Глава 33. Павел

Опеки нам, конечно же, не хватало для полного счастья. Так и знал, что нельзя уезжать, потому что непременно случится какая-то дичь. Прямо чувствовал, и интуиция не подвела. Проблемы не заставили себя долго ждать.Чтобы оценить ситуацию и вмешаться, потребовалось доли секунды, но теперь надо как-то вырулить в нужном направлении.– Куда вы меня тянете? – возмущается тетка, похожая на Шапокляк, и пытается вырвать руку, но я держу крепко и уверенно веду ее к своему дому. Там нам никто не помешает обсудить важный вопрос.– Поговорить по душам, – хмыкаю и открываю калитку, пропуская Шапокляк вперед.– Вы с ума сошли? – Она старается притормозить. – Я вообще-то при исполнении.– Тем лучше. Мы как раз на эту тему и побеседуем, – распахиваю дверь в дом и завожу ее внутрь. – Проходите, пожалуйста, – наигранно распинаюсь и закрываюсь изнутри, чтобы не сбежала.– Что вы себе позволяете? – Шапокляк, наконец, получает свободу и впивается в меня гневным взглядом.– Всего лишь хочу угостить вас кофе, – говорю невинно, расплываюсь в самой что ни на есть обворожительной улыбке и жестом приглашаю на кухню. – Присаживайтесь.– Ну раз кофе, – фыркает та и, надменно вскинув голову, проходит мимо меня к столу.«Вот грымза и есть грымза», – хмыкаю про себя. На лицо прогрессирующий недотрах, только помочь ей в этом вопросе я вряд ли смогу. А вот угостить хорошим кофе – это запросто. Включаю плиту и достаю турку.– Как вас зовут? – участливо интересуюсь, стараясь расположить к себе.– Никитина Екатерина Федоровна. – Она оборачивается в мою сторону и сканирует оценивающим взглядом. Не светит тебе ничего, успокойся.– Козырев Павел Сергеевич, – достаю из кармана визитку и протягиваю ей. Залипает, рассматривая золотые буквы на белом фоне. Дорого и лаконично. Сам выбирал дизайн, настаивая, что визитки должны производить впечатление достатка. Судя по тому, как меняется лицо Шапокляк, старался не зря.– Так по чьей просьбе, вы говорите, решили наведаться? – словно между делом спрашиваю и ставлю на стол две чашки с ароматным кофе.– Я ничего не говорила и не скажу, – обиженно надувает губы, но чашку все же берет.– Почему?– Потому что не наведываюсь по просьбам, – чеканит каждое слово, словно заучивала наизусть. – У нас существует регламент, которому мы неукоснительно следуем.– Отлично, – елейно улыбаюсь, подстраивая разговор под новые вводные. – Какой пункт регламента стал отправной точкой в вашем увлекательном путешествии в нашу деревню?– Анонимный звонок, – нехотя признается Шапокляк и начинает хмуриться, отчего ее лицо приобретает еще более гадкое выражение. Вот вроде не старая, но ведет себя словно сварливая бабка.– Всего лишь? – удивленно приподнимаю бровь.Делаю глоток и понимаю, что забыл предложить сахар и молоко. Подрываюсь на ноги и исправляю оплошность. На столе появляются сахар в кубиках и сливки, а также печеньки с конфеты, что не доели мальчишки.– Да, нам позвонили и вкратце обрисовали ситуацию. – Екатерина кладет пару кусочков сахара, наливает сливки и не спеша помешивает. – А мы обязаны реагировать.– Кто позвонил?– Да я не знаю, говорю же, анонимное донесение.– Что вы собираетесь делать дальше?– Да ничего, – равнодушно пожимает плечами, делает глоток и щурится от удовольствия.– Составлю отчет, а там уж пусть начальство решает…Расплываюсь в довольной улыбке. Кажется, я на правильном пути.– Можно мне взглянуть на детали отчета?– Зачем? – Екатерина поджимает губы и качает головой. – Это не положено.Рассматриваю ее внимательнее, ловя каждое движение. Что-то мне подсказывает, что денег она не возьмет. Да и запугивать женщину как-то не в моих правилах. Жалко здесь нет Ивана, вот он у нас любимчик женщин. А я уж и не помню, как это делается.– Да бросьте, – говорю вкрадчиво и смотрю прямо в глаза. – Я никому не расскажу…Мой хрипловатый голос заполняет собой тишину. Екатерина застывает, лишь зрачки неумолимо расширяются.– Ну хорошо… – сдается она и протягивает свою папку. – А вы кем приходитесь этой семье?Вот тут, конечно, неувязочка вышла. Но папка уже в моих руках, поэтому мой ответ ничего не испортит.