Глава 40. Пробуждение Силы

Я открыла глаза, и мир обрушился на меня.

Раньше пробуждение означало медленное всплытие из темноты в серые сумерки реальности. Но не сегодня. Сегодня не было сумерек. Была только ослепительная, звенящая ясность.

Я лежала в постели, но не чувствовала тяжести одеяла. Я чувствовала каждую нить ткани, ее текстуру, ее температуру, ее натяжение. Я перевела взгляд на потолок.

Раньше это был просто гладкий черный камень. Теперь я видела его суть. Я видела сложнейшую сеть энергетических каналов, пронизывающих материю, словно кровеносные сосуды. По ним пульсировала бледно-голубая энергия, питающая освещение и систему климат-контроля комнаты. Я видела микроскопические частицы пыли, танцующие в воздухе, и каждая из них оставляла за собой крошечный тепловой шлейф.

Мир перестал быть плоской картинкой. Он стал объемом, структурой, схемой.

Я повернула голову.

Рядом со мной спал Морван. Или, скорее, восстанавливал силы в глубоком трансе.

Для моего нового зрения он был похож на свернувшуюся галактику. Его тело излучало такой мощный жар — не физический, а магический, — что воздух вокруг него дрожал. Я видела, как энергия перетекает в нем, концентрируясь в районе сердца и солнечного сплетения.

Он был великолепен. И он был моим. Я чувствовала нашу связь не как абстрактную нить, а как толстый, светящийся канат, уходящий из моей груди прямо в него.

Я села. Мое тело казалось невесомым. Усталость, боль, скованность — все это осталось в прошлой жизни. Я чувствовала себя переполненным сосудом, готовым расплескаться.

Я встала с постели и подошла к зеркальной панели. Пол был теплым, и я видела, как мой след оставляет на камне угасающее тепловое пятно.

Я посмотрела в зеркало.

Из стекла на меня глядело существо, которое когда-то было Лирой Торн.

Моя кожа стала бледнее, приобретя жемчужный оттенок, словно она светилась изнутри. Черты лица заострились, став более хищными, аристократичными.

Но глаза…

Мои зрачки больше не были круглыми. Они вытянулись в вертикальные эллипсы, как у кошки или змеи, готовой к броску. Радужка потеряла человеческий рисунок — теперь это был сплошной, насыщенный фиолетовый диск, который слабо фосфоресцировал в полумраке спальни.

Я коснулась своей груди. Серебристый след вокруг амулета, оставленный пальцем Морвана, впитался в кожу, став частью меня. Это был не шрам и не татуировка. Это был живой, пульсирующий узор, повторяющий ритм моего сердца.

«Твои глаза», — голос Морвана раздался не сзади, а сразу внутри моей головы. Глубокий, довольный рокот. — «Теперь ты видишь мир таким, какой он есть на самом деле, Il'yra».

Я не вздрогнула. Я почувствовала его пробуждение за секунду до того, как он заговорил. Его сознание коснулось моего мягко, как утренний луч.

Я повернулась. Он сидел на кровати, наблюдая за мной.

«Это… слишком много», — призналась я вслух, хотя могла бы и подумать. — «Слишком ярко. Слишком громко. Я вижу, как течет сок внутри стеблей цветов в вазе».

«Ты научишься фильтровать», — он встал и подошел ко мне. Он был наг, и я залюбовалась игрой его мышц, теперь видимой мне во всех спектрах. — «Сейчас ты как младенец, который впервые открыл глаза. Твой мозг учится обрабатывать новые данные».

Он не спрашивал, как я себя чувствую. Ему не нужно было спрашивать. Благодаря эмпатической связи он знал: я чувствую эйфорию, смешанную с легким головокружением от переизбытка силы.

«Ты голодна», — констатировал он.

Это было не предложение, а факт. Мой желудок сжался, требуя топлива. Но мне не хотелось хлеба или мяса. Мне хотелось чего-то… густого. Насыщенного.

Морван подошел к стене, и из ниши выплыл поднос. На нем стоял только один кубок из темного хрусталя.

«Пей».

Я взяла кубок. Жидкость внутри была вязкой, темно-синей, с золотыми искрами. Она пахла озоном и дикими ягодами.

Я сделала глоток.

Вкус был шокирующим. Словно я глотнула жидкого электричества. Жидкость обожгла горло холодом, а потом взорвалась в желудке горячей волной, которая мгновенно разнеслась по венам. Это была чистая, концентрированная энергия. Эссенция Бездны.

Мои глаза вспыхнули ярче. Я почувствовала, как мышцы наливаются силой, как обостряется слух.

«Больше никакой человеческой еды?» — спросила я, облизывая губы.

