Глава 26. Алексей и Лея

Алексей сидел за столом, слушая, как Марьяна привычно растягивает слова, обсуждая какие-то формальности. Она всегда умела говорить «правильно» и «по делу», но сегодня ему казалось, что её голос звучит особенно фальшиво.

Марьяна что-то рассказывала про новые изменения в договоре. Алексей кивал, но мысли его были в другом месте. Он чувствовал: Лея вошла в приёмную, села за своё кресло, включила компьютер… и это казалось ему событием куда более важным, чем все контракты вместе взятые.

Десять дней он видел её только со страниц Instagram — мельком, на чужих фотографиях, где она то с сестрой, то с подругой, то просто улыбается в камеру. И всё это время жил с каким-то странным ощущением пустоты, словно чего-то не хватало для нормального дыхания.

Марьяна, видя, что Алексей невнимателен, решила разрядить обстановку. Встав, она лениво потянулась, будто давая возможность полюбоваться собой, и, проходя к двери, с лёгкой улыбкой произнесла:

— Давайте выпьем кофе, так думается легче.

Она обдала его волной тяжёлого парфюма, открыла дверь и, с нескрываемым снисхождением, прокомментировала появление Леи на рабочем месте, приказав той приготовить кофе.

Тон, которым она позволила себе обратиться к Лее, больно задел Алексея. Внутри что-то сжалось.

— Марьяна, — неожиданно оборвал он её, когда та уже почти закрыла дверь. — Давайте так: всё, что касается этих пунктов, изложите на бумаге и оставьте в приёмной. Я посмотрю вечером.

— Но… Алексей Дмитриевич…— У вас прекрасный кофе в отделе, — мягко, но холодно усмехнулся он. — Побалуйте себя там. А у меня сейчас другие дела.

Юристка прикусила губу, но возражать не посмела. Выплыла из кабинета, демонстративно щёлкнув каблуками.

Алексей перевёл взгляд на дверь.

— Лея, зайдите, пожалуйста.

Дверь приоткрылась, и он впервые за долгие дни снова увидел её.Сердце неприятно дернулось.

Она вошла, чуть опустив глаза, с блокнотом в руках. Как всегда прекрасна — однозначно новое платье, собранные в пучок волосы, лёгкий румянец на щеках. И для него — как вспышка света после долгой темноты.

— Алексей Дмитриевич, вызывали?

Боже, как он соскучился по её голосу.

— Да, Лея. Нужно, чтобы вы подготовили несколько писем: в Мюнхен, в Лиду и по текущим вопросам. Вот список.

Он передал ей папку, но взгляд его никак не мог оторваться от неё. Десять дней… и будто целая вечность. Он отмечал каждую мелочь: как дрогнули ресницы, как она прикусила губу, принимая папку, как аккуратно держала ручку в пальцах.

Она вышла. И тогда он заметил: шаг её какой-то неровный. Будто прихрамывает.

В течение дня он ловил себя на том, что наблюдает за ней исподтишка. Лея двигалась аккуратно, даже слишком. Садилась осторожно, вставала — будто каждый раз собиралась с силами.

Алексей нахмурился.

Что с ней? Почему она так двигается?

Внутри уже рождалась тревога, но он решил подождать. И лишь после обеда, когда большинство сотрудников возвращались в офис, он снова позвал её.

— Лея, зайдите.

Она вошла, в руках всё тот же блокнот, но на лице усталость и странное напряжение.

— Садитесь.

Она села. Но слишком медленно, с заметным усилием. Алексей резко отодвинул кресло и встал.

— Что с вами?

— Н-ничего, — попыталась улыбнуться она. — Всё хорошо. Просто… устала.

— Лея. — Голос его прозвучал низко и твёрдо. — Я вижу, что вы не можете нормально ходить. Что случилось?

Она замялась. Хотела отмахнуться, но под его взглядом покраснела и опустила глаза.

— Ну… я утром упала. На колени. Неудачно. Но всё нормально, правда.

Алексей шагнул ближе.

— Нормально? Вы едва двигаетесь.

Она нервно пожала плечами.

— Пройдёт.

И в этот момент попыталась встать — и не смогла. Лицо её скривилось от боли.

Алексей тихо выругался и решительно подошёл.

— Всё, хватит. Показывайте.

— Ч-что? — она вскинула глаза.

— Колени. Снимайте колготки.

— Алексей Дмитриевич! — её щёки вспыхнули ярким румянцем. — Я… я не могу!

— Можете. И должны, — холодно ответил он. — Мне нужно видеть, насколько серьёзно повреждение.

Она растерянно замерла. В голове путались мысли: снять? прямо тут? перед ним?

Ситуация казалась одновременно неприличной и смешной.

— Может… я дома посмотрю… лёд приложу… — попыталась оправдаться Лея.

Алексей скрестил руки.

— Лея, вы хотите, чтобы завтра ваше колено распухло так, что вы вообще ходить не сможете? Вы не хотите ходить на работу и специально до этого доводить?

Она закусила губу и, не видя лёгкой улыбки на его губах, промямлила:

— Это же… неприлично…

— Неприлично — доводить себя до больницы с осложнениями. — Он наклонился и посмотрел ей прямо в глаза. — Снимайте.

Она опустила голову. Сердце колотилось так, будто готово вырваться из груди. Пальцы дрожали, когда она дотронулась до края колгот.

— Господи, — пробормотала она. — Никогда не думала, что доживу до такого.

— Что? — хмыкнул он.

— Что мужчина будет приказывать мне… снимать колготки…

На секунду в его глазах мелькнула улыбка.

— Ну, считайте, что это служебная необходимость.

— Ладно… только отвернитесь.

Алексей с улыбкой и театральным жестом повернулся спиной.

Она, запинаясь, всё-таки стянула тёмные колготки. Под ними обнажились её стройные ноги и — два красных, содранных, распухших колена.

— Всё. Уже можно. Поворачивайтесь.

Алексей присел на корточки. Осторожно коснулся пальцами кожи вокруг ссадин. Лея тихо охнула, от прикосновения по телу пробежала дрожь.

— Так, всё. Хватит героизма. — Он резко поднялся и, не дав ей возразить, подхватил её на руки.

— Алексей Дмитриевич! — воскликнула она, испуганно обняв его за шею. — Поставьте меня! Я сама могу!

— Сама? — он скептически посмотрел на её распухшие колени. — Вы не дойдёте даже до лифта. Где ваше пальто?

Он держал её крепко, уверенно. И Лея вдруг поняла: ей совсем не страшно. Наоборот, в его руках она чувствовала себя защищённой, как никогда раньше. И ещё… страшно счастливой.

Он вынес её из офиса, не обращая внимания на удивлённые взгляды попавшихся по дороге сотрудников. Особенно юристка смотрела им в след с такой злостью, что если взглядом можно было убивать, Лея уже давно лежала бы бездыханной.

В машине он усадил её рядом, пристегнул ремень.

— В травмпункт. И точка. У меня в «двойке» есть хороший знакомый. Посмотрит, сделаем снимок.

Она попыталась возразить, но он лишь бросил на неё такой взгляд, что все слова застряли в горле.

И тогда Лея только глубоко вдохнула. Впервые за день ей стало спокойно.

Пусть он командует, пусть решает. Рядом с ним можно расслабиться. Он всё сделает правильно. Он позаботится.

И сердце её наполнилось тёплой, тихой радостью.