Глава 20

Не думай сейчас

Закрой глаза на час

Это наш последний раз

Когда, я теряю тебя

©Макс Барских «Теряю тебя»

Марина. Сейчас

Свадьба похоже безнадежно испорчена. И все это по нашей вине. Лучшие друзья называется. Одна сидит с кислой миной и отсутствующим взглядом, а второй… А его и нет вовсе. Кстати, моего уже бывшего парня тоже нет. Как и Тины. Успокаивает, наверное, и раны зализывает. Какая гадость!

Но остальные гости веселятся от души. Под песни Верки Сердючки отжигает по полной. Женины родители похоже истосковались по родным песням и мелодиям. Отплясывают, как выпускники. Как мы когда-то.

Ковыряю вилкой в полупустом салате и поддеваю уже очень уставший лист салата. Он, как и я. Очень помят, печален и никому не нужен.

– Мариш, ты же знаешь, что все образуется, да?

Голос Жени, как маяк для меня. Вкладываю в свой ответ всю ту нежность, на какую ещё способна.

– Женечка, прости меня. Прости нас. Я не хотела портить тебе вечер.

– Да глупости все это, прекрати. Остальные ничего не знают, всем весело. А мы… Мы всегда поддержим друг друга. Мы ведь подруги. Ты ничего не можешь испортить, кроме своей причёски. Ну или моей, если мы сейчас с тобой очень крепко обнимемся.

Она идеальная. Честная. Лучший человек из всех. Обнимаю ее со всей дури.

– Эй, Никольская, раздавишь!

– Марин! И правда раздавишь, а мне с ней ещё супружеский долг соблюсти нужно.

Мы с Женькой просто чуть не задохнулись от шуточки Веселова, который незаметно подкрался к нам сзади и обнял за плечи.

– О, Боги, Веселов, я сделаю вид, что мои ушки этого не слышали, – прыскаю со смеху.

– Девственница, что ли? – спрашивает с серьезным видом.

– Да, иди ты! – отталкиваю от себя парня, и улыбаюсь.

Какие же у меня клевые друзья! Еще минуту назад я переживала из-за драки парней, что настроение подпорчено и уже ничего его не сможет скрасить. Как же я рада, что я ошиблась, ведь сейчас я улыбаюсь и радуюсь за ребят. Мы же на свадьбе! Пора и тост сказать.

После моего трогательного поздравления, по итогу которого я прослезилась, прошла череда поздравлений от родственников и друзей. Конкурсы правда между свидетелями были негласно отменены, ведь Артёма все не было.

Потихоньку мы добрались, пожалуй, до самого волнительного момента и трогательного в своей нежности и любви. Когда на свой первый танец вышла невеста и отец жениха. И под старую песню, мужчина, так нежно положив руку на талию Жени, ведёт ее в танце.

Папа, папа, папа

Посидим вдвоем

Папа, папа, папа

По чуть-чуть нальём

Мы с тобою папа, старые друзья

Годы пролетели

Повзрослела я

По Жениным щекам текут слёзы, как, собственно, и по моим. Может когда-нибудь и я станцую со своим будущим свекром так трогательно, кто знает.

А затем на втором куплете песни, Женя меняет партнера и уже танцует со своим отцом. Ее папа высокий и статный мужчина, серьезный и деловой, но сейчас он выглядит словно самый обычный парень, который первый раз повёл девушку на танцы. Несмелый и робкий. На его лице мелькает грустная улыбка. Он понимает, что сегодня отдаёт свою дочь в другие руки. Но надежные и любимые.

Шквал аплодисментов и грустная мелодия меняется на веселую и снова гости веселятся до упаду. А Гелька больше всех, маленькая зажигалка. Мы с Женькой держась за руки, кружимся по танцполу, в самом его центре.

Голова кружится или зал. Видимо, я уже стара для таких кружений.

– Жень. Я больше не могу, пойдем посидим, – тяну подругу к столу, где нас ожидают, кем-то услужливо наполненные бокалы с шампанским. Выпиваю залпом, а Женя лишь пригубляет, ведь на неё у жениха сегодня большие планы.

Так, а где это наш жених?

Я не одна потеряла из виду Веселова, и Женя сама уже ищет взглядом своего любимого. Они уже не могут без друг друга и минуты. Я нахожу его первым. Парень стоит возле дальнего окна и с кем-то общается по телефону.

Показываю Жене направление, и она спешит к своему мужу. Наблюдаю за красивой парой со стороны. Женя обнимает за талию одной рукой жену, но продолжает слушать собеседника, кивает. Мое внимание отвлекает Женин одногруппник. Слава, кажется.

– Как поживаешь, Марин?

Слава, прикольный парень, мы раньше тусили в одной компании.

– Ты же меня знаешь, как всегда лучше всех. Вот даже сегодня отличилась, ну ты видел сам.

Парень коротко кивает и предлагает выпить шампанского за молодых. Он подходит близко и мне резко бьет в нос запах одеколона. Такого чужого и непривычного для меня. Не моего. Мы с ним тихонечко чокаемся и выпиваем. Похоже мне уже перестать бы налегать на спиртное. В голове уже царит хороший шум.

– Ну что, Маришка, ещё по бокальчику?

Вопреки своему разуму соглашаюсь и смотрю в сторону молодоженов.

Женя с обеспокоенным лицом спешит в мою сторону. Или мне спьяну только так кажется? Мне не нравится это. Совсем.

– Что-то случилось?

– Тёма уехал.

