Глава 12

УЛЬЯНА

Нажимаю пальцем ноги на кнопку «Выкл» на пылесосе и выглядываю на лоджию:

– Всё, бабуль, можешь возвращаться. У тебя теперь тоже чисто. Осталось лишь пыль протереть, и будет вообще идеально.

– Спасибо, Уленька! С пылью я сама справлюсь. За это не переживай.

Бабушка, до сего момента сидевшая на табуретке и разглядывающая происходящее во дворе, опирается на обшитый пластиком поручень и поднимается на ноги. Шаркая подошвами тапочек, доходит до высокого порожка и аккуратно его перелезает.

– Уверена? Я могу помочь, – предлагаю, придерживая ее за локоть.

– Не надо, внуча. Махать тряпкой, это не с твоей шайтан-машиной ладить. Много ума не требуется, – косится на пылесос.

Прячу улыбку и не комментирую.

Бабуля признает только веник. Но раз в месяц все же сдается мне и допускает пропылесосить. Вот как сегодня.

– Уленька, а хочешь, я тебе оладушек напеку?

Предложение встречаю на ура.

Раз ба надумала готовить, значит, ей действительно полегчало. Мысленно выдыхаю, но вслух не комментирую, еще не хватало сглазить. С бабушкиным давлением и его скачками не грех стать суеверной.

– О, это было бы здорово!

– Тогда пошла затворять.

– Давай. А я в «Пятерочку» сейчас за сгущенкой сгоняю. Тебе сметанку купить?

Бабушка шамкает губами, раздумывая, потом кивает.

– Возьми. Только маленькую баночку.

– Хорошо.

Решаю не спорить, но взять обычную. Разница рублей в пятнадцать-двадцать, а объем почти в два раза больше.

Сменив в спальне домашние бриджи и футболку на сарафан, перекладываю из рабочей сумки в шоппер кошелек, по пути к выходу прихватываю с комода телефон и спешу в прихожую. Обуваю балетки.

– Бабуль, я ушла! – кричу погромче, чтобы меня было слышно.

– Хорошо-хорошо, внуча, – доносится в ответ.

Кивнув сама себе, забираю ключи с крючка и при выходе запираю дверь. Перебирая ногами, пулей слетаю по лестнице. У подъезда здороваюсь с местными кумушками и… притормаживаю.

Одной отвечаю про бабулино здоровье, другой обещаю проверить, есть ли сегодня в «Пятерочке» акция на сахар, с третьей договариваюсь, что она зайдет померить давление.

– Ульяш, у Харитоновны из пятнадцатой нога отнялась, ей уколы внутримышечно назначили. Ты как? Сможешь ставить? Только по деньгам, сама знаешь, какая у нее пенсия.

Представляю.

– Сделаем, баб Жень. Вы ей передайте, что прям завтра можем начать. Либо буду утром до восьми забегать, либо около семи вечера, как с работы вернусь. Мой телефон же у вас есть?

– Есть.

– Ну, как определитесь, вы мне напишите.

– А по оплате, Уль?

– Как обычно, – улыбаюсь, – шоколадки хватит.

Всем кивнув, прибавляю шаг.

– Ну ничего себе, за шоколадку десять уколов… – доносится в спину обсуждение кумушек. – Дианка из сорок девятой сказала, что меньше чем за сотку каждый делать не будет. И это еще со скидкой. А так по сто пятьдесят, мол, давно берет…

Я тоже про такие расценки знаю, да только мы ж тут все свои. И, если есть возможность по-соседски помочь, почему нет? К тому же для меня это еще и лишняя практика, чтобы рука была набита.

В магазине с выбором товара справляюсь быстро. На КСО тоже задержки не возникает. Останавливаюсь лишь на секундочку, когда просят поделиться скидочной картой. И в этот момент звонит телефон.

– Приветики, спящая красавица! На часах почти двенадцать, а ты только глазки продрала? – подкалываю Ольгу, принимая вызов.

Прижав телефон плечом к уху, забираю свою карту, киваю на слова благодарности и убираю кошелек в шоппер. Перехватываю пакет поудобнее и спешу на выход.

Не люблю в толпе разговаривать.

– Ну и как ты догадалась? – зевает Иванова.

– Легко, – смеюсь беззаботно. – У тебя вчера такой смешной взгляд был, когда я домой собралась с Егором ехать. Честное слово, как у голодной кошки. Поэтому я ни секунды не сомневалась: первым делом, как проснешься, ты будешь мне звонить.

– Ну так интересно же! – ворчит Лёлька. – Что вы? Как вы? Мр-м-мм? Колись! Тем более этот Егор такой обалденный…

– Он просто взрослый, Лёль, – выдаю свою версию «обалденности» мужчины. – А познакомились мы случайно. Помнишь, я к Царевичу Елисею опоздала, еще про аварию говорила?

– Было дело…

– Ну вот тогда Савранский и пострадал, а я оказала ему первую помощь, – кратко описываю те события и плавно перетекаю на вчерашний вечер.

– Ну ничего себе у вас встреча в клубе случилась. Прямо как в кино. Ты – принцесса в беде. Он – рыцарь в блестящих доспехах. Романтика.

– Никакой романтики, дорогая, просто приятное общение, – поправляю ее. – Уверена, ты в своей голове нарисовала всё намного красочнее.

– Ну, Пушоче-чек! А по факту?

Усмехаюсь и качаю головой. Вот любопытная Варвара, но ведь своя, любимая.

– А по факту, Лёль, Егор просто меня поблагодарил, предложил обращаться, если какие-то проблемы будут, мол, за ним должок, и подвез до дома.

– А дальше???

– А дальше… я сказала ему «спасибо», вылезла из машины и пошла в подъезд.

– Э-э-э… а-а-а… и всё? А как же… ну, продолжение?

– А в продолжение, – навожу таинства, но долго не выдерживаю и хихикаю, – я легла спать!

– Вот ты дурында! А я тут размечталась…

– От дурынды слышу! – отбиваюсь, веселясь.

Пару минут подкалываем друг друга. Потом перепрыгиваем на Ольгины сердечные дела. Подружка делится радостной новостью, что Мишаня предложил ей встречаться, и она согласилась.

– Представляешь, все разошлись, а мы еще несколько часов гуляли по набережной и к моему дому приехали, лишь когда на улице стало светать.

– Какие вы молодцы! Я очень за вас рада, – говорю от души, а через минутку прощаюсь, так как у подъезда ждут бабульки.

Докладываю про скидку на сахар, киваю на просьбу от Харитоновны делать уколы утром, а потом зависаю, услышав:

– Ульяш, дочка, а чего это Максимка к вам с баулами явился? У вас что ль теперь жить будет? А у себя чего? Ремонт делает?