Глава 18. Время доверять

МИЛАНА Уходим в самую дальнюю комнату, в спальню. Яр закрывает дверь, защелкивая изнутри замок. Сквозь чуть приоткрытое окно доносятся гитарные переборы. Понимаю, что Яр хочет поделиться чем-то сокровенным. Личным. Окидывает меня задумчивым, оценивающим взглядом. Тяжелым и темным. – Знаешь, как я попал в систему? Мотаю головой. Но конечно, я десятки раз мысленно задавалась этим вопросом. Мое воображение рисовало путь героя, но без какого-то четкого ответа. – Мы с Захаром воспитывались с раннего детства по интернатам. Захара туда определили в шесть лет. А мне было всего три года. Мать отдала нас, решив строить карьеру и личную жизнь. Мы ей мешали. – А отец? Что с ним? Яр зло усмехается. – Легендарный разведчик. В итоге дослужился до высших чинов в министерстве, оперативная работа осталась в прошлом. У него были отношения с моей матерью, но до свадьбы так и не дошло. Прикрывался благовидными причинами, типа заботы о нашей безопасности. Но на самом деле, мы были не нужны ему. Молчу. Пытаюсь понять, как так можно поступить с собственными детьми. – Дипломатические интернаты у нас с Захаром были вместо детского садика и школы. Только по выходным или на каникулах других детей забирали. А за нами никто не приезжал. Да мы и не ждали. Прикрываю глаза, пытаясь смахнуть ресницами подступающие слезы. – Даже наша фамилия никак не связана с настоящими фамилиями родителей. – Подожди, а откуда же взялась фамилия Волков? Снова усмешка. Резкая, обжигающая холодом. – А мы с братом вели себя, как дикие волчата. Драки, склоки, заварухи. Постоянно во что-то влипали. Пытались отвоевать свое место под солнцем. Кругом – холеные детки из дипломатических семей. Время от времени возвращавшиеся в семьи. У них были семьи. А мы были сами по себе. И сами – за себя. Когда в 14 лет Захара забрали прямиком в суворовское училище, тогда ему и оформили эту фамилию. Не без участия отца, который был только рад окончательно откреститься от нас. Ну и через три года, эта же фамилия появилась и в моих документах. Потом – МГИМО и Академия службы внешней разведки, уже с этой фамилией. Подхожу к Яру и кладу ладонь ему на грудь. Сердце. Бьется. Яр доверяет мне. Шаровой молнией в моей голове вертится миллион вопросов. – Мой отец знает? – Да. Он внимательно изучал личное дело Захара, и мое тоже. Ситуация не редкая. Отойдя от первого шока, все же формулирую следующий вопрос. – А твоя мать, что стало с ней? Вы видитесь? – Нет. Она с головой погрузилась в личную жизнь, вышла замуж за какого-то француза и укатила с ним на юг Франции. Оттуда раз в несколько лет присылает поздравительные открытки. Вот и все общение. Глаза застилают слезы. Пытаюсь представить двух брошенных детей, при живых родителях. И все, что сделал их отец – устроил детей в дипломатический интернат. Теперь понятна резкая реакция Яра на мой рассказ о волчатах, выросших в неволе. Что ж, наверное надо честно признаться в результатах своей работы. – Ты был прав, когда спросил, можно ли адаптировать к жизни в дикой природе малышей изъятых из подпольных зверинцев. Нет. В полной мере нельзя. Они все равно – другие. Мы лишь пытаемся убедить себя, что помогаем. Зоопсихология тут пока бессильна. Волков недоверчиво ухмыляется и с интересом смотрит на меня. Словно подводит к какому-то выводу. Но сейчас в моей голове все смешалось. И рассказ Яра, и собственные страхи. Круглосуточное ощущение опасности. – Я сейчас сама чувствую себя беспомощным зверьком, в дикой, слишком дикой