Глава 26. Можно всё

МИЛАНА – А-ай… – тихонько выскуливаю от саднящей боли в коленках. Становится дико стыдно за свои реакции. Яр ранен, а я тут со своей содранной шкуркой и ссадинами на коленях. – Что случилось? – Колени… я несколько раз падала, пока бежала до барака. Яр мгновенно пересаживает меня на кресло и садится передо мной. Быстро, так словно не чувствует боли. – Осторожней, чтоб швы не разошлись. – Шаман не в первый раз зашивает, – отмахивается Яр и осматривает мои колени. Аккуратно стаскивает с меня порванные чулки, стараясь не задеть ранки. – Сейчас обработаем. И больно, и жутко неловко. После той кровищи и извлечения пули, что значат содранные колени? – Яр, не надо. Я сама. Пытаюсь дотянуться до чемоданчика Шамана. Там точно должна быть и вата, и перекись. И антибиотик. Но Яр не дает мне ничего сделать. – Тебе лучше лишний раз не двигаться. Больно ведь. – Не, на обезболе вообще не ощущается. Лукавит ведь. По шальным огонькам во взгляде, чувствую стопроцентно. Яр промакивает вату перекисью и осторожно смывает грязь от влажного грунта с кожи. Перекись щиплет поврежденные места, но я стискиваю зубы и стараюсь не дергаться. Понимаю, что Волков старается касаться кожи с максимальной осторожностью. – Нежная, чувствительная девочка… – Это не всегда плюс, – жалобно парирую ему. Осторожно дует на мои коленки и вмиг становится легче. Да, когда я бежала, видимо основательно приложилась несколько раз к грунту. Но с перепугу в тот момент ничего не заметила и не почувствовала. Отходняк накрывает сейчас. Если бы не Яр, то я бы точно сошла с ума. Он продолжает осторожно смывать грязевые подтеки с подраненной кожи. – Сейчас будет немножко жечь, – предупреждает Яр и промакивает кусок ваты в каком-то растворе. Прикладывает поочередно к обеим коленкам. Действительно, сильно печет и саднит. Снова дует на мои колени и я улыбаюсь, сквозь слезы. Чувствую себя маленькой принцессой, о которой заботятся. Даже в такой жуткий момент. – Уже должно чуть отпустить, – говорит Яр, но я не вслушиваюсь. Перед глазами, калейдоскопом сменяются картинки этого вечера. Мое похищение и попытка изнасилования. Целая обойма патронов выпущена в Рината и больше эта сволочь ко мне не прикоснется. Взрыв вертушки с Казбеком Ильмановым. Жесткий, но единственно желанный для меня свадебный подарок. Точка поставлена, чтоб я могла жить дальше. Смотрю на Волкова и беззвучно реву. Он не пытается меня успокоить. Слова сейчас не помогут. Мне просто надо проплакаться. Яр складывает флаконы с перекисью и спиртом обратно в чемоданчик Шамана. Слежу за тем, как он укладывает остатки ваты. Ссадины еще болят, но уже гораздо меньше. Сквозь слезы улыбаюсь Яру и в ответ он нежно прикасается губами к моим пораненным коленкам. Первый порыв – сжаться, спрятаться. Но сейчас мне нужна именно такая пьянящая открытость. Только теперь по-настоящему ощущаю, насколько я устала и как сильно я хочу домой. Мой дом теперь там, где Яр. – Мы ведь уже можем вернуться домой, да? – Да, – усмехается Волков, – и телефон включить тоже можно. Уже окончательно. Меня мгновенно заливает краской от смущения. – Яр, я не понимаю, как это вышло. Ты сказал мне не включать телефон и я не включала его. Второй раз, когда пыталась записать на диктофон, только тогда и включила телефон. Но он до этого был выключен. Как тогда меня отследил Ринат? Волков ухмыляется и пожимает плечами. – Сегодня у тебя была запланирована какая–то лекция. Ты записалась на вебинар и поставила себе напоминалку. И благополучно забыла о напоминалке в телефоне. Она сработала, так как твой телефон даже в выключенном состоянии просто ушел в режим ожидания. Таймер