фужера. На самом деле, больше всего меня интересовали, конечно, обстоятельства гибели лорда Арчейна. Но Дарриэль дал мне такую удачную возможность подловить его, что я просто не могла этим не воспользоваться.

— В чем причины вашей взаимной неприязни с лордом Греем? — наконец, спросила я. — Честное слово, на какой-то миг мне почудилось, что вы вот-вот вцепитесь друг другу в горло. Как-то это странно. Вы — верховный маг. Он — глава Тайной Канцелярии. У вас ведь общее дело: защита его величества.

— На всякий случай скажу, что в случае серьезной угрозы безопасности короля или страны, мы с Филиппом в один миг забудем все наши разногласия и выступим единым фронтом против врага, — строго проговорил Дарриэль.

Сердце легонько екнуло от сурового тона верховного мага. В его словах чудился откровенный намек: мол, милочка, даже не надейся сыграть на нашей неприязни друг к другу. Получается, все-таки не верит мне.

А впрочем, почему он должен мне верить? Мы знакомы-то меньше суток. Да и у Дарриэля, можно сказать, профессия такая — в любом видеть потенциальную угрозу для короля и быть готовым отразить ее.

— Это не ответ на мой вопрос, — мягко отметила я, заметив, что Дарриэль по какой-то причине не торопится продолжать.

Верховный маг сдвинул брови. Одним глотком осушил бокал и поставил его на скамейку рядом.

— Филипп злится на меня за мою любовную интрижку с его племянницей, — наконец, неохотно выдавил он. — Нет, не подумайте, что все происходило за его спиной. Напротив, более чем уверен, что Кейси получила полное одобрение и благословение на свои активные действия по моему обольщению…

— Обольщению? — не выдержав, с сарказмом перебила я его. — О, лорд Тиррольд. Это так мило. Это звучит так, как будто вас обманом соблазнили и бросили после первой же ночи.

А вот теперь пламя в синих глазах мага полыхнуло еще яростнее. Тьма в его зрачках словно запульсировала в такт моему сердцу, и я лишь каким-то чудом не попятилась.

— Забавно, — буркнул себе под нос Дарриэль. — Леди Квинси, вы выглядите такой невинной и беззащитной. Но при этом так точно и безжалостно наносите удары своими словами. Пусть вы и не обладаете магической силой знаменитых предшественниц, но в ваших жилах совершенно точно течет кровь ведьм рода Квинси.

— Даже не знаю, комплимент это или угроза.

Я пожалела о своей фразе сразу же, как она сорвалась с моего языка. Лорд Тиррольд вдруг шагнул ко мне. Звяк — и бокал, к которому я так и не притронулась, выпал из моих ослабевших пальцев, а Дарриэль не больно, но крепко схватил меня за руки.

— Как бы то ни было, но я удовлетворил ваше любопытство, — без намека на вопрос проговорил он. Его большие пальцы словно невзначай опустились на мои запястья, как будто он пытался нащупать мой пульс. — Филипп ненавидит меня за то, что я расстался с Кейси. Понятия не имею, почему он так жаждал породниться со мной. Но факт остается фактом. — Тут же без перерыва добавил: — А теперь моя очередь. Так по какой причине вас исключили из академии?

Я знала, что он задаст именно этот вопрос. Знала, что и столь своеобразную игру Дарриэль затеял только с этой целью.

Ну что же, господин верховный маг. Слушайте. Мне скрывать нечего.

— Лорд Арчейн сказал, что я самым наглым образом нарушила правила академии, — проговорила я, прикладывая все усилия, чтобы мой голос звучал сухо и без эмоций. — Он… По его словам…

Запнулась, все-таки не в силах совладать с давно пережитой, но, как оказалось, так и не забытой обидой.

Перед внутренним взором опять встал кабинет декана, а в ушах словно зазвучал его издевательский голос.

— Леди Квинси. — Слова декана будто сочились ядом. В кабинете было душно и жарко, но меня била крупная холодная дрожь. — Подумать только, потомок столь знаменитого рода — и оказалась замешанной в такой грязный скандал. А еще девушка. Сколько вам лет? Двадцать? Двадцать один? Где же ваше хваленое воспитание, где гордость и честь, в конце концов?