природе. Кругом чересчур много опасностей. И я боюсь за нас. Не хочу, чтоб нас что-то разлучило. Осекаюсь. Звучит так, словно я навязываюсь. Еще решит, что я намекаю на свадьбу. Волков же явно не из тех, кто женится под влиянием порыва чувств. Яр притягивает меня к себе и обнимает. – Малышка, никто нас не разлучит. Я не допущу этого. Утыкаюсь носом в его грудь. От Яра ощутимо пахнет сексом и войной. И в эту минуту хрупкий счастливый мир за окном кажется особенно уязвимым. Опасность где-то близко, почти идет за нами по пятам. Так уже было недавно, когда я случайно почувствовала присутствие дрона-наблюдателя. – Яр, мне страшно. Проваливаюсь в панику и мне кажется, что из этой ситуации нам не выпутаться. – Принцесса, скоро все закончится. Я всегда буду рядом. Поднимаю заплаканные глаза и словно ищу приюта во взгляде Яра. – После того случая с дроном, мне теперь все время кажется, что за нами наблюдают. И даже сейчас. Прости, это глупо. Я все понимаю. Но не могу отделаться от ощущения, что беда где-то совсем близко. В темных омутах мелькает плутовской огонек. Взгляд Яра скользит по моим губам, пересохшим от волнения. – Инстинкты. Переключает с панических мыслей? Или наоборот, умело направляет меня в нужном направлении? – Что? Ты к чему это? Ошеломленно гляжу на Яра, пытаясь понять, к чему он клонит и при чем тут инстинкты. – Ты сама сказала, что у вас не получается полностью адаптировать волчат к жизни в дикой природе. Может нужен другой подход? – Инстинкты? Хм… инстинкты. Бормочу это слово, понимая, что загвоздка в нем. Но мысль стопорится. – Миланка, ты ведь тоже всю жизнь росла в закрытом мирке. А потом – плен. И снова домой, снова в закрытый мир. Условно безопасный и полностью ограничивающий. Так? – Да, – растерянно киваю, пытаясь уловить мысль. – Когда ты стояла на веранде дома и почти интуитивно ощутила присутствие постороннего наблюдателя, тобой двигали инстинкты. И когда поделилась со мной своим ощущением, это тоже были инстинкты. Неосознаваемое желание выжить. В итоге, мы успели вовремя выехать и уйти от погони. – Да. Но я не понимала, как это сработало. – Но ведь сработало. Опасность разбудила твои инстинкты. Так и с твоими подопечными. Ты можешь пытаться выдрессировать их. Но большая часть полученных навыков в итоге приведет их к гибели в дикой природе. А можешь раскрыть в них то, что заложено природой. Это единственная возможность выжить. Слушаю Яра и обалдело вдумываюсь в смысл его слов. – С людьми так же? – Да. Ты убедилась на собственном опыте. Стоило только оказаться там, где нет готовых решений и приказов. Инстинкты не подводят. Опасность обостряет ощущения. Наши губы так близко. Каждое слово отдается на моих губах горячим дыханием Яра. Но в теле сейчас бушуют совершенно иные инстинкты. Иная жажда. – Когда ты закрыл меня собой, вталкивая в вертолет, ты тоже действовал на инстинктах? Яр молча кивает и усмехается лишь краешком губ. Во взгляде – шторм. – Надо вернуться на веранду. Голос совершенно не слушается. – Надо, – осипшим шепотом отвечает Яр и проводит языком по моим губам. Чуть прикусывает их, снова зализывает и вталкивается в мой рот. Игра мгновенно заводит. Тело безудержно рвется к удовольствию. Яр прав. Опасность лишь обостряет ощущения. Теку от его развязного взгляда, сладко проникающего прямо в душу. Остро ощущаю свою неопытность и только сейчас готова принять ее полностью. Время замирает и останавливается. Яр немного пьян. Я – тоже. Поцелуи с крепким привкусом коньяка еще сильнее