Глава 48. Встреча Бывших

«И я не позволю тебе сжечь его».

Мои слова потонули в реве пламени. Рис нажал на спуск.

Струя зеленого, вязкого огня вырвалась из сопла его огнемета, рассекая воздух с визгом рассерженного демона. Это был не просто огонь — это была алхимическая смесь, способная гореть даже под водой, пожирающая камень и плоть с одинаковым аппетитом.

Я не отступила.

Я хлестнула рукой. Теневой хлыст, ставший продолжением моей воли и нервной системы, ожил. Он ударил по струе огня, разбивая ее, разбрызгивая горящие капли в стороны, как воду.

Мы начали танец.

Это была жуткая, сюрреалистичная дуэль посреди гибнущего города. Рис, закованный в тяжелую штурмовую броню, двигался с упрямством танка, методично отсекая мне пути отхода стенами пламени. Он не стрелял в меня прямой наводкой — он загонял меня, как зверя в клетку.

Я танцевала между огненными языками. Гравитация подчинялась мне, позволяя совершать прыжки, невозможные для человека. Я использовала телекинез, швыряя в него обломки мостовой, сбивая прицел, но не нанося ударов на поражение.

«Бросай оружие, Лира!» — орал он сквозь шум битвы. Его лицо было покрыто копотью, глаза слезились от едкого дыма. — «Я не хочу причинять тебе боль!»

«Ты уже причиняешь!» — крикнула я в ответ.

Я метнула теневой сгусток ему под ноги. Взрывной волной его отбросило на пару метров, но он устоял, лишь пошатнувшись.

«Это для твоего же блага!»

Он сделал обманный маневр. Выпустил струю огня влево, заставляя меня уклониться вправо, прямо в тень разрушенной арки.

Я не заметила ловушку.

Там, в тени, меня ждал не огонь.

Рис выхватил с пояса небольшой металлический шар и швырнул его мне под ноги.

Щелк.

Шар раскрылся, выбросив сеть. Не веревочную, а энергетическую — сплетение тонких, гудящих нитей, генерирующих парализующее поле.

Сеть накрыла меня, сбивая с ног. Мои мышцы свело судорогой. Теневая броня зашипела, вступая в конфликт с технологией блокировки.

Я рухнула на камни, пытаясь разорвать путы, но мое тело онемело.

Рис оказался рядом мгновенно. Он отбросил огнемет и навалился на меня всем весом своего бронированного тела, вдавливая меня в землю.

Наши лица оказались в сантиметрах друг от друга.

Я видела каждую пору на его коже, каждую капельку пота, стекающую по виску. Я видела безумие в его глазах — безумие фанатика, уверенного в своей святости.

«Тише… тише…» — зашептал он, удерживая мои руки, которые я пыталась превратить в лезвия. — «Я держу тебя. Все хорошо. Сейчас все закончится».

Его рука потянулась к подсумку на поясе. Он достал металлический шприц-инжектор, наполненный мутной, светящейся голубым жидкостью.

«Очиститель», — поняла я с ужасом.

Это был мощный нейролептик, смешанный с блокатором магии. Если он введет это мне… моя измененная физиология может не выдержать. Или, что хуже, он отрежет меня от Ядра в момент, когда город рушится, и я просто умру от шока.

«Не надо», — прохрипела я. — «Рис, это убьет меня».

«Это убьет паразита в твоем мозгу», — сказал он твердо, примериваясь иглой к моей шее. — «Ты вспомнишь меня, Лира. Ты вспомнишь нас. Ты будешь благодарна».

Он верил в это. Он искренне верил, что спасает меня из лап чудовища.

Жалость к нему, которую я испытывала все это время, сгорела. Остался только инстинкт самосохранения.

Я не могла позволить ему «вылечить» меня. Я не была больной. Я была иной.

Я закрыла глаза и потянулась к источнику силы внутри себя. Не к Ядру города, а к той черной, густой крови К’Тарр, которая текла в моих венах. К искре, которую зажег во мне Морван в Ночь Единения.

«Я — БЕЗДНА!» — ментальный крик разорвал мои собственные барьеры.

Мое тело вспыхнуло фиолетовым пламенем.

Это был не огонь, который сжигает кожу. Это была кинетическая волна чистой силы.

Сеть лопнула, разлетевшись искрами.

Риса сорвало с меня, как сухой лист ураганом. Его отшвырнуло на добрых пять метров. Он врезался спиной в остатки стены и сполз вниз, выронив шприц. Инжектор разбился, и голубая жидкость зашипела на камнях, бесполезная и ядовитая.

Я медленно поднялась.

Моя одежда дымилась. Теневая броня вокруг меня уплотнилась, формируя за спиной подобие рваных, клубящихся крыльев. Мои волосы жили своей жизнью, поднимаясь вверх в потоках энергии.

