Глава 51. Временный Союз

Над нашими головами висела гора.

В буквальном смысле. Огромный, зазубренный обломок скальной породы, отколовшийся от свода пещеры, застыл в десяти метрах над брусчаткой площади. Его удерживала лишь воля Морвана — и полупрозрачный купол из тьмы, который дрожал и шел рябью от колоссального напряжения.

Морван стоял на одном колене. Из его носа текла кровь, смешиваясь с потом, капая на черный камень. Я чувствовала через нашу связь, как горят его синапсы, как рвутся магические жилы. Он держал небо, но его силы были на исходе.

«Мы сдохнем здесь», — прохрипел Рис. Он лихорадочно проверял затвор огнемета, но его руки тряслись. В его глазах плескалась паника крысы, загнанной в угол. — «Надо прорываться к эвакуационным шахтам! Уходить наверх, пока проход не завалило!»

«Выходов нет», — процедил Морван сквозь стиснутые зубы. Каждый звук давался ему с усилием. — «Шахты завалены. Лифты уничтожены. Единственный путь — вниз. К Ядру. Убить Корвина и остановить машину».

«Я не пойду с тобой, монстр», — выплюнул Рис, направляя сопло огнемета в сторону Лорда. — «Ты затащил нас в эту могилу!»

«Хватит!»

Я встала между ними. Мой голос, усиленный магией, хлестнул их, как пощечина.

«Посмотри наверх, Рис!» — я ткнула пальцем в висящую над нами скалу. — «Твой "героизм" убил этот город. Твои бомбы обрушили свод. Если этот щит падет, мы превратимся в мокрое место раньше, чем ты успеешь нажать на курок!»

Я повернулась к Морвану. Он смотрел на меня мутным взглядом, его кожа стала серой, как пепел.

«А твоя гордость нас не спасет, Лорд», — сказала я жестко. — «Ты не дойдешь до Дворца один. Тебе нужно прикрытие».

Я схватила Риса за руку — за ту самую, закованную в броню руку, которая еще недавно обнимала меня с нежностью, — и с силой положила ее на наплечник Морвана.

Они оба дернулись, словно от удара током.

«Он держит небо, Рис», — сказала я, глядя в глаза своему бывшему возлюбленному. — «Но он не может двигаться и атаковать одновременно. Ты будешь его прикрытием. Твой огонь расчистит дорогу от обломков и обезумевших тварей».

Я перевела взгляд на Морвана.

«Ты защищаешь нас от смерти сверху. Рис защищает нас с флангов. А я… я буду вашими глазами. Я вижу путь сквозь хаос».

Мужчины смотрели друг на друга. В их взглядах была ненависть — древняя, видовая, личная. Ревность и презрение. Но еще там было понимание неизбежного.

«Если ты уронишь камень на меня, — прорычал Рис, опуская огнемет, но не убирая пальца со спуска, — я выстрелю тебе в спину, клянусь честью Изыскателя».

«Если ты отстанешь, человек, — отозвался Морван, и тьма вокруг него сгустилась, — я не стану ждать. Я перешагну через твой труп».

«Договорились», — сказала я.

Морван с хриплым стоном поднялся с колен. Купол над нами дрогнул, сдвигаясь вместе с ним. Мы оказались внутри движущегося пузыря безопасности посреди океана разрушения.

«Вперед», — скомандовал Лорд.

Это была дорога сквозь ад.

Мы двигались к руинам Дворца, пробиваясь через завалы. Вокруг нас падали шпили, земля разверзалась трещинами, из которых била лава и пар.

Хаос был везде. Обезумевшие от ужаса слуги-дроны метались под ногами, мешая идти. Раненые воины К'Тарр пытались атаковать нас, видя человека в броне Гильдии.

«Жги!» — кричала я, указывая на завал из живых, пульсирующих корней, преградивший путь.

Рис нажимал на спуск. Струя зеленого пламени вырывалась вперед, превращая органику в пепел за секунды. Он работал четко, профессионально, превратив свою ненависть в холодную эффективность.

Я бежала рядом, используя телекинез, чтобы отшвыривать летящие в нас осколки, которые пробивались сквозь ослабевающий щит Морвана. Я чувствовала каждый шаг Лорда — его силы таяли. Он был батарейкой, которая разряжалась в ноль.

Внезапно Рис затормозил.

Справа, под рухнувшей колонной из черного стекла, что-то шевелилось.

Это был ребенок К'Тарр. Маленький, с непропорционально большими фиолетовыми глазами и четырьмя тонкими ручками. Он был придавлен, но жив. Он не плакал — он издавал тонкий, ультразвуковой писк, от которого сжималось сердце.

Рис занес ногу, чтобы перешагнуть через завал. Для него это был детеныш монстра. Враг. Будущая угроза.

Он посмотрел на ребенка. Потом на меня. Потом на Морвана, который, сгорбившись под тяжестью щита, не мог остановиться.

В глазах Риса что-то мелькнуло. Не жалость. Скорее, упрямство человека, который отказывается окончательно превращаться в зверя.

Он выругался, отбросил огнемет на ремне и рванул колонну на себя. Его экзоскелет заскрипел.