«Редко», — Морван провел пальцем по моей щеке. — «Твой метаболизм изменился. Тебе нужен другой источник».

«Я хочу выйти», — сказала я чуть позже, когда он одевался.

Морван замер, застегивая манжету.

«Одна?»

«Ты сам сказал, что здесь я в безопасности. И… мне нужно проверить границы. Мне нужно понять, что я теперь такое».

Он посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом. Я чувствовала его беспокойство, но также и гордость. Он не хотел держать меня на поводке. Он хотел видеть, как его творение расправляет крылья.

«Иди», — кивнул он. — «Дворец знает тебя. Но не спускайся в нижние уровни города без меня».

Я вышла в коридор.

На этот раз все было иначе.

Слуги-дроны, которые раньше просто обтекали меня, теперь реагировали за десять метров. Они вжимались в стены, складывая свои многочисленные руки в жесте покорности. Они не просто видели меня — они чувствовали мою ауру. Ауру, в которой теперь была вплетена сила Лорда.

Я шла по коридорам, и мне не нужно было искать дорогу. Я видела потоки энергии, текущие под полом, как дорожные карты.

Я подошла к высокой двери, ведущей на один из внешних балконов. Ручки не было. Запирающий механизм был скрыт внутри камня.

Раньше я бы искала рычаг или просила помощи.

Теперь я просто посмотрела на дверь.

Я увидела структуру замка — узлы напряженной энергии, удерживающие материю в твердом состоянии.

«Откройся», — послала я мысленный импульс. Это было не слово, а намерение. Желание.

Стена дрогнула. Узлы развязались. Камень потерял твердость, став жидким туманом, и рассеялся, пропуская меня.

Я улыбнулась. Я не была гостьей. У меня были права администратора в этом здании.

Я вышла на балкон.

Ветер Бездны ударил мне в лицо, трепля волосы и полы моего платья. Но мне не было холодно. Я чувствовала температуру воздуха как информацию, а не как дискомфорт.

Подо мной лежал Город.

Раньше я слышала его как низкий, вибрирующий гул. Теперь…

Я закрыла глаза и раскинула руки, опираясь на перила.

Я услышала Голос.

Это была не речь. Это была симфония.

Я слышала миллионы потоков данных. Я чувствовала, как энергия течет от Ядра к периферии, как бьется пульс в генераторах, как движутся тысячи живых существ внизу. Это была глобальная сеть сознания, и я была подключена к ней.

«…сектор 4, падение давления…»«…стабилизация моста…»«…рождение…»«…смерть…»

Голос Бездны не был враждебным. Он был огромным, древним и безразличным, как океан. Но когда мое сознание коснулось его, океан дрогнул.

Он заметил меня.

Волна тепла прошла сквозь меня. Город приветствовал новый элемент системы. Он узнал во мне Мост — то, чего ему не хватало столетиями. Связующее звено между биологией и магией.

Это был экстаз. Я чувствовала себя огромной, вездесущей. Я могла бы раствориться в этом потоке, стать частью архитектуры…

Скрежет.

В идеальной симфонии прозвучала фальшивая нота.

Это было как звук металла по стеклу. Резкий, кислый, диссонирующий всплеск.

Я распахнула глаза. Мои зрачки сузились в нити.

Я не слышала звука ушами. Я почувствовала «запах» эмоции.

Ненависть. Острая, сфокусированная, холодная ненависть. И страх.

Это была не фоновая неприязнь двора, к которой я привыкла. Это было конкретное намерение. Намерение уничтожить. Намерение убить.

Я перегнулась через перила, сканируя пространство своим новым зрением. Мир распался на тепловые пятна и ауры.

На балконе двумя уровнями ниже я увидела фигуру.

Это был слуга. Обычный, ничем не примечательный био-дрон, несущий поднос с кувшином. Он направлялся к входу, ведущему в крыло, где располагались мои покои.

Но его аура была неправильной.

Вместо ровного серого свечения покорности, она пульсировала грязно-зелеными сполохами. Кто-то вмешался в его программу. Кто-то вложил в его руки смерть.

Я увидела кувшин на его подносе. Жидкость внутри светилась в моем спектре ядовито-желтым.

Яд.

Кто-то пытался меня отравить. И этот «кто-то» был достаточно умен, чтобы использовать безвольную куклу, но недостаточно умен, чтобы знать: теперь я слышу яд еще до того, как он прольется.

Мои губы растянулись в хищной улыбке, которую я никогда не видела у себя в зеркале раньше.

«Ты совершил ошибку», — прошептала я ветру.

Я оттолкнулась от перил и побежала к лестнице. Охота началась, и на этот раз жертвой была не я.