Глава 10

— Зараза! — рявкает Булат и, отступив, снова жестко вторгается в меня.

— Ай! — вскрикиваю и пытаюсь его оттолкнуть.

Хотя, если признаться честно, боль от вторжения смешивается с удовольствием от того, как он заполняет меня. Растягивает мои стеночки, не оставляя ни миллиметра свободного пространства внутри.

— Затрахаю тебя, — произносит Сакурин и начинает двигаться в жестком темпе.

Опять врывается в мой рот своим языком. Грубо сжимает одной рукой плечо, а второй задирает мою ногу, забрасывая ее себе на бедро. Так сильно хватается за него, что наверняка оставит синяк на нежной коже.

Плевать.

Глаза закатываются от острого наслаждения. Внутренние мышцы пульсируют. Грудь тяжелеет, а стоны вибрируют в горле.

— Столько всего хочу сделать с тобой, — рычит Сакурин. — Пиздец, Не-подарок, сколько всего хочу. В первую очередь хочу…

Он выскальзывает из меня и садится на пятки. Рывком срывает пояс от халата. Вытаскивает его из петель и хватает меня за руку.

— Что ты делаешь? — хмурюсь, начиная догадываться, что он собрался сделать. — Булат…

— Тише, Влада. Поиграем немного.

— Я тебе не доверяю, чтобы играть в такие игры! — выкрикиваю и пытаюсь вырвать руку. Но хватка на запястье железная.

— Научишься доверять, — говорит он и берет меня за вторую руку.

— Прекрати!

— Обязательно. Потом, когда кончишь раз пять. Не брыкайся, не хочу делать тебе больно. Влада! — рявкает, когда я продолжаю попытки вырваться.

— Отпусти!

— Черта с два, — довольным голосом произносит он. — Будешь брыкаться, возьму наручники. В них будет больнее.

— Ты меня обидишь, — озвучиваю свой страх, немного обнажая душу и показывая слабость.

— Никогда, Не-подарок, — отвечает он твердо и я понимаю, что не врет. Не знаю, как чувствую это, но что-то подсказывает, что он говорит правду. Вряд ли никогда, но не сегодня точно. Расслабляюсь, позволяя опутывать мои запястья поясом халата. — Умница.

Потянув за пояс, Булат привязывает его к изголовью кровати, заставляя вытянуть руки.

Паника смешивается с каким-то извращенным горячим удовольствием. Как будто я вручила себя этому странному бандиту, который решил со мной позабавиться. Страх усиливается, потому что я не знаю, что он сделает дальше. Но адреналин заставляет кровь бежать быстрее. Ту самую, которая кипятком бурлит в венах.

Булат распахивает полы халата, и в темноте я вижу, как он довольно скалится. Тянется к прикроватному столику и, щелкнув выключателем, освещает комнату приглушенным красным светом.

Мой взгляд скользит по стенам, по которым красными дорожками расползается освещение. Хмурюсь, потому что это не та комната, в которой я засыпала.

— Где мы?

— В моей спальне, Не-подарок, — довольно скалится бандит.

— Но как я сюда попала?

— Ты так вырубилась, что даже не муркнула, когда я переносил тебя, — хмыкает Булат.

Его большой палец касается моих губ, и я вижу, как взгляд становится еще тяжелее и темнее. Шутки закончились. Черты лица бандита заостряются, когда он пожирает взглядом мои губы.

— Хочу трахнуть тебя в рот, — низким голосом произносит он. — Хочу, чтобы ты слизала свое удовольствие с моего ствола.

То ли эта красная подсветка, то ли его взгляд, то ли слова… но что-то определенно заставляет мою промежность сжиматься от резко накатывающего возбуждения. Как будто Сакурин частично не погасил пожар в моем теле своим грубым вторжением.

Булат накрывает мою грудь своими лапищами. Сжимает, мнет, внимательно следя за своими действиями. Я тяжело дышу и тихо стону, когда он сжимает пальцами соски и тянет за них, даря острое удовольствие.

А потом я чувствую его губы, зубы и язык. Булат так ласкает, что у меня складывается впечатление, будто он разом захватывает оба полушария. Кусает, всасывает соски и нежную кожу, лижет расслабленным языком, щелкает по затвердевшим горошинкам.