включился в нужный момент, сработал и выключился. Видимо, тебя в тот момент не было в комнате. Хмурюсь, пытаясь вспомнить и восстановить события. Да, действительно, сегодня я должна была слушать лекцию по зоопсихологии. Недели две назад поставила себе уведомление и забыла благополучно. Яр следит за моей реакцией. – Попытайся припомнить, где ты была в два часа дня. Явно не рядом с телефоном. Так? Киваю. – Да. Я телефон положила в ящик тумбочки. И ушла на веранду, там сидела пару часов, может дольше. Напоминалка у меня в режиме виброзвонка, так что я все равно не услышала бы ничего. – Ну вот, – соглашается Яр, – значит и выяснили. Но даже минутного включения телефона было достаточно, чтоб отобразилась твоя геопозиция. – Черт, – с досадой бурчу себе под нос, но Волков улыбается моей реакции. – Все в прошлом, принцесса. Тебе больше не надо ни от кого прятаться. – Я хочу домой. – Сейчас. Шаман подгонит машины и мы уедем. За окном раздается грохот и я инстинктивно сжимаюсь в комок. Закрываю лицо ладонями и в первую секунду ничего не соображаю. Паника захлестывает. Яр осторожно разводит мои ладони в сторону. – Миланка, это просто ночная гроза, сейчас еще рванет ливень. Выдыхаю, неуверенно балансируя на грани провала в бездну паники. – Гроза… ливень. Яр помогает мне подняться с кресла. Делаю несколько неуверенных шагов к двери, каждое движение отдается резкой болью. В дверях нарисовывается насквозь промокший Шаман. – Так, машины подкатил к выезду из базы. Ворота завалены так, что там не проехать. Босиком мнусь возле входной двери. Ливень хлещет сплошной водяной стеной. Яр подхватывает меня на руки и выходит из дома. Даже думать боюсь о том, что ему нельзя сейчас поднимать тяжесть. Он ведь ранен. Но сопротивляться бесполезно. Это я уже уяснила. Утыкаюсь лицом ему в грудь. Промокаю насквозь моментально. От холода ничего не ощущаю. Прихожу в себя на заднем сиденье джипа Волкова. – Сейчас прибавим тепла. Посиди так. Яр выныривает из машины и что-то ищет в багажнике. Снова забирается ко мне на заднее сиденье и протягивает одну из своих футболок. – Переодевайся. Дважды меня просить не надо. Быстро сбрасываю с себя порванную и грязную рубашку, облачаясь в сухую и теплую футболку Яра. И понимаю, почему он возит в багажнике пару комплектов одежды. Отжимаю влагу с волос и пробираюсь между спинками кресел на переднее сиденье. На всякий случай пристегиваюсь и только сейчас чувствую себя в безопасности. Теперь уже – в полной. Дальним светом нам сигналит Шаман и вскоре его внедорожник исчезает за пеленой ливня. Мы едем следом. С каждой секундой мне становится все теплее и легче. Где-то позади навсегда остался Ринат с целой обоймой патронов. И то, что осталось от взорвавшегося вертолета с Казбеком Ильмановым. Позади. В прошлом. *** ЯР По привычке гляжу в зеркала, но сейчас интуиция крепко спит. Прямой угрозы теперь нет. Все спокойно. Чуть прибавляю отопление и включаю тихим фоном случайную радиоволну. Миланка от переживаний совершенно без сил. Свернулась клубком в усталой полудреме. Бок поднывает, обезбол потихоньку отходит. Сам едва держусь. Сейчас бы горячий душ в обнимку с моей девочкой. А потом просто завалиться спать. Ни на что другое сил просто нет. Завтра по-любому вытянут в управление. Однозначно, будет что приобщить к делу. Да хоть те же два вертолета под завязку набитых оружием и десятком пленных боевиков. И за все придется писать гору бумаг, объясняться. Удачно сходил в отпуск. А главное – "отдохнул". Так что, глаза слипаются прямо за рулем. По моим расчетам, Белова уже завтра должны будут отпустить. Вернут и восстановят все полномочия. Думаю, Милана