– Ну это мы все заметили, Жень.

Но подруга меня резко перебивает. Такой я ее не видела ещё.

– Марина, это не смешно. Сейчас Влад звонил Жене и сказал, что Артём угнал его машину.

Что?

– Подожди, что это за бред?

– Это не бред, езжай с Веселовым, он тебе все объяснит, а я останусь тут. Не хватало ещё всех всполошить тут.

И уходит. Я стою и не могу привести мысли в порядок. И тут меня за руку берет Веселов и тащит к выходу.

– Мне нужна твоя помощь, Марин!

– Да что происходит, ты можешь мне объяснить?

И пока мы садимся в такси, он вкратце рассказывает, что ему позвонил Влад и сказал, что они с Тёмой поехали немного покататься по городу, а после их остановки на заправке, где Влад пошёл за кофе, Артём сел за руль и уехал в неизвестном направлении. И теперь нам нужно, как минимум забрать Влада и как максимум найти Клинского, пока тот не натворил беды.

Мой пьяный мозг отчаянно сопротивляется принимать эту информацию. Зачем он вообще ушёл со свадьбы? Из-за моих слов? Почему сел за руль? Фуух, голова кругом.

И за какой черт я еду на его поиски? Артём снова привлекает к себе внимание. Это в его стиле. Снова думает лишь о себе. Но мне страшно представить, во что может вылиться эта пьяная поездка. Как только увижу – прибью! За его выходку, за то, что думает только о себе. Эгоист! Дурак!

Черт!

Но Тёма мой дурак!

Понимание накрывает резко, дыхание перехватывает, а сердце бьется так, словно стремится вырваться наружу.  Прижимаю ладони к груди и пытаюсь успокоиться, но меня накрывает паника. Внутри болезненно ноет и я очень даже переживаю за этого говнюка. Если бы я была к нему равнодушна, и мои чувства остыли окончательно я бы ведь так сейчас не переживала и не кусала губы в кровь? И была ли я здесь, в едва освещённом салоне такси.

По щекам текут слезы, и я ничего не могу поделать.

– Женя, скажи, что с Артёмом все хорошо!

– Марин, я не знаю…

– Черт! Скажи!

– Успокойся. Еще ничего не ясно.

– Не понимаю, как ты можешь быть таким спокойным.

– Я не девочка-истеричка, во-первых…

– Я не истеричка!

– А то и видно, – продолжает спокойно рассуждать Веселов. Слава Богу на пустынной вечерней загородной трассе почти совсем нет машин. – И, во-вторых, мы правда еще ничего не знаем. Зачем накручивать себя раньше времени?

Затем, что я боюсь за Артёма!

Но я молчу и пытаюсь успокоиться. Женя прав. Своими переживаниями и самонакрутом, я делаю хуже лишь себе и сею панику вокруг себя.

Но вот когда я увижу лицо Клинского сперва ударю, потом поцелую, а потом снова ударю для профилактики. Чтобы неповадно было пьяным гонять и всех заставлять волноваться.

Вот не было его слышно на протяжении нескольких лет и жила почти спокойно, не думала о том, что с ним могло что-то случиться. Да чего таить? Я специально заставила себя его забыть и оставить в прошлом. А ведь за это время он мог заболеть, попасть в беду, жениться, в конце концов. И я запрещала все это время думать и вспоминать о нём. Но сейчас… когда он тут, рядом, уже просто невозможно сопротивляться своим чувствам. Мне страшно. Страшно снова открыться этому чувству. А тем более чувствам к Артёму.  Но где-то внутри, на подсознании, я больше всего боюсь, что уже поздно, и моя любовь Клинскому нафиг не сдалась.

Дыши глубоко, Марина!

До заправки мы добираемся через минут пятнадцать, за которые я успеваю себя накрутить и раскрутить несколько раз. Уже почти протрезвевший друг Жени подходит к нам.

Я набрасываюсь на него, словно фурия.

– Как ты мог ему позволить сесть за руль? Какого вообще хрена вы оба сели в ту чёртову машину? Вам мало развлечений сегодня?

Парень пытается вставить хоть слово, но я со своими обвинениями и криком просто не даю ему этого сделать.

– Ну вот и где нам его теперь искать? Господи, пусть все будет хорошо!

И тут происходит то, от чего мое сердце пропускает разряд и замирает. Полицейские сирены разрезают тишину загородной трассы. Патрульная машина проносится мимо нас, нарушая все правила дорожного движения, а за ней летит карета скорой помощи. И я мысленно прошу Бога о том, чтобы эти непрошеные гости ехали не к Артёму.

Как в замедленной съемке поворачиваюсь к парням и волосы растрепывает внезапный ветер.

– Ты же говорил, что все будет хорошо, Жень.

– Я от своих слов не отказывался ещё. Живо все обратно! Ну же, залазьте в такси.

Сам запрыгивает спереди и велит водителю ехать за мерцающими синими огнями скорой помощи.

Я держу в кулаке крестик от цепочки на шее и молюсь, не зная ни одной молитвы. Прошу за Артема, не за себя. Прошу, чтобы все это закончилось хорошо. Но по мере нашего приближения к уже остановившейся машине с красным крестом, я отчаянно роняю крест обратно.

Врачи на носилках несут человека в автомобиль, а голос сидевшего рядом со мной Влада, как гром среди ясного неба:

– Твою мать, это моя тачка!

И я чувствую, что проваливаюсь в пропасть, которая успела открыть свою пасть для меня и обнажить зубы.