Глава 7
Вообще ничего не понятно. Где Маша? Что с ней? Радовало только то, что Владислав все-таки знает ответы на эти вопросы. Значит, его жена точно Машу поддерживает. Уже хорошо. Ну и какая-никакая надежда на то, что Влад все же передаст Маше то, что он просил.
Оставалось ждать. Правда, как долго — пока не известно. Но точно стоит запастись терпением и переключиться пока хотя бы на работу. А еще надо серьезно подумать над тем, что он скажет Маше, если она… Нет! Никаких если! Когда она все же захочет с ним поговорить.
И тут Антон не мог не согласиться с Владиславом. Понимал, что требуется нечто большее, чем просто «я без тебя не могу». Казалось, что даже просто «люблю» уже будет мало. И, если без Маши никак, тогда стоит наступить себе на горло и пойти на уступки.
Уже дошел к машине и нажал на брелок сигнализации, как зазвонил телефон. Посмотрел на экран и скривился. Мама. Только ее сейчас и не хватало! Но, куда деваться, ответил, не отстанет же…
— Слушаю!
— О! Антоша, привет! — весело защебетала женщина. — Как у тебя дела? А мы вот с папой сидим и думаем, что давненько тебя не слышали…
— Деньги закончились? — без церемоний, холодно спросил.
— Ну что ты сразу так… Мы соскучились. А приезжай к нам сегодня в гости?
Ясно. Нужно много денег.
— Не уверен, что получится сегодня.
— Антон, мы не виделись больше месяца! Неужели ты не найдешь хоть полчасика для самых родных людей? Как можно быть таким…
— Хорошо, вечером заеду! — рявкнул в трубку и прервал вызов.
Мамочка сегодня такая нетерпеливая… Ошибся, выходит. Требуется не много, а очень много денег. Достали! Но, вот даже любопытно, что на этот раз?
Слезная просьба помочь оплатить услуги стоматолога? Было. Уже и отец, и мать сверкают голливудскими улыбками. Правда, он (наивный) думал, что у родителей проблемы, а не прихоть… Ну а что такого? Захотелось им виниры! Возраст — не приговор, как сказала мать.
О! Мама… Может, ей опять необходима срочная операция? А что?! Грудь она увеличила, круговую подтяжку лица сделала, но есть же и другие части тела!
Ах, да! Они же на ремонт давно намекают… Хотя отец и на новую машину намекал… Да, и это родители еще реального его дохода не знают! Собственно, они, кроме номера телефона, вообще, мало что знают. Но и этого хватает, чтобы достать Антона.
Господи! И вот с этими людьми Маша хотела познакомиться?! Да ни за что! И ведь не объяснишь настоящую причину, почему… Ну как рассказать это все? Весь тот ужас, преследовавший его с детства! Показать такую картину его семьи — раскрыть всю свою никчемность. Да, Маша поймет, наверно, даже пожалеет. И о свадьбе забудет. Да о любых отношениях с ним захочет забыть. Она другая. Выросла в других условиях, в другой семье…
***
Вечером после работы, как и обещал, поехал-таки к родителям.
Все тот же двор, все та же пятиэтажка… Разве что фасад свежее да детская площадка новая. Воспоминания только старые о том, как прятался под горкой, когда убегал из дому, как упал с качели, разбив лоб, за что еще в добавок прилетело и от матери… Да уж, то еще детство. Врагу не пожелаешь!
Так, вдох-выдох — и поскорее завершить этот визит. Набрал на домофоне номер квартиры, в которой жили родители.
— Кто? — послышался слащавый голос матери.
— Я, — коротко ответил.
— Открываю!
В самом подъезде тоже было не так уныло, как раньше, ремонт сделали, стены в приятный салатовый цвет покрасили… Давно он тут не был, однако! Прошлый раз с матерью в городе пересекался. Отца с ней не было. И по телефону они тоже не общались.
Пятый этаж. Тридцатая квартира. Заносит руку, чтобы нажать на звонок, но не успевает. Мать уже рывком открывает дверь, сияя улыбкой.
— Антон! Сынок, как я рада! — пытается с порога его обнять.
Но сын ловко уворачивается и обходит мать, продвигаясь вглубь квартиры.
— Ой! Ну, конечно! Вырос и такой недотрога стал! — пожурила мать.
— У меня мало времени! Давай ближе к делу! — вырвалось у Антона даже грубовато.
— Занятой, деловой… — вышел из гостиной отец.
На его слова Антон даже реагировать не стал, лишь глянул коротко искоса.
— Давай хоть кофе попьем! — предложила мать.
— Я спешу, — процедил сквозь зубы Антон, стоя посреди кухни.
Даже сесть в этой квартире не было никакого желания. Поскорее бы уйти!
И женщина поняла, что надо переходить все же к сути. Переглянулась с мужем, и заговорила:
— Антон, у нас с папой скоро годовщина… нашего, так сказать, воссоединения. Ну, ты же помнишь, наверно? — вздернула свои вытатуированные брови.
О, да! Это Антон никогда в жизни не забудет! Ни того, как жил в аду без отца, ни того, как оказался почти на улице, когда тот эффектно вернулся к матери…
— Так вот мы с папой хотели как-то отметить это знаменательное событие в нашей жизни…
— Ты сам столик в ресторане не в состоянии заказать? — хмыкнул Антон, переведя взгляд уже на отца.
