Глава 27. Лея и Алексей

В машине было тепло. Но не столько от того, что Алексей включил кондиционер и подогрев сидений, сколько от него самого.

Вот эта забота о её коленях, то, как он повёл себя… невозможно было не ощущать каждой клеточкой. А ещё — то, как он нёс её на руках по всему бизнес-центру и даже в лифте не опустил на пол. Как открывал двери своей машины, даже не думая освободить руки, словно боялся отпустить её хоть на секунду.

Господи, как же это было приятно.

И аромат. Быть настолько близко к его лицу, к шее и вдыхать не только парфюм, но и что-то его собственное, тёплое, живое, то, что оставляет на коже лосьон после бритья. И как она сама, будто случайно, будто из-за необходимости держаться, коснулась его затылка и скользнула пальцами по волосам… всё её тело отозвалось мурашками. Она даже испугалась, что он заметит её реакцию.

Теперь, сидя на пассажирском сиденье его машины, Лея украдкой наблюдала за ним. Как уверенно он держал руль одной рукой, а другой набирал номер телефона. С кем-то коротко говорил, уточнял детали, и в голосе его звучала властная, но спокойная забота:

— Сейчас привезу девушку, надо посмотреть. Подготовьте.

Потом, будто собеседник мог это увидеть, он кивнул в трубку и отключил телефон.

Сразу бросил взгляд на её колени, дотянулся до заднего сиденья, достал плед и протянул ей:

— Холодно? Укутай ноги.

Она поспешно мотнула головой, не в силах выдавить ни слова. Во рту пересохло. Она боялась, что если заговорит, он услышит её смущение, догадается, какие мысли она прячет.

— Я совсем не подумал… — нахмурился Алексей. — Зима, а ты с голыми ногами. И в туфлях…

На красный свет он остановился и повернулся к ней вполоборота:

— Ты опоздала потому, что упала?

— Я… — сердце бешено колотилось. Сказать правду? Что она хотела сегодня выглядеть красивой — для него? Невозможно. Она торопливо вернулась к старой версии, которую озвучила отцу:

— Нет. У меня было поручение от Артёма Александровича. Надо было выполнить утром.

— Правда? — в голосе прозвучала лёгкая усмешка. — И какое же поручение Артём тебе дал? Такое важное, что ты содрала колени выполняя его?

Лея вся напряглась.

Если он спросит у Артёма Александровича…

Но она знала: Артём Александрович не расскажет ему о поисках Алисы.Она отвернулась, пряча глаза:

— Это личное поручение. Я не могу вам сказать.

И замолчала, словно поставила точку.

Алексей ещё секунду смотрел на неё, заметив, как она смущена, и решил не давить. На губах появилась лёгкая улыбка, но в глазах остался интерес.

Что же ты скрываешь, девочка?..

Через пять минут он уже нёс её по коридору травматологического отделения, не обращая внимания ни на её протесты, ни на взгляды людей. Держал так уверенно, будто Лея была самой драгоценной вещью в его жизни, которую он ни за что не позволит уронить.

У кабинета врача их встретил мужчина лет пятидесяти в белом халате, с сединой на висках и внимательным взглядом.

— Алексей Дмитриевич, — протянул он руку. — Давно не виделись. Что у вас случилось?

— Моя девушка упала, повредила колени. Надо осмотреть, исключить трещины или переломы.

Лея вспыхнула: «моя девушка»…

Слова обожгли и согрели одновременно.

Доктор проводил их в смотровую. Алексей аккуратно усадил Лею на кушетку, но даже тогда не выпустил её ладонь, словно опасался, что она снова упадёт.

— Размотайте плед, надо осмотреть колени, — спокойно сказал врач.

Щёки Леи загорелись. Она надеялась, что Алексей выйдет, но по его взгляду поняла: даже мысли такой у него нет. Пришлось подчиниться. Врач бережно ощупал суставы, надавил на отёкшие места. Лея морщилась, а Алексей крепче сжимал её пальцы, будто делился с ней силой.

— Нужно сделать рентген, — заключил врач. — На всякий случай.

И снова Алексей поднял её на руки, как будто пройти нескольких шагов самой было для неё невозможным.

Снимки сделали быстро. К счастью, перелома не оказалось — только сильные ушибы и ссадины.

— Придётся ограничить нагрузку, — сказал врач, глядя на снимки. — Ноги отдохнут, отёк сойдёт за несколько дней. Я выпишу мазь и повязки. И сейчас сделаем укол, чтобы снять боль. Отнесите вашу девушку в процедурный.

Алексей едва заметно улыбнулся — ему явно понравилось, что врач принял их за пару. Лея, наоборот, густо покраснела.

— Вашей девушке будем делать укол в ягодицу, вы хотите присутствовать? — уточнила медсестра в процедурном.

— В ягодицу… — эхом отозвалось в голове Леи. Она вспыхнула и почти вскрикнула:

— Нет! Не надо присутствовать. Алексей Дмитриевич… — в её голосе и взгляде звучала мольба.

Медсестра замерла с ампулой в руках и несколько секунд удивлённо смотрела на Лею. Потом до неё дошло. Алексей едва заметно усмехнулся и, ничего не сказав, вышел. Ему это понравилось. Ему очень понравилось, что никто не сомневался: они вместе.

Когда дверь за ним закрылась, сердце Леи стучало так громко, что, казалось, его было слышно в коридоре.

Боже… они приняли его за моего парня?..

— Простите, я подумала, что вы пара, — тихо сказала медсестра.

Процедура оказалась неприятной: обработка йодом, повязка и, наконец, укол. Лея шипела от боли, но в глубине души её согревало странное чувство — будто и правда есть кто-то рядом, кто всё решит за неё, кто не даст ей мучиться одной.

Через несколько минут Алексей снова вошёл и, не спрашивая, поднял её на руки.

— Я могу сама… — слабо возразила Лея.

— Не можешь, — твёрдо сказал он и прижал её к груди.

Медсестра провожала их взглядом с улыбкой. В её глазах читалось: ну как же не пара? Ещё какая пара — вон как носится с ней. Не с каждой женой так носятся.

Он вынес её обратно по коридору, и снова все оборачивались им вслед. Но в этот раз Лея не сопротивлялась. Она робко уткнулась носом в его плечо, чувствуя, как ровно и спокойно бьётся его сердце.

У выхода их догнал врач, протянул список рекомендаций:

— Покой на несколько дней. Больше лёжа, меньше ходьбы. Мазь два раза в день. Контроль через неделю.

Алексей коротко кивнул:

— Спасибо. Я прослежу.

Он вынес её к машине так же, как и заносил, — будто Лея была не женщиной, а хрупким сокровищем, которому нельзя коснуться ни пылинки.

И в его руках она чувствовала себя… защищённой.