— Простите, лорд Арчейн, — набравшись отваги, пискнула я. — Но я, право слово…

— Молчать!

Окрик словно ударил меня наотмашь, а лорд Арчейн отодвинул кресло и принялся выбираться из-за стола.

Было очевидно, что сегодня он успел принять на грудь немало алкоголя. На это недвусмысленно указывала пустая бутылка вина, небрежно отставленная в сторону. Но куда яснее о состоянии декана говорило то, как опасно его качнуло, когда он наконец-то поднялся во весь рост.

— Уф! — Тяжело дыша, Трибальд схватился за край стола. Пару секунд простоял так, тряся головой, словно силясь прийти в себя. Затем вновь выпрямился и, чуть пошатываясь, подошел ко мне.

Прямо в лицо мне ударил кислый запах застарелого пота и перегара.

— Вчера вечером комендант мужского общежития обнаружил вас в одной из комнат вместе с три парнями, — процедил Трибальд и похабно ухмыльнулся. Вкрадчиво добавил: — Причем в весьма и весьма двусмысленной ситуации. Вы сидели на коленях у одного из них и целовались со всеми тремя по очереди.

— Этого не может быть! — потрясенно пробормотала я, отказываясь верить своим ушам.

— Вы были пьяны, — сурово припечатал меня Трибальд. Вздохнул и добавил чуть мягче: — Леди Квинси, я понимаю. Все мы были молоды, все мы совершали ошибки. Поэтому вас просто отвели к себе в комнату проспаться.

Я молчала, прижав ладони к горящим от стыда щекам.

Неужели это правда? Неужели это все было на самом деле? Но где в это время был Адриан? Почему он допустил все это?

— Ивори, — вдруг протянул Арчейн.

Я широко распахнула глаза, услышав из уст декана свое имя. А затем его рука опустилась на мою талию. Не задержавшись там, фривольно провела по бедру в собственническом жесте.

— Что вы себе позволяете? — выдохнула я, попытавшись отпрянуть.

— Да брось, детка! — Лицо обдало неприятное чесночное дыхание Трибальда, и он с силой прижал меня к себе, облапав чуть ниже поясницы. — Ты же хочешь этого. Хочешь познать все радости плотской любви, что доказала эта ситуация. Только зачем тебе какие-то сопляки? Поверь, опытный взрослый мужчина даст тебе гораздо, гораздо больше. Тебе понравится, обещаю.

— Отпустите меня! — прошипела я, упершись руками ему в плечи и изо всех сил стараясь оттолкнуть.

— И не подумаю. — Трибальд показал в усмешке все свои желтоватые зубы. — Детка, да хватит ломаться. Будь ко мне чуть-чуть поласковее — и я забуду про вчерашнее печальное происшествие. А то ведь я могу и выгнать тебя.

После чего смешно сложил губы трубочкой и потянулся ко мне, явно желая поцеловать.

От гнева в глазах аж потемнело. Хрясть — и ладонь заныла, отбитая о щеку декана.

Тот отпрянул, неверяще прижав руку к месту удара.

— Да ты… ты… — пробормотал он. Взревел, недвусмысленно сжав кулаки: — Пошла прочь, мерзавка! Немедленно! Выметайся куда подальше! Чтобы ноги твоей не было в академии! Иначе все — слышишь? — все узнают о том, что ты спишь с другими студентами за деньги!

— Спишь за деньги?

Я растерянно моргнула, услышав изумленный вопрос от Дарриэля. Испуганно охнула, осознав, что выложила ему все, как на духу.

Как ни странно, но верховный маг смотрел на меня с нескрываемым сочувствием. Его щека нервно дергалась, а губы были сжаты так крепко, что превратились в две бескровные линии.

— Леди Квинси, но вы ведь понимаете, что Трибальд блефовал? — спросил он. — Простейшая проверка ауры показала бы, что вы невинны. Это лучше любых фактов доказало бы ложь декана.