будоражат и распаляют. Нахальное желание присвоить сейчас густо смешано с развязной, оглушающей нежностью. С меня снова слетает платье и трусики, я остаюсь в одних чулках. И окончательно убеждаюсь в том, что Яра это очень заводит. Провожу подушечками пальцев по бицепсам, дурея от горы мышц… Тело идеального хищника. Готового биться за меня. Во мне. Ласкает меня пальцами, растирает влагу по клитору. – Тебе хорошо? Хриплый голос горячо и развратно щекочет мой слух. – Да… – выстанываю, прикрыв глаза от удовольствия. Водит горячей головкой по моим створкам, но не входит. Следит за моей реакцией и откровенно пьет мои эмоции. Дразнит. Нарастающее напряжение безумно приятно. Нет сил сдерживаться, хочу ощутить его внутри себя. – Яр, – выстанываю ему в губы. – Да, принцесса. Молчу. Черт… блок внутри все еще не позволяет. Прикусываю губу, изо всех сил сдерживая слова, которые готовы сами сорваться с языка. – Скажи. Терзает меня порочным взглядом, добивая мою силу воли. Мотаю головой. Зажмуриваюсь и снова распахиваю глаза, сталкиваясь с грешной усмешкой. – Так и будешь мучиться в роли приличной девочки? Внизу живота – пожар, погасить который может только Яр. И сейчас он нарочно дразнит меня. Умело распаляет, сжигая все мои дурацкие комплексы. – Я хочу тебя. Усмехается. Не те слова. Продолжает дразнить меня. Оголяя инстинкты и заставляя мое тело искрить, дрожать от напряжения. – Трахни меня, – сгорая от стыда шепчу я и завороженно слежу за его реакцией. Шальная ухмылка и звериный рык на выдохе. Яр вбивается в мое лоно и мы сплетаемся в неконтролируемом безумии. – Мокрая. Горячая… моя. Глаза в глаза. Опьяняющее чувство единого целого. Мои бедра дрожат под его натиском. Тело послушно отзывается на ласки, смешанные с ненасытной похотью. Захлебываюсь в желаниях и ощущениях. Мурашки по коже. Обоняние разогнано до предела. Мужской запах сейчас чувствуется особенно сильно. Я на грани совершенно новых ощущений, не похожих на предыдущий опыт. Исступленно ловлю губами воздух, вперемешку с поцелуями. Еще немного… еще чуть–чуть. Яр подтягивает вверх мое бедро, рывками проникая еще глубже, еще сладостней и жестче. Рефлекторно обжимаю горячий, напряженный ствол. И теперь уже мне хочется озвучивать все свои желания. Вслух. Раз это настолько заводит обоих. – Кончи в меня. Яр замирает. Бьет по мне возбужденным, поплывшим взглядом. – Хочешь этого? – Да. Вбивается в меня жесткими рывками, заставляя громче стонать и все сильнее дрожать от накатывающей волны оргазма. Толчки все сильнее и глубже, с оттяжкой. – Значит. Будет. Пополнение... Рывок. Еще один. – ... В волчьей. Стае. Взрываемся одновременно и особенно сильный, тягучий оргазм полностью лишает меня контроля. Счастье захлестывает и ослепляет. Наши хриплые стоны. Поцелуи. Укусы и ласки. Блаженная пустота в голове. Инстинкты спят. Опасности рядом нет. Яр обнимает меня и перекатывается на спину. Утыкаюсь губами в его шею, пьяно балдея от соленого вкуса на губах. Языком легонько вожу по пульсирующей вене и счастливо улыбаюсь, не открывая глаз. – Принцесса, – хриплый шепот звучит сыто и довольно, – моя. – Только твоя. Яр приподнимается надо мной. Взглядом проникает прямо в мозг. – Что бы ни случилось, доверяй мне. Скоро все закончится. Очень скоро. Что бы ни случилось? Гашу глухой укол паники. Сейчас не время бояться. Время доверять. Так же, как доверился сейчас Яр, открыв непростую историю из собственного прошлого. – Обещаешь? – Слово офицера. Верю и сейчас моя вера – тоже на инстинктах.