этому тоже обрадуется. Но сначала мы с ней все–таки подадим документы в ЗАГС. До утра это еще потерпит, но откладывать не хочу. Милана – Волкова. Вопрос решенный. Как и пополнение в волчьей стае. Вижу небольшое придорожное кафе и понимаю, что без порции кофеина дальше не двинусь. Организм просто отказывается функционировать без топлива. – Не уходи, – сонно бубнит Миланка, растерянно хлопая ресницами-бабочками. – Я быстро, принцесса. Возвращаюсь через пять минут с двумя бумажными стаканами двойного эспрессо. Но по ходу, Миланке кофе уже не особо нужен. Принцесса крепко спит, свернувшись клубочком и поджав под себя содранные коленки. Заливаю в себя двойную дозу топлива и медленно отъезжаю. Реакции притуплены за счет усталости и кровопотери. До дома лучше ехать медленно, без приключений. Дом встречает тишиной, напоминающей о поспешном отъезде. Заношу Миланку на руках в дом и не обращая внимание на ее сонное бурчание, утаскиваю ее в спальню. Иду на кухню и засыпаю зерна в кофемашину. Пока варится кофе, вытаскиваю сигарету из смятой пачки, второпях оставленной на обеденном столе. Щелкаю зажигалкой и блаженно затягиваюсь поглубже. Дымок приятно и плотно царапает легкие, принося временное чувство расслабления. Мыслей в голове нет. Беззвучно оживает телефон на барной стойке. Белов. – Слушаю… – Милана в порядке? – перебивает меня генерал. – Да. Спит. Только вернулись домой. Отвечаю как есть. Милана – почти моя жена, скрывать тут нечего. По ту сторону повисает напряженная пауза. – Спасибо, – коротко роняет генерал и я слышу в его голосе едва уловимую усмешку, – за всё. На долю секунды зависаю над ответом, но Белов завершает вызов. Усмехаюсь, потирая скулу в том месте, куда пришелся удар. По крайней мере, есть все основания полагать, что в главном нам удалось договориться. Факт выбора своей дочери он принял. Остальное – дело времени и хорошего коньяка под закуску. Место ранения болит, но это поправимо. Вкалываю проверенный обезбол и прикидываю, что на несколько часов должно хватить. Заклеиваю компресс водоотталкивающим пластырем. До утра дотянем. А душ все-таки надо принять, освежиться. Принцесса спит. Тихо забираю полотенца из шкафа в спальне и ухожу в ванную. Горячие струи быстро приводят в форму. Какое-то время просто стою под ними, разминая затекшие от напряжения мышцы. Блаженно прикрываю глаза. Едва слышный звук открывающейся двери выдергивает меня из релакса. – Я хочу к тебе, – хрипло говорит Милана и становится рядом со мной под струи горячей воды. Возбужденная и податливая девочка почти вплотную прижимается ко мне, мгновенно возвращая меня к жизни. Основной инстинкт – уже в боевой стойке. – Может дождешься меня в спальне? Сам предлагаю, но не хочу отпускать. Притягиваю ее к себе. Милана послушно поддается. Принцесса – мой личный наркотик. – Нет, – упрямо мотает головой Миланка и проводит краешком языка по искусанным губкам, – хочу тебя. Миланка чуть отстраняется и дает себя рассмотреть. Идеальная, возбужденная девочка с шикарной двоечкой. Голенькая провокаторша с невинным видом. Залипаю на струйках воды, стекающих по ее коже. Вожу ладонями по ее телу и пьянею от прикосновений. Взгляд принцессы влюбленно и пьяно плывет, она прикрывает глаза и улыбается. Прижимаю ее к себе и удерживаю на весу. В голове – горячие варианты, как оттрахать эту девочку. И сейчас они всё больше тянут на откровенное порно. – Яр, – испуганно выдыхает Милана, – тебе нельзя, ты же ранен. Шалею от ее голоса. Больше не могу сдерживаться. – Можно. Вталкиваюсь в мою горячую девочку. Резко. До упора. Срываю с припухших губок сладкий, возбужденный стон. – Теперь можно всё.