Я извиваюсь под его настойчивыми ласками и стону громче. Плевать, если кто-то услышит. Я просто не могу удерживать в себе все эти звуки, когда Сакурин так яростно атакует мое тело.

Он поднимается выше. Всасывает нежную кожу шеи до боли. Чувствую его зубы. Кожа пульсирует под натиском, и я понимаю, что на мне останутся багровые отметки засосов этого неугомонного мужчины. Еще больше отметок.

А потом Булат становится на колени по бокам от моих задранных рук. Огромный член упруго покачивается перед моим лицом, и я сглатываю. Как я должна впустить в рот эту махину? Да, я помню, что он там уже был. И помню эти сжигающие нервные окончания ощущения. Сейчас я в другом положении и не смогу контролировать ни натиск, ни угол проникновения. А, значит, бандит может отыметь мой рот так, как ему того захочется.

Обхватив ствол широкой ладонью, Булат проводит головкой по моим губам.

Я расслабляю их и выпячиваю, позволяя размазывать по ним собственную влагу. Сакурин довольно скалится, а потом давит на мои губы, заставляя открыть рот и впустить внутрь горячую, налитую головку

— Вот так, — поощряет меня Булат. — Умница. Спрячь зубы. Расслабь горло. Дай трахнуть твой горячий ротик.

С каждым мягким толчком он проникает все глубже и глубже. А я смотрю на его перекошенное от удовольствия лицо. Булат крепко сжимает челюсти и, придерживая ствол пальцами, входит практически до горла. Рычит, размеренно раскачивая бедрами.

На моих глазах выступают слезы, а горло спазмирует, когда он пытается проникнуть в него. Выскальзывает, дает пару секунд отдышаться.

— Расслабь горло, — приказывает Булат и снова входит.

Мне каким-то чудом удается выполнить его команду. Я не беру слишком глубоко, но уже и не давлюсь стволом как несколько секунд назад.

Бандит довольно рычит, продолжая трахать мой рот. А потом внезапно выскальзывает. За его членом тянется ниточка слюны. Она обрывается, упав на мой подбородок. Булат тут же наклоняется и, слизав ее, заталкивает свой язык мне в рот.

Как же это пошло! Грязно и вульгарно!

Но в то же самое время так горячо и неимоверно заводит, что я сама тянусь за поцелуем Сакурина.

Оторвавшись от моего рта, он снова занимает место между моих ног. Садится на пятки и, взяв меня за бедра, легко вздергивает их вверх. Притормаживает, а потом медленно насаживает меня на свой член. Это так контрастирует с животной природой его поведения, что я даже зависаю на секунду.

Верхняя губа бандита агрессивно дергается, и он начинает трахать меня. Жестко. Быстро. В таком темпе, что я не успеваю толком делать вдохи.

Из горла рвутся крики, а глаза стремятся к затылку, когда Булат меняет угол проникновения. Теперь он быстро и яростно толкается в ту самую точку, от соприкосновения с которой тело прошибает высоковольтным разрядом.

Я дрожу и чувствую, как вспыхивает мой позвоночник.

Булат замечает мою реакцию и, раздвинув большим пальцем складочки моих нижних губок, трет клитор.

В глазах темнеет, тело превращается в натянутую струну, и я взрываюсь.

Дрожу, чувствуя горячую пульсацию внутренних мышц. Кажется, будто их сейчас разорвет от того, как Булат заполняет меня собой, и им просто некуда больше деваться.

— Первый, — рычит бандит и, перевернув меня на живот, опять врывается.

Трахает до следующего оргазма. Ставит в коленно-локтевую и вырывает из меня еще один экстаз.

А когда я уже не могу стоять даже на коленях, наконец выдергивает из меня свой раскаленный ствол и заливает своим удовольствием мою попку. Размазывает по ней сперму и целует меня между лопаток, собирая губами бисеринки пота.

— Ты меня убил, — хриплю, падая на кровать.

— Поспи немного, — разрешает Булат и отвязывает мои руки. — Я должен тебе еще два оргазма.