— Знаете, в тот момент мне было не до логических рассуждений, — честно сказала я. — Я… Я очень испугалась. Как ни крути, но я ударила декана. Да за одно это меня выгнали бы из академии. К тому же я очень боялась, что вся эта история станет достоянием общественности. Это все… Стыдно и мерзко. Поэтому я бегом вернулась в общежитие, побросала вещи в сумку и съехала в один из постоялых дворов. А на следующее утро туда пришло письмо о том, что я исключена за нарушение правил академии. Естественно, я не стала возвращаться и требовать объяснений. Потому как понимала, какие ушаты грязи на меня после этого выльются. — Тяжело вздохнула и негромко завершила: — Я боялась, лорд Тиррольд. Понимаете? Боялась! Боялась, что мои сокурсники поднимут меня на смех. Что каждый встречный и поперечный будет тыкать в меня пальцем и обсуждать мое неприличное поведение. В официальном уведомлении причина моего исключения была описана крайне размыто и без лишних деталей. И меня это вполне устроило. Потому как если бы я потребовала публичного разбирательства, то Трибальд обязательно выставил бы на суд общественности всю эту отвратительную историю.

— Ваш страх я как раз понимаю, — медленно протянул Дарриэль. — В вашем возрасте столкнуться с подобной тщательно распланированной инсценировкой и провокацией и впрямь смерти подобно.

Я немного приободрилась от слов верховного мага. Стало быть, он тоже считает, что меня исключили несправедливо.

— Леди Квинси, в Родбурге много постоялых дворов, — медленно протянул тем временем Дарриэль, продолжая сосредоточенно хмуриться. — Вы не задумывались над тем, почему письмо так быстро попало по нужному адресу?

— Задумывалась, — честно ответила я. — Но… Видите ли, перед своим бегством из общежития я оставила записку Адриану. Пожалуй, я считала его единственным другом в академии. И только он мог мне рассказать, что на самом деле произошло в тот злополучный вечер. Я очень, очень хотела с ним встретиться и обсудить все произошедшее! Я не верила, не могла поверить в то, что он бросил меня на произвол судьбы. Тем более если я и в самом деле перебрала вина. Он бы никогда так не поступил! К сожалению, я его так и не нашла. Поэтому оставила свой адрес и просьбу поскорее встретиться со мной.

— Как полагаю, он так и не пришел.

Я растерянно всплеснула руками.

Да, все говорит о том, что Адриан был в сговоре с людьми, задумавшими опорочить меня и выгнать из академии. Мой загадочный провал памяти начался после бокала вина, который именно он мне и преподнес. Но… Я все никак не могла поверить в это.

— Я знаю, что вы думаете, будто Адриан причастен к этому, — глухо сказала я. — Но я три года считала его своим лучшим другом. И за три года я ни разу не почувствовала от него ни малейшего намека на ложь или притворство. Невозможно так долго обманывать эмпата.

— А я не сказал, что он вас обманывал. — Дарриэль меланхолично пожал плечами. — Возможно, паренька использовали втемную. Скорее всего, он и сам не догадывался, что происходит. А когда понял — было уже поздно что-нибудь исправлять. — Запнулся, прикусив нижнюю губу, после чего задумчиво протянул: — Но тогда непонятно, почему он с вами все-таки не встретился.

Я промолчала. Лорд Тиррольд еще неполную минуту смотрел на меня, как будто ожидал, что я что-нибудь добавлю к рассказанной истории. Затем, осознав, что продолжения не последует, напоследок крепко сжал мои руки в своей хватке и отпустил меня. Сделал шаг назад, а после и вовсе развернулся, невидяще уставившись на гладкую поверхность спящего ночного пруда.

— Вы думаете, это все было подстроено? — спросила я в спину верховного мага.

Ответа не было так долго, что я решила, будто его не последует вовсе. Но вдруг услышала негромкое:

— Думаю ли я так? О нет, я в этом уверен. Другой вопрос, кому и зачем это понадобилось.

— Кстати, от Адриана у меня остался подарок. — Я подняла правую руку, на запястье которой в лунном свете тускло блеснула тонкая цепочка браслета. — Он подарил мне его на мой прошлый день рождения.

Дарриэль заинтересовано глянул на меня. Требовательно прищелкнул пальцами, и я без лишних вопросов расстегнула браслет, после чего протянула ему.

— Быть может, получится найти Адриана по этой вещи? — поинтересовалась я.

Дарриэль вдумчиво разглядывал цепочку, лежавшую у него на ладони. Затем резко сжал ее в кулак и сосредоточился.