— Нет, сынок, ты не понял, — погладила его по плечу мать. — Мы бы не беспокоили тебя по таким пустякам. Но в этом году нам захотелось… поехать куда-нибудь, где все включено!
— Всего-то? — вздернул бровь Антон. — Такая мелочь! Ну разве я могу отказать любимым родителям?! — рассмеялся наиграно. — Это все?
— Да, — хлопая глазами, кивнула мать.
— Деньги переведу на карту, — сказал и направился в коридор. — И в следующий раз просто пиши мне сумму, договорились? — добавил уже возле двери и вышел.
***
Дорога домой по вечерним пробкам заняла более часа. Но все равно этого времени оказалось мало, чтобы успокоиться, прийти в себя, выдохнуть. Аж трясло до сих пор после встречи с «самыми родными» людьми. Хотя, учитывая то, что жизнь они Антону отравляют с самого детства, странно было бы ожидать, что сейчас его так быстро отпустит.
Да… С самого детства… А было ли оно у него, это детство? Такое, как у других детей, выросших не в интернате? Нет, веселой и беззаботной поры Антон в своей жизни не припоминал, сплошной беспросветный кошмар, от которого не мог проснуться, пока не вырос. Даже вот сейчас накрывает иногда, когда приходится контактировать с родителями.
И, меряя шагами квартиру, в очередной раз задался вопросом, может ли такой, как он, выросший в столь нездоровой среде, сделать счастливой Машу? Она ведь искренне мечтает о полноценной семье с детьми… А он и примера отношений полноценных в браке родителей не видел, что и говорить о воспитании ребенка? Имеет ли он, в принципе, право становиться отцом? Что он даст ребенку? А вдруг стараний одной только Марии будет мало? Что если из-за Антона и у их ребенка жизнь станет таким же кошмаром? Допустим, обеспечить он семью сможет. Это уже немало. Но, вспоминая себя в детстве, понимал, что не только в материальном плане был обделен, не имея целой обуви, одежды, да и еды часто, чего уж… А ведь еще больше не хватало любви. Не знал даже, какого именно проявления этого чувства ждал от матери, но точно не ощущал, что его любят. Об отце и говорить нечего…
И кто может родиться и вырасти у таких моральных уродов? Да, такой же… Видимо, потому и Машу за четыре года не смог сделать счастливой. И, скорее всего, не получится в будущем. Его желание быть с Марией искренне, но эгоистично, потому что для этой прекрасной девушки воссоединение не принесет ничего хорошего. Надо иметь смелость признать это и смириться. Маше без него будет лучше, бесспорно. Она замечательная, и обязательно встретит нормального, достойного мужчину, который поможет ей забыть прошлые неудачные отношения и воплотить все ее мечты.
А что касается его… Антон готов ради Маши на все, даже наступить себе на горло, как и сказал сегодня Владу. И в этот раз он наступит, чтобы не сорваться и не начать опять искать встречи с ней; чтобы позволить ей забыть.
Достал мобильный и набрал номер друга. Владислав ответил быстро.
— Слушаю!
Судя по детским голосам, доносящимся в трубку, он тоже уже был дома.
— Влад, ты говорил с Машей? — сразу прямо спросил.
— Нет, — вздохнул он. — Не было возможности еще.
— И не говори. Не надо, — сдавлено и монотонно, как робот, произнес.
— Что? — действительно удивился Влад. — Ты серьезно? — помедлив, добавил, кажется, уединившись где-то, потому как голосов детей больше не слышно.
— Да, серьезно. Не стоит говорить с Машей и напоминать ей обо мне, вообще. Она заслуживает лучшего, чем могу дать я, — еле выдавил ответ.
— Я понял, — вздохнул Владислав и отключился.
А Антон, глядя на сидящего на диване в гостиной вязаного зайца, сполз на пол по стене, прислонившись к которой и стоял во время разговора. И не штормит больше, не дергает ничего, чтобы начать опять бегать из стороны в сторону. Все силы покинули в одно мгновение, словно выдохнул их. И только душу разрывает от невыносимой, жгучей боли.
— Ну вот и все… — прошептал все тому же зайцу.
***
— Все нормально? — спросила Александра, как только Владислав вернулся в гостиную.
Она с Машей сидела на диване, а девочки уже спорили, как дальше строить дом из конструктора. Вот так! Стоило папе отлучиться…
— Да, все хорошо, — снова сел рядом с дочками, пытаясь понять, что тут настроили без него.
Правда, звонок Антона сбил с толку совсем. Хорошо, что не успел с Марией завести о нем речь! Она только минут двадцать, как приехала к ним.
— Владик, так от Маши ты что хотел? — переглянувшись с подругой, спросила жена.
— От Маши?! — спохватился.
Точно! Об Антоне не успел упомянуть, но сказал ведь, что поговорить надо…
— Да… Я просто спросить хотел, как дела? Нужна ли какая-то помощь… И, знаешь, Маша, если что, ты звони нам в любое время дня и ночи. Мы всегда поможем, — вот это добавил уже решительно и от души.
— Спасибо, Влад, — улыбнулась она. — Все нормально. Но если что… А я, в принципе, и так к вам и Свете с Кириллом обращаюсь. И очень вам благодарна. Даже неловко, что вы так носитесь со мной.
— Маша, — обняла ее Саша, — ну прекрати ты! Что значит «неловко»? Ты же нам уже родная!
Влад кивнул, улыбнувшись. А про себя подумал, что теперь уж точно Марии стоит рассчитывать только на их помощь.