Глава 31. Лидия

Всю ночь снятся какие-то жаркие сны. Точнее, один, но очень откровенный, в котором Павел целует меня и исступленно ласкает, заставляя дрожать от предвкушения. До сих пор чувствую запах его кожи. Тонкий и теплый, он окутывает меня, словно облако, и беспрепятственно проникает внутрь, будоража тайные желания.Мое сердце сбивается с ритма, а тело плавится от неконтролируемого огня, что бушует внутри. Живот сводит сладостной судорогой, а между ног становится непривычно горячо и влажно. Ощущения такие яркие и насыщенные, как будто все это происходит наяву. Судорожно втягиваю воздух и открываю глаза, не выдержав этой пытки.Застываю на несколько секунд, пытаясь проснуться и сообразить, что не так. Солнце уже вовсю светит в окно. Но окно не мое. Комната не моя. И кровать тоже не моя. Мамочки… Зажмуриваюсь в ужасе и боюсь пошевелиться. Я лежу на обнаженной мужской груди и слышу, как гулко бьется сердце. Колючие мурашки медленно ползут по позвоночнику, а в горле застывает крик. Зажимаю рот ладонью и с опаской поднимаю голову.Паша крепко спит, прижимая меня к себе.Страшная догадка пронзает насквозь. Мы что, спали вместе? Как такое могло произойти? Почему? Нет, это какая-то ошибка. Резко сажусь и отчаянно качаю головой, пытаясь проснуться, но чуда не случается. Закусываю до боли губу, осознавая, что натворила. Что теперь обо мне будут думать и говорить? Как теперь людям в глаза смотреть? А братьям? А отчиму?Сколько сейчас времени? Может, еще не поздно сбежать? Нахожу взглядом часы – стрелки показывают семь утра. Надо как можно скорее выбираться отсюда, но так, чтобы не разбудить Павла.Скольжу взглядом по его груди вниз, по темной поросли волос, что уходит за резинку шорт, и задерживаю дыхание, остановившись на выпирающем бугорке. Зачем ему такой большой?.. Нервно сглатываю и осторожно ползу к его ногам, чтобы перелезть и спуститься на пол. Надеюсь, между нами ничего не было? «Конечно же нет», – убеждаю себя. Я бы запомнила…– Далеко собралась? – Голос Павла врезается в меня, сбивая ударной волной, а горячие пальцы сходятся на запястье.– Пусти, – дергаю руку на себя, пытаясь вырваться, но он не отпускает.– Да брось. – На его губах появляется мягкая улыбка, отчего сердце начинает истерично трепыхаться в груди.– Пусти, я сказала, – дергаюсь еще раз и закусываю губу от беспомощности. Не могу справиться с такой махиной при всем желании. Или не хочу?.. Как же все запуталось.– Лид, успокойся. – Паша отпускает мое запястье, примирительно поднимает руки и свешивает ноги, освобождая мне путь. – Я же ничего не делаю.Спрыгиваю на пол и отбегаю на безопасное расстояние.– Почему ты меня не разбудил? – накидываюсь на Павла с обвинениями.– Прости, мой косяк. – Он поднимается на ноги и делает шаг в мою сторону. Инстинктивно отступаю. – Я хотел… но залюбовался тобой и уснул сам.– Эгоист, – фыркаю и недовольно складываю руки на груди. Только о себе и думает, а то, что мне может быть от этого плохо, даже невдомек.– Да что случилось-то? – искренне недоумевает Павел. – Я же тебя не насиловал, даже не прикасался…– Если для тебя нормально, что незамужняя девушка ночует в одной кровати с посторонним мужчиной, то для меня нет, – выговариваю все, что творится на душе, и невольно шмыгаю носом, пытаясь сдержать подступившие слезы. – И для всей деревни, что будет перемывать мне кости и считать проституткой, тоже нет! Это моя репутация! – неожиданно перехожу на крик и давлюсь слезами.– Так. Стоп. Я понял. – Паша подходит ко мне впритык, за подбородок вынуждает меня поднять голову и посмотреть ему в глаза. – Прости… такого больше не повторится, – подушечками больших пальцев убирает с моих щек слезинки. – Я не подумал… У меня и в мыслях не было как-то тебя компрометировать.– Все вы так говорите, – судорожно всхлипываю я и обиженно отворачиваюсь.– Кто «все» и «как» говорим? – хмурится Павел.– Все, – упрямо повторяю и поджимаю губы. Сболтнула лишнего, вот кто меня за язык тянул? Как теперь выкручиваться?– Объясни, я не понимаю.– Мой отец так же приезжал в отпуск, – выпаливаю на одном дыхании и судорожно втягиваю воздух, боясь снова разреветься. – Соблазнил мою мать и уехал, оставив ее с животом.– Тише, успокойся. – Павел заботливо прижимает меня к своей груди и не дает отстраниться. – Я же не он…Тепло расползается по телу подобно лесному пожару. Сдаюсь и больше не пытаюсь вырываться, лишь шмыгаю время от времени.– Лид, я не собираюсь тебя соблазнять. Слышишь? – инстинктивно киваю, ощущая, как еки начинают пылать от стыда. – Ничего не будет, пока ты сама не захочешь.Уже хочу, в этом-то и проблема. Но ему я об этом, конечно, не скажу.– И оставлять тебя тоже не хочу, – замираю от этих слов, не понимая, как их интерпретировать. – Мы обязательно со всем разберемся, ладно? – Горячая ладонь скользит по моей спине, запуская мурашки по коже. – Я тебя услышал. Не будет никаких слухов, я сделаю все для этого. – Нежные губы касаются виска. – Я тебе обещаю…– Мне надо домой, – шепчу робко, с трудом заставляя себя вернуться в реальность. – Отпусти, пожалуйста.– Ну хорошо, беги. – Павел улыбается и разжимает руки.Выскальзываю из объятий и иду к двери. Но вспоминаю вчерашнюю поезду и оборачиваюсь.– Как съездил вчера?– Продуктивно, – хмыкает он.Что это значит, понятия не имею. Но, наверное, все хорошо.Пожимаю плечами и сбегаю к себе домой. Хорошо, что никого не встречаю по дороге. Братья еще спят, а Василий, вероятно, не ночевал дома. Вроде повезло… Падаю на кровать и, раскинув руки в стороны, мечтательно смотрю в потолок. Кажется, я влюбилась… Зажмуриваюсь, боясь поверить в происходящее. Страшно, но так волнительно и необычно.