«Давай, мелкий ублюдок», — прохрипел он, вытаскивая существо из-под камня.

Он не стал нянчиться. Он просто швырнул ребенка в глубокую, безопасную нишу в стене, подальше от падающих камней.

«Двигаем!» — рявкнул он, возвращаясь в строй.

Морван, не поворачивая головы, чуть изменил форму щита, прикрыв Риса от шального осколка, который должен был снести ему голову.

«Я видел это», — пророкотал Лорд. В его голосе впервые прозвучало не презрение, а холодное, сдержанное уважение воина к воину.

Мы добрались до подножия Дворца.

Вход в туннель, ведущий к Ядру, был завален ледяными глыбами.

А на вершине этого завала стояла она.

Ксилия.

Она была великолепна в своем безумии. Ее белая броня была разбита, платиновые волосы развевались на ветру, превратившись в гриву медузы. Ее глаза были сплошными бельмами, из которых текли ледяные слезы.

Она сошла с ума. Разрушение города, крах ее идеалов, предательство Морвана — все это сломало ее рассудок, оставив только голую, кристально чистую идею.

«Стой!» — ее голос, усиленный магией, перекрыл грохот землетрясения. — «Не смей, предатель! Не смей спасать их!»

Она подняла руки. Воздух вокруг нее превратился в вихрь лезвий.

«Пусть рушится!» — визжала она, и ее смех был похож на звон бьющегося стекла. — «Мы умрем чистыми! Мы умрем гордыми! Лучше смерть в Бездне, чем жизнь с грязью!»

Она атаковала.

Но она ударила не по нам. Она ударила по куполу Морвана.

Сотни ледяных копий врезались в теневой щит.

Морван пошатнулся. Он застонал, упав на одно колено. Камень, который он держал над нашими головами, дрогнул и начал опускаться.

«Она нас раздавит!» — заорал Рис, вскидывая огнемет.

Зеленая струя ударила в Ксилию, но перед ней выросла ледяная стена. Огонь бессильно стек по ней.

«Мне нужна секунда!» — крикнула я.

Я вышла вперед, выходя за пределы слабеющего щита Морвана.

«Ксилия!» — позвала я.

Она перевела на меня безумный взгляд.

«Ты…» — прошипела она. — «Корень всех бед. Паразит».

«Посмотри наверх, дура!» — крикнула я, указывая на расколотый свод пещеры. — «Ты убиваешь свой народ! Ты убиваешь себя!»

«Я и есть народ!» — взревела она, формируя в руках гигантский ледяной молот. — «Я — чистота! И я очищу этот мир от тебя!»

Она замахнулась.

Вся ее концентрация, вся ее ненависть была сфокусирована на мне. Она не слушала Город. Она отрезала себя от него в своей гордыне.

Но я слышала.

Я слышала скрежет металла высоко над нами. Я чувствовала, как огромная масса, чуждая этому миру, отрывается от падающего свода.

Это был кусок Поверхности. Огромная, ржавая железная шестерня — часть механизма шлюзов Веридиана, которую затянуло в провал. Тонны мертвого, холодного железа.

Она падала прямо на Ксилию.

Я могла бы предупредить ее. Я могла бы попытаться оттолкнуть ее телекинезом.

Я посмотрела в ее белые, полные ненависти глаза.

И я промолчала.

Ксилия метнула в меня ледяной молот. Я уклонилась, но ударная волна сбила меня с ног.

Она торжествующе рассмеялась, поднимая руки для финального удара.

Тень накрыла ее.

Она подняла голову, но было слишком поздно.

Железная шестерня, символ человеческого мира, который она так презирала, рухнула на нее с небес.

Не было ни крика, ни последних слов. Раздался только влажный, отвратительный звук удара металла о плоть и камень.

Ксилия исчезла. Там, где она стояла, осталась только груда ржавого железа и растекающаяся лужа голубой крови, смешанной со льдом.

Леди Льда была мертва. Раздавлена той самой грязью, от которой пыталась отгородиться.

«Вперед!» — прохрипел Морван.

Он не смотрел на останки своей кузины. Он поднялся, шатаясь, и двинулся ко входу в туннель, который теперь был свободен.

Мы нырнули в темноту прохода.

Гул машины Корвина здесь, в замкнутом пространстве, был оглушительным. Он бил по ушам, по нервам, по костям.

Морван опустил руки. Теневой купол над нами рассеялся. Внутри туннеля своды были крепче, они пока держались.

Он рухнул на стену, сползая вниз. Его грудь ходила ходуном, кровь из носа текла непрерывным потоком.

«Дальше я не смогу держать щит», — сказал он, глядя на меня мутнеющим взором. — «Мои резервы пусты. Мы идем в эпицентр шторма без кожи, Лира».

Я подошла к нему и вытерла кровь с его лица краем своего платья.

«Значит, мы отрастим новую», — сказала я.

Я повернулась к Рису. Он проверял уровень топлива в огнемете. Его лицо было серым, но руки не дрожали.

«Осталось немного», — сказал он, глядя в темноту туннеля, откуда лился болезненный фиолетовый свет. — «Давайте закончим это».