Я открыла глаза. В них больше не было белка и радужки. Только сплошной, сияющий фиолетовый свет.

Рис поднял голову. Он смотрел на меня, и его челюсть дрожала.

«Что они с тобой сделали?..» — прошептал он с ужасом. — «Ты… ты монстр».

Я шагнула к нему. Пламя вокруг нас притихло, словно огонь боялся подойти ближе.

«Посмотри на меня, Рис», — мой голос звучал двойным эхом — человеческим и потусторонним. — «Посмотри своими глазами, а не уставом Гильдии! Это не гипноз. Это не болезнь. Это эволюция».

«Нет…» — он мотал головой, отказываясь принимать реальность. — «Они сломали тебя. Они вживили в тебя что-то…»

«Они ничего не делали», — я подошла вплотную и опустилась перед ним на одно колено, глядя ему в лицо. — «Я сама пришла к нему. Я сама легла с ним. Я сама попросила его смешать мою кровь с его кровью».

Рис дернулся, словно я ударила его ножом.

«Не лги…»

Я рванула ворот своего платья, разрывая ткань до самой грудины.

«Смотри!»

На моей бледной коже, прямо над сердцем, пульсировал сложный, светящийся серебром и индиго узор. Печать Пары. Знак принадлежности, который невозможно поставить насильно. Он светился изнутри, переплетаясь с моими венами.

«Я не пленница, Рис», — сказала я жестко, вбивая каждое слово, как гвоздь. — «Я — Пара Лорда. Я — Королева этого города. И я защищаю свой дом от захватчиков. От тебя».

Мир Риса рухнул.

Я видела это в его глазах. Осколки его веры, его миссии, его любви сыпались, как битое стекло. Он понял. Он понял, что все эти смерти, сожженные К’Тарр, разрушенные дома, его собственные раны — все это было зря. Он не был героем, спасающим принцессу. Он был варваром, который ворвался в чужой храм и попытался убить божество.

«Но я… я любил тебя», — прошептал он. Из его глаза скатилась слеза, прочертив дорожку по грязной щеке.

«Я знаю», — сказала я, и мой голос смягчился. — «И поэтому ты должен уйти. Пока еще жив».

Он опустил голову, уронив руки. Он был сломлен.

И в этот момент земля под нами вздрогнула.

Это было не дрожание от взрывов на поверхности. Это был глубокий, тошнотворный спазм, идущий из самого центра планеты.

А потом раздался звук.

Скрежет.

Визг металла о живой кристалл. Громкий, невыносимый, от которого захотелось вырвать себе уши.

Я упала на колени, хватаясь за голову.

Ядро закричало.

В моей голове этот крик был не звуком, а ощущением того, как в твое сердце втыкают ржавую иглу.

«Ааааа!» — я скорчилась от боли.

«Что это?» — Рис вскинул голову, хватаясь за оружие по привычке, но в его движениях была растерянность.

Я с трудом подняла взгляд. Мои чувства, связанные с городом, указали направление.

Центральный шпиль. Основание Дворца. Там, где находился вход в шахту Ядра — святая святых, источник жизни всей расы.

«Корвин», — выдохнула я, и имя отдалось горечью на языке. — «Он не с тобой? Где его отряд?»

«Он… он отделился», — пробормотал Рис. — «Сказал, что зайдет с фланга…»

«Дурак!» — я схватила Риса за плечи. — «Ему плевать на меня! Ему плевать на твою миссию! Он здесь ради денег! Он пробрался к Источнику!»

Земля содрогнулась снова, сильнее. С потолка пещеры, километрами выше, посыпались камни. Один из шпилей вдалеке накренился и начал медленно падать.

«Что он делает?» — Рис побледнел.

«Он пытается украсть энергию Ядра. Он бурит его», — я встала, шатаясь. — «Если он повредит оболочку… город рухнет. Весь купол обвалится. Мы все погибнем. И Веридиан наверху провалится в тартарары».

Я посмотрела на Риса. В его глазах больше не было фанатизма. Был только страх и понимание масштаба катастрофы.

«Твой наниматель убивает нас всех, Рис. Прямо сейчас».

Я протянула ему руку.

«Если ты действительно хочешь спасти меня — не от Морвана, а от смерти, — помоги мне остановить его».

Рис посмотрел на мою руку. Потом на дым, поднимающийся со стороны Дворца. Потом на свой бесполезный огнемет.

Он медленно поднялся. Вытер кровь с лица.

«Веди», — сказал он. — «Но если мы выживем… ты все мне объяснишь».

«Если выживем», — кивнула я.

Мы побежали к Дворцу — бывшие любовники, ставшие союзниками на краю конца света.