Рука верховного мага окуталась легким голубоватым свечением, которое медленно, но верно набирало интенсивность.

Я вдруг насторожилась.

В окружающем мире, казалось, ничего не изменилось. По-прежнему светила луна, по-прежнему тихонько плескалась вода в пруду, по-прежнему где-то тоненько свистела какая-то ночная пичуга, а листва деревьев над нашими головами о чем-то негромко шелестела. Но…

Это было тяжело объяснить. До сего момента я не улавливала эмоций Дарриэля. По всей видимости, он учел свои предыдущие ошибки и при разговоре со мной не снимал ментального щита. Однако неожиданно от него повеяло не просто обеспокоенностью. О нет. Я совершенно отчетливо почувствовала, как верховного мага внезапно захлестнула волна удушающей тяжелой паники. Эти эмоции были настолько яркими и живыми, что на какую-то секунду я словно перенеслась в тело Дарриэля.

Браслет.

Ладонь словно обожгло холодом скользкого гибкого змеиного тела. Кожа налилась зудом от ядовитого прикосновения чешуи. Браслет оживал под чарами верховного мага. И не просто оживал — а превращался в самую гадкую, самую мерзкую, самую смертоносную вещь на свете.

— Дарри… — в испуге выдохнула я, не сразу сообразив, что назвала верховного мага сокращенным именем, как совсем недавно король.

Чары теперь окутывали Дарриэля полностью, с головы до ног. В глубине синих искр то и дело пробивались грозные багрово-черные всполохи огня. И я не сомневалась, что это не сулит ничего хорошего для мага.

«Браслет, Ивори, браслет, — вновь раздался в голове хорошо знакомый голос Дарриэля. — Сделай так, чтобы я бросил его!»

Легко сказать, но трудно сделать.

Я в замешательстве уставилась на кулак верховного мага, чьи очертания с трудом угадывались через завесу пробудившихся чар. Сердцевина этого заклинания уже была почти черной. Затем зарыскала испуганным взглядом вокруг.

Быть может, бежать обратно во дворец? Просить о помощи?

Нет. Эту мысль я сразу же отбросила. Боюсь, на все это уйдет слишком много времени. Интуиция подсказывала мне, что Дарриэль сумеет бороться с чужим колдовством еще пару минут в лучшем случае. А затем ловушка захлопнется — и он погибнет.

Время вдруг замедлило бег для меня. Я судорожно втянула в себя воздух — и успокоилась. Как будто кто-то другой, несоизмеримо более опытный, хладнокровный и умелый, взял контроль над моим телом.

Раз — и я подобрала крепкую сучковатую палку. Два — и с удивительной для себя бесстрашием ударила ею Дарриэля по руке. А затем еще и еще раз, целясь по запястью.

Бедняга взвыл от боли. Последний удар оказался такой силы, что палка с сухим треском сломалась в моих руках. Но мгновением раньше браслет выпал из ослабевших пальцев Дарриэля.

В ту же секунду синее пламя вокруг него вспыхнуло особенно ярко, заставив меня отшатнуться, зажмурившись. На какой-то жуткий миг чары осветили весь дворцовый парк до самых дальних уголков. И вдруг наступила тишина. Абсолютная, всеобъемлющая.

А затем меня откинуло прочь мощной взрывной волной. Ослепшая, оглохшая, я пролетела не менее десятка шагов, пока не врезалась спиной в столб какого-то дерева. Сползла по нему, окончательно оглушенная и растерявшаяся.

Чары еще пульсировали около браслета. Еще шипели искрами, плюясь вокруг. Неожиданно вновь сконцентрировались в один тугой шар — и я с ужасом осознала, что сейчас последует второй взрыв. Наверное, гораздо большей силы, чем первый. И я его, скорее всего, не переживу.

В тот же миг на меня обрушилась невыносимая жаркая волна энергии, испепеляющей все на своем пути. Почудилось, будто я уже слышу, как трещат от бесцветного огня волосы на моей голове, как кровь закипает в жилах.

Крик боли забился в моем горле, не в силах вырваться наружу. Но в ту секунду, когда благословенное небытие уже готовилось принять меня в свои сладкие объятия, я успела увидеть, как вокруг меня задрожал защитный контур.