– Будущий муж Лидии, – кидаю небрежно, открываю отчет и пробегаюсь глазами по заметкам, что оставила Шапокляк. Вот вроде женщина, должно быть какое-то сочувствие и понимание. Солидарность, в конце концов, но нет. Засаживает девчонку по полной.– Она не говорила…– Она сама еще не знает, – хмыкаю я, достаю бархатную коробочку из кармана шорт и кладу на стол. – Можете открыть.Екатерина открывает крышку и ахает. Глаза ее загораются от желания обладать этим кольцом. Кто бы сомневался.– Очень красивое, – шепчет и нервно сглатывает.– Нравится? – лукаво усмехаюсь я, прекрасно зная, что играю на алчности этой женщины.– Безумно…– Хотите примерить?– Как-то неудобно, – мнется Екатерина, а сама глаз не отводит с маленького бриллианта на кольце. Только что слюни не пускает от желания обладать этим сокровищем.– Да бросьте… – достаю из коробочки и протягиваю ей.Послушно надевает на безымянный палец и залипает.– Хотите оставить его себе? – искушаю и дразню, как паук неспешно опутывая жертву.– Что? – бросает на меня недоверчивый взгляд. – Вы с ума сошли?– Всего лишь задал вопрос… Нравится ли вам это кольцо настолько, чтобы оставить его себе…Екатерина нервно сглатывает и кивает. Ее глаза лихорадочно блестят, а щеки пылают. Да, я не ошибся. Пора переходить к главному, рыбка уже на крепко сидит на крючке.– Тогда отчет придется переписать… – подвигаю открытую папку к Екатерине.– В смысле? – Она переводит недоуменный взгляд с меня на папку и обратно. Чувствую себя гипнотизером. Даже смешно становится, но сейчас не до веселья. Нельзя дать ей сорваться.– Вот это должно исчезнуть бесследно, – указываю на пункт о распутной жизни Лиды. – Вы же понимаете, что я бы никогда не женился на девушке легкого поведения? – с нажимом спрашиваю, вкладывая нужную мысль в ее голову.Екатерина неуверенно кивает.– Вот эта ерунда с отсутствием еды тоже.– Но это же правда.– Я вас умоляю, – закатываю глаза к потолку. – Лида с братьями питаются у меня. Показать холодильник?– Не нужно. – Екатерина недовольно поджимает губы, признавая мою правоту.– Все остальное можете оставить без изменений, ну и кольцо, конечно, тоже, – расплываюсь в многозначительной улыбке. Все. Дело сделано. Екатерина на все согласна, вижу по глазам.– И все? – с сомнением спрашивает она и захлопывает крышку на коробке, ставя контрольную точку в нашем разговоре.Я просто киваю. Прости, малышка, придется купить тебе другое. Оно мне все равно не нравилось. Жаль только, что придется отложить мероприятие. Но главное – цель достигнута, проблем с опекой у нас не будет. А еще, думаю, налажен мост, по которому будет удобно двигаться дальше. Хотя надо проверить на всякий случай.– А вообще хорошо, что вы пришли.– Почему? – Екатерина настороженно косится на меня.– Я и сам к вам собирался.– Зачем?– Ну как же, мы с Лидой поженимся. И хотели бы оформить опеку над ее братьями. Мне хотелось бы понимать, что для этого нужно.– Опеку? – Ее глаза округляются. – А отец?Бинго, блин!– Ну вот и расскажите мне, как сделать так, чтобы дети жили с сестрой, а не с отцом, – вкрадчиво даю понять, что мне нужно будет от нее в будущем. – Официально.– Ну х-хорошо, – заикаясь, соглашается Екатерина.* * *Вполуха слушаю Екатерину и думаю о своем. В ходе задушевной беседы мне все-таки удалось выяснить подробности анонимного доноса, что совсем не обрадовало. Зато сразу стало понятно, что Лидию очень хотели подставить. Точнее, звонил в опеку кто-то, кто знаком с ситуацией. Ну и имеет какую-то выгоду.В голове сразу выстраивается очередь из претендентов: Наталья, чтобы устранить соперницу; Сан Саныч, чтобы надавить на Лиду и заставить плясать под свою дудку; Василий, не знаю, какая ему выгода… может, его дружки из-за меня; ну и этот бывший одноклассник Алексей, мало ли что в его голове творится.Из этого списка я бы вычеркнул только Наташу, ибо не в курсе она подробностей жизни Лидии. А за такое короткое время вряд ли смогла бы узнать. С остальными придется встретиться лично и провести профилактическую беседу во избежание нехороших сюрпризов в дальнейшем. Ну еще хотя бы пару недель продержаться, а потом хоть трава не расти.– Ну, в общем-то, все. – Екатерина расплывается в улыбке и пишет на листке свой номер телефона. – Как надумаете, позвоните мне, я помогу оформить документы.– Большое спасибо, – убираю в карман и поднимаюсь на ноги, намекая на то, что ей пора уходить. – Вы нам очень поможете.– Не за что. – Она правильно все понимает, встает и убирает кольцо в карман сумочки. Видимо, боится, что я передумаю. Смешная такая.– Пойдемте, я вас провожу.Открываю дверь и пропускаю ее вперед. Екатерина торопливо идет к калитке.– Вы на машине? – сухо интересуюсь я.– Да… с водителем, – указывает направление.Открываю дверь и помогаю усесться на заднее сидение.– Всего доброго и до встречи, – многозначительно улыбаюсь, напоминая о том, что со мной лучше не шутить.– До свидания, – сухо бросает Екатерина и захлопывает дверь.Водитель заводит двигатель, и машина трогается с места. Провожаю их взглядом и оборачиваюсь. Лидия стоит неподалеку и нервно ломает пальцы. Испугалась, бедная. Иду к ней.– Ну что? Что она сказала? – засыпает меня вопросами, а голос дрожит от волнения.– Все хорошо, – мягко улыбаюсь ей и щурюсь от яркого солнца, что светит в глаза. – Ничего плохого не случилось.– Но она говорила, что… – Лида запинается и судорожно втягивает носом воздух.– Забудь, – беру ее лицо в ладони и вынуждаю смотреть в глаза. – Екатерина Федоровна напишет положительный отчет о посещении вашей семьи.– Ты уверен? – с сомнением и надеждой спрашивает она.– Более чем. Не волнуйся ни о чем. Я все решил, – подушечками больших пальцев глажу ее щеки и с трудом сдерживаюсь, чтобы не позволить себе большего.– Как тебе это удалось? – шепчет Лидия и взволнованно вздыхает.– Это важно?Она лишь пожимает плечами. Ее щеки давно порозовели, а в глазах появился лихорадочный блеск. Лида так остро реагирует на малейшее прикосновение, что кружит голову. Как же я хочу обладать этой девушкой, подарить ей свою нежность, показать, что такое страсть, научить любить.– Я так испугалась, что она заберет мальчишек, – всхлипывает Лидия, а мое сердце пропускает удар. Бедная моя. Как же ты жила все это время без меня? Притягиваю ее к себе и сгребаю в объятия.– Успокойся, никто никого не заберет, – мягко касаюсь губами виска. – Я тебе обещаю.– Спасибо… – еще один всхлип. – Если бы не ты…– Ну тише, тише, давай-ка не разводи сырость, – улыбаюсь и сжимаю руки крепче. Совсем еще девочка. Маленькая и испуганная. Но совсем скоро все изменится. Не сегодня… но очень скоро.– Это так страшно, – доверчиво шепчет Лида. – Особенно когда совсем одна…– Вот чтобы этого больше не случилось, у меня для тебя есть подарок, – словно между делом вспоминаю я. Просто отличный повод нарисовался сам собой.– Подарок? – Лидия отстраняется и недоверчиво хмурится.– Да. Пойдем со мной.Не дожидаясь возражений, беру ее за руку и веду к себе домой. Оставляю в комнате и выхожу обратно. Забираю из машины небольшую коробку и возвращаюсь.– Вот, держи, – протягиваю ей и задерживаю дыхание. Нервничаю, как пацан. Да просто боюсь, что не возьмет.– Что это? – Глаза Лиды загораются любопытством.– Смартфон, – открываю коробку, демонстрируя новенький гаджет «под ключ». – Чтобы ты всегда была на связи и, если что-то случится, могла мне позвонить и сообщить…– Но… – нервно сглатывает и переводит взгляд с телефона на меня. – Это очень дорого… я не могу, – качает головой и убирает руки за спину.«Ты еще кольцо не видела», – вздыхаю я про себя и кладу коробку на стол.– Можешь, – улыбаюсь, беру ее ладони в свои. – Это ни к чему тебя не обязывает, – подношу к губам, нежно целуя пальчики. – Просто возьми его, сделай мне приятное. Чтобы я не волновался. Пожалуйста… – говорю вкрадчиво и смотрю в глаза. Осталось только на колени упасть и начать умолять. Как же сложно с этими недотрогами.– Хорошо. – Лида меняется в лице, смущенно улыбается и отводит взгляд. – Спасибо.– Не-ет, этого мало, – качаю головой. Должен же я получить хоть какую-то компенсацию за свои страдания.– В смысле? – Она непонимающе хмурится и косится на телефон.Улыбаюсь во весь рот и стучу пальцем по своей щеке, призывая меня осчастливить. Лида лукаво закусывает губу, пряча смущение. Порывисто обнимает меня за шею и тянется губами к щеке, но я резко поворачиваю голову, и она врезается в губы. Пользуюсь моментом и втягиваю ее в сладкий поцелуй. Хоть что-то мне перепало на